Ворон

Заварелли А.

— Ты не должна ничего ему говорить, Мак. Мне не нужны неприятности. У меня на иждивении больная мать.

Поджимаю губы и киваю, чтобы она не волновалась, но черт меня дери, если это будет последнее слово в этом деле. Саша начинает подправлять макияж, а я сажусь рядом с ней и просто наблюдаю, так как мой макияж в порядке.

— Я не знала, вернешься ли ты, — говорит она.

— Я сильнее, чем кажусь.

— Надеюсь, что тебе известно, во что ты ввязываешься, — говорит она и в ее тоне сквозит горечь.

— Что

ты имеешь в виду?

— Весь этот мир, он, как… вихрь, понимаешь ли. В половине случаев я не знаю, куда собираюсь или куда иду. Эти парни защитят тебя, как одну из своих, но они также используют тебя, если ты им это позволишь.

— Ну, может быть, им стоит беспокоиться о том, что я их использую, — подначиваю я.

Саша смеется и качает головой:

— Очень сомневаюсь в этом, теперь, когда Лаклэн объявил об этом открыто. Они буду избегать тебя любой ценой, дорогая. Но не думай, что это что-то значит. Он все равно будет спать, с кем ему вздумается. Вот как все устроено в этом мире.

Я проглатываю раздражающий комок в горле, когда Саша накладывает помаду.

— Ты встречалась с одним из этих парней, Саш?

Она вновь смеется, но в ее смехе нет и намека на веселье.

— Я не назвала бы это словом «встречаться». Он трахал меня, когда ему это было удобно, пока в итоге не взял и не смотался из города. Именно он втянул меня в этот мир, и теперь я здесь застряла.

— Господи, Саша… это ужасно. Мне жаль.

Она смаргивает невидимые слезы, и наносить тушь.

— Все не так уж плохо, — говорит она. — Но мне определенно не стоило вываливать все это дерьмо на тебя, верно? Найл и его люди поступили со мной правильно, так что мне грех жаловаться. У меня просто выходной, и я не хочу, чтобы тебе было больно, как мне.

— Значит, кроме Донована, у тебя не было никаких проблем с остальными? — спрашиваю с любопытством. — Имею в виду… как насчет русских? Я слышала о них целую кучу историй.

От моего вопроса лицо Саши немного бледнеет, и я понимаю, что попала в точку. Однако она молчит, а затем начинает запихивать косметику в сумку.

— Нет, никаких проблем, — быстро отвечает она. — Все как обычно, ну, ты знаешь. Женская драма. Мне нужно идти на разогрев.

Прежде чем мне удается ее остановить, появляется Лаклэн. И я не совсем уверена, почему, но он меня уже раздражает. Все то, что Ронан сказал мне в машине, а теперь еще и Саша. С таким же успехом у него на лбу уже может быть гигантская мишень для моих стрел.

— Иди сюда. — Он жестом указывает мне на дверь.

Хотели бы вы получить нагоняй от типа вроде него?

— Иди сюда, — говорит он, что я и делаю.

Он пришпиливает меня к стене, вновь ограничивая мои движения упертыми в стену руками. Когда поднимаю на него глаза, то на его лице отчетливо читается взгляд собственника, отчего мою

грудь сжимает в тиски странное чувство и мне хочется это немедленно прекратить.

— Ты что-то хотел? — интересуюсь я. — Или просто хочешь еще меня потискать?

— Что я тебе говорил о твоем рте? — рычит он в ответ.

— Что он красив и ему подходит красная помада?

Его губа дергается, несмотря на все потуги скрыть это.

— Сегодня я с тобой выпью, — говорит он мне.

— Что выпьешь?

— Ты обещала мне выпивку.

Ага, как же. Он, наверное, втиснет меня как раз между Мэнди и Корицей. Пфф.

— Ничего подобного. Кроме того, сегодня я занята.

Его взгляд становится жестким, и он наклоняется чуть ближе. От него приятно пахнет.

— Чем же? — спрашивает с нажимом.

— Не твое дело.

Он отступает на шаг, и проводит рукой по волосам:

— Я не играю в эти игры, Мак.

— И что?

— И все, — говорит он, после чего направляется дальше по коридор

ГЛАВА 12

ЛАКЛЭН

Сразу после одиннадцати Найл заявляется в клуб. Когда он располагается напротив меня в моем кабинете, я уже знаю причину его визита.

— Виктор звонил.

Потираю руками лицо и киваю. Должен был это предвидеть.

— У нас будут проблемы с этим, Лаклэн?

— Нет, — говорю ему решительно. — Девушка не представляет угрозы.

— Он в этом не уверен, — говорит Найл. — И я тоже. Чем скорее мы с этим разберемся, тем лучше для всех нас.

Я хотел бы сказать ему, что согласен. Это правильно. Для всех нас. Вместо этого, я открываю свой шкаф, достаю отчет баллистиков и передаю ему.

— Доказательство для Виктора, что проблема с их стороны.

Найл кивает, пробегая отчет глазами, после чего засовывает его за пазуху своего пиджака.

— Кто та девушка, которую они так хотят заполучить?

— Сиротка из неблагополучного района, — отвечаю ему. — Она знает, что нужно держать рот на замке. Не думаю, что она в курсе претензий, заявленных Иваном.

— Тебе стоит быть осторожнее в данном вопросе, Лаклэн. Полагаю, мне не нужно напоминать тебе, как обстоят дела.

Бросаю быстрый взгляд через стол на человека, к которому испытывал уважение все эти годы. Всегда доверял его суждениям. Делал то, что он просил, не задавая вопросов. И если бы еще неделю назад он сказал мне, что девушка должна исчезнуть, я уже знаю, что сказал бы ему на это.

Мы не убиваем женщин. Найл этого не любит. Он бы предпочел по возможности избежать такой постановки вопроса. Но в этот раз все по-другому. От этой девушки зависит судьба всего Синдиката. Перейти дорогу русским сейчас равносильно подписанию всем нам смертного приговора.