Вор
Шрифт:
— Да, это странно, правда? Но есть весь этот список на рубеже веков, и это всё
Этеридж, Этеридж, Этеридж и, хей, Грэм, это должно быть дом Джул, Этеридж,
Этеридж… но потом, — я досматриваю до конца и открываю вторую книгу, кладу ее
поверх первой.
Он смотрит, раздраженный тем, что я его перевал.
— Двадцать лет спустя никаких Этериджей, — указываю я, проводя пальцем вниз
по списку. — Все исчезли. О, Макалистер, — говорю я, замечая имя. —
Макалистер… и …
Раздражение Дастина исчезает, когда он читает список.
— Мак, — говорит он голосом, который означает, что я обнаружил что-то
значащее.
Не могу в это поверить. В 1920 изобилует мое имя. Это выглядит, будто Этериджей
заменили Макалистерами.
— Мак, — произносит Дастин. — От кого у тебя фамилия?
— Дев…девичья фамилия моей матери — Макалистер, — осторожно отвечаю я.
Он резко достает с полки книгу, которую искал.
— Я не думаю…не то, чтобы это выглядело… — бормочет он, листая страницы,
пока не указывает пальцем на что-то.
— Макалистер, — говорит он. — Пять лет назад собственность Стоунвол Ролл
была возвращена городу. Первоначальным владельцем был, — его взгляд встречается с
моим, — Этеридж Макалистер.
— Серьезно? — восклицаю я, а затем хлопаю ладонью по рту, когда несколько
взглядов окружающих впиваются в меня.
— Серьезно? — шепотом повторяю я, всё еще в шоке.
— Чувак, я бы поспорил на все свои небольшие деньги, что эта та самая
собственность, на которой построена школа.
Я усмехаюсь.
— Давай посмотрим, что еще есть у этого парня.
— Вот, — говорит Дастин, поворачивая монитор своего компьютера ко мне.
Мы переместились в компьютерный класс библиотеки, когда наше расследование
приняло неожиданный оборот. Одна вещь, которая делает интернет предпочтительным, —
кроме кошек, вы понимаете — это родословные.
— Дерево семьи Этеридж официально прерывается в 1918 году, — говорит
Дастин. — Больше никаких Этериджей. Или так кажется. Всё, что случилось в 1918 —
так это то, что последний наследник мужского пола умер, оставив всё дочери, которая
вышла замуж за чувака по имени Томас Макалистер, — он выглядит весьма довольным
собой. — Всё имущество перешло к ней, а потом и к ее сыну Этериджу Макалистеру. Вот
когда имена действительно изменились. И с тех пор были разделены среди их
многочисленных потомков.
— Тогда почему я ничего не знаю об этом? Я должен знать, если я наследник
огромного состояния, чувак.
— Я не говорил, что ты им являешься, — поправляет Дастин. — Здесь много
Макалистеров.
Он указывает на большое разветвление Макалистеров вплоть до сегодняшнего
времени.
— И сейчас люди не придерживаются того, что все наследует первенец, это не
очередь на корону. Это просто куча земли. Или была ее ею. Много земли уже распродано.
Она был разделена и вновь разделена между потомками. И если ты думаешь об этом, то
вероятно, что есть своего рода право на наследство всего этого.
— А как ты считаешь?
Он выглядит так, будто ему некомфортно.
— Как ты думаешь, сколько твой отец зарабатывает.
Я пожимаю плечами.
— Много.
— Не пойми меня неправильно…но мой отец выше твоего в компании. И я
полностью уверен, что он зарабатывает больше денег.
— Так как же твоя мама ходит по магазинам каждые выходные?
— Волшебным образом, — отвечаю я. — И под волшебством я имею в виду
кредитные карты.
— Держу пари на мой оригинал VentureBros, что твоя мама владелица трастового
фонда.
— Что-то у тебя настроение для споров сегодня, — говорю я.
Он смущенно улыбается.
Но когда я думаю о том, то он сказал, понимаю, что его слова логичны. Если
мистер Херон не зарабатывает достаточно много, а мой отец на должности ниже его, то и
он зарабатывает меньше. Но Дастин прав, моя мама постоянно водит Хейли в дорогие
салоны, водит внедорожник, и приходит домой с новыми туфлями достаточно часто.
— Ты мог бы спросить ее об этом, — предлагает Дастин.
— Спросить у моей мамы о деньгах? — переспрашиваю я. — Если ты не говоришь
со своим отцом по поводу… ты знаешь... Я ни в коем случае не спрашиваю маму о
деньгах. В последний раз, когда я попросил у нее пару билетов в кино, она рассказывала
мне, как боролась с горным львом с консервным ножом.
— Это звучит преувеличено, — отвечает Дастин.
— За двадцать баксов никогда не получишь счастье.
— Это кое о чем напомнило мне… Надо найти ту книгу прежде чем женщина с
татуировками войдет сюда и накричит на меня или что-то типа этого, — говорит он.
Я замечаю миссис Беа, выходящую из кабинета.
— Она определенно должна знать, где она, — говорю я, направляясь к ней.
— Мак, — шипит он за моей спиной, — я не думаю, что это хорошая…
Но уже поздно, я стою перед ней.
— Здравствуйте, миссис Беа.
— Мак, — она улыбается мне. — Чем могу помочь?
Я знаю, что она найдет всё, что нужно достаточно быстро. С седыми волосами или