Вор и убийца
Шрифт:
Спальня поплыла перед глазами, я боролся с собой, чтобы не вырубится, задыхался и пытался подняться. В ушах звучал смех вперемешку с хищным и голодным рычанием. Кажется, Укил не приближался больше, но мне оставались жалкие мгновения. Это конец! Я не мог сопротивляться этому чудовищу. Я даже не знал, что за тварь встретил в облике Уила Укила. Вампир? Или что?
Плевать! Я поднялся и выдернул из ножен шпагу. Качаясь, глядел в пол, не в силах оторвать от него взор, но сделал шаг навстречу! К своей смерти!
Беги...
Сквозь шум в голове донесся чей-то крик. Беги! Беги!
Я сумел поднять голову. Между мной и Укилом полуобернувшись стояла она. Тень!
Фигура в черном как будто убедилась, что дозвалась до меня, и полностью развернулась к зверю. В руках тени появились кинжалы.
Беги!
Я побежал. Вернее кое-как заковылял, спотыкаясь и едва не падая на качающемся полу. Предметы вокруг меня и на моем пути едва различались, их очертания то расплывались, то становились четче. В ушах гудело, а позади яростно, озверело ревел Укил.
Вырвавшись из спальни, я уже почти бежал. Не зная куда, я потерял ориентацию, но бежал. Падал и тут же поднимался. Лишь бы унести ноги из проклятого дома!
Не заметив лестницу, кубарем скатился вниз. Встал на ноги со вкусом крови на губах и побежал. Туда, где в распахнутой двери светил фонарь.
– Скорей! Сюда!
Я ввалился в комнату и упал лицом в жесткий ковер. Позади хлопнула дверь, и я погрузился в небытие.
Глава 30. Странный день, поступки, люди
Отворившаяся дверь впустила мою спасительницу. Сгорбленную маленькую старушку с высокой старомодной прической, какой она как будто хотела увеличить свой невеликий рост. С виду старушка казалась вдвое меньше почти любого взрослого человека.
Сейчас рассвет, а когда очнулся от выплеснутой в лицо воды, рядом со стеклянным кувшином в одной руке и фонарем в другой стояла миниатюрная седоволосая женщина в вязаном халате поверх ночной сорочки. Она представилась Аделаидой Укил, старшей сестрой здешнего хозяина и чудовища. Причем именно так и назвалась: сестрой хозяина и чудовища. Аделаида Укил пообещала защиту и уверила, что в её комнате безопасно. Дескать, сюда её брат ни ногой, ни лапой, а людям, если пожалуют в её покои, она как-нибудь укорот да даст. Но о людях, мол, не стоит беспокоиться.
– Не принято у нас в доме по ночам шастать, - отмахнулась она, когда я усомнился, что поместье все еще спит после очередного рева, сотрясшего особняк.
Тем не менее, в небольшую и уютно обставленную комнату старушки никто не ломился. Было тепло, даже жарко, комнату грела обложенная голубой плиткой печь с темным овалом варочной поверхности. Я доверился своей спасительнице, обессиленный и безоружный. При мне остался нож, пара кинжалов и пустые ножны. Шпагу
Постепенно приходил в себя. Где-то в глубине дома периодически ревел зверь. Старушка щебетала ничего не значащие фразы и поила меня горячим куриным бульоном, а, едва за окном забрезжил рассвет, Аделаида Укил юрко выскочила из комнаты. Сказала только, что нужно забрать какие-то вещи. Следовало бы насторожиться, но не для того меня кормили наваристым бульоном, чтобы устроить пакость. Невесело усмехнувшись, я откинулся на резную спинку стула, вытянул ноги и решил ждать. Доверяться кому-либо неразумно, даже совсем глупо, но я не знал, что предпринять.
Рев зверя не мог не разбудить поместье, и наверняка за пределами особняка только и ждут, чтоб схватить чужака. Старушка же обещала не только укрыть в своих покоях, но и вывести из усадьбы. До сих пор она не обманула. По меньшей мере, до наступления темноты я не собирался покидать это неожиданное убежище, я просто ждал её, и вот Аделаида Укил вернулась.
Руки старушки сжимали большой сверток. Содержимое узла из плотной коричневой материи являлось почти неподъемным грузом для маленькой женщины.
– Сидит, смотрит, - заворчала сестра промышленника.
– Помоги же, олух!
Я вскочил со стула и услужливо склонился над старушкой, забрав тюк, внутри которого что-то характерно звякнуло.
– Что там, мистресс Укил?
Она настоятельно просила называть себя мистресс, поскольку мужланы не для неё и замужем она не была.
– Клади на стол и разворачивай, - пожилая женщина отмахнулась от меня как от назойливой мухи и, положив ладонь на поясницу, заковыляла к креслу с клетчатым пледом.
В узле обнаружилось мое потерянное оружие: все четыре пистоля и шпага. Невероятно! Она вернула пистоли из покоев промышленника! Я окончательно поверил во все, что сказала мне Аделаида Укил. Она действительно способна защитить меня.
– Но как?
– сорвалось с уст. Проверив стволы и убедившись, что каждый из них по-прежнему снаряжен для стрельбы, я всовывал пистоли в кобуру. С оружием вернулась и уверенность.
Вместо ответа послышалось кряхтение и ворчание, я уловил только одно слово. Она пробубнила что-то про брата.
– Но почему вы помогаете мне, мистресс Укил?
– вновь спросил я.
– Вы толком и не знаете про меня ничего.
– Зато я знаю, что есть мой брат, - голос старушки задрожал от волнения, голова закачалась.
– Он связан с Дьяволом! Да, он многое получил: огромное богатство, власть. Но мой милый маленький брат проклят! По ночам он превращается в чудовище! В зверя, которого ты видел. Он бродит по дому и поместью либо рыщет по округе, и горе тому, кто встретится на его пути.
Переведя дух, Аделаида Укил продолжила уже спокойно, обычным для неё ворчливым тоном: