Вор и убийца

Флейм Корвин

– ... представляю новых членов нашего сообщества, - мне все же удалось разобрать слова, звучащие за тканевой стеной, - граф Маркан, граф Донбери и барон Даман.

– Очень радостно, что граф Маркан и граф Донбери все-таки решились присоединиться к нашей партии. Голоса их фракций в парламенте очень нужны нам, - заговоривший вторым обладал зрелым и сильным голосом, его уверенный тон выдавал предводителя среди масок.
– Также приятно видеть барона Дамана. Жаль, что граф Деспилье не смог покинуть столицу...

– Граф Деспилье, а

также я и наши товарищи воодушевлены известием о возвращении вашей светлости из ссылки. Старая перечница почила как нельзя вовремя, - узнаю елейный голос Дамана.

Предводитель собравшихся, вероятно, не одобрил, что его столь бесцеремонно перебили.

– Деспилье действительно так полагает?
– холодно поинтересовался он.

– Разумеется, ваша светлость.

– Странно слышать подобное от людей, которых вся столица записывала в фавориты старой королевы.

– Мы служили и служим не Марие-Луизе, а арнийскому королевству, - Даман не растерялся и нашел, что ответить. Однако прозвучало все довольно фальшиво.

– Мы тоже служим королевству. Видит Господь, это правда. Объединив общие усилия наших сторонников, Арния вернет былые позиции в мире.

Даман снова попытался уверить в своей преданности.

– Не забывайте, барон, только общими усилиями удалось добиться вашего нового назначения. Мы очень рассчитываем на серебро Загорья.

– Конечно, конечно, - поспешил согласиться Даман.
– Я как раз хотел обсудить...

– Об этом позже, - осек Дамана предводитель.
– Известия и слухи до провинции доходят с большим опозданием. Вы же все из столицы. Я хочу знать последние новости. Говорите, кому есть, что сказать.

Дальнейший разговор напоминал военный совет.

– Что в парламенте?

– Палата общин бурлит. Она бесполезна и бестолкова как всегда, но теперь к нашей фракции присоединятся голоса консерваторов графа Донбери и новых роялистов графа Маркана. Столь нужный нам закон пройдет.

– А в палате лордов, как я понимаю, проблем с ним не ожидается?

– Не ожидается, ваша светлость.

– Хорошо. Кстати, о палате лордов. У нас есть перевес в голосах пэров? Это к вопросу о новом адмирале флота.

– Сейчас пэров больше волнует, кто возглавит Кабинет и когда вообще он будет сформирован.

– И...

– Сегодня кандидатура лорда-мэра Ревентоля выглядит незыблемой. Король явно благоволит к нему. Тут мы бессильны.

– Проклятый Хартс, чертов выскочка, - зло прошипел предводитель заговорщиков.
– Без Кабинета влиять на молодого короля будет крайне затруднительно. Господа, нужно во чтобы то ни стало подорвать кредит доверия к Хартсу и его будущему Кабинету.

– Но Хартс еще не премьер-министр, - возразил кто-то.

– Вы, барон, сомневаетесь, что это произойдет до конца месяца? Я лично нет.

– Есть и хорошая новость. Новый кардинал и столичные клирики отделились от короля. Кардинал Антуан и Его Величество пока не показывают вида, что появились

разногласия, однако я ручаюсь, что между ними сейчас бездна.

– В самом деле ручаетесь?

– Ручаюсь, ваша светлость, - голос был тихим, и оттого ответ прозвучал неубедительно.

– Что ж, посмотрим, - произнес властный голос, - Антуан совсем не прост. Возможно, ссора с королем всего лишь интрига. Тем не менее, его разрыв с государем очень вовремя. Жаль старика Гудмунта, прежний кардинал был тих и безобиден.

– Но нет худа без добра, ваша светлость.

– Вы правы, милорд. Через полгода Антуан поедет в Тиму для высочайшего утверждения нового сана. К тому времени он бы очень мешал нам здесь. Но он непременно уедет, а папа придержит его при себе.

– Папа хочет много!

– Придется дать это папе. Королевству ни к чему новая конфронтация со священным престолом.

– Ваша светлость, очень многие недовольны уступками Тиме.

– И вы в их числе, граф?

– И я, ваша светлость.

– Думаю, что смогу убедить присутствующих в своей правоте, - послышалось в ответ. В прозвучавших словах не было никакой угрозы. Одна спокойная и непоколебимая уверенность.
– Мне так же интересны новости о маршале королевства и герцоге Гриффиле.

– Со дня похорон королевы маршал практически не показывается на людях, а Гриффил наоборот с помпой вернулся в столицу после амнистии всем ссыльным. Но через три дня почему-то отправился в свое родовое поместье.

– Довольно интригующе. Они ведут между собой переговоры?

– Нет, и это абсолютно достоверно.

– Уже радует. Необходимо подобрать к ним ключи, а, если не получится, нужно нейтрализовать влияние обоих на двор и парламент. Все наши усилия необходимо сосредоточить на этой цели. Даже Хартс вторичен по сравнению с маршалом и герцогом.

За ширмой говорили еще долго, и я, никогда не интересовавшийся арнийской политикой, начал терять интерес к происходящему. По правде говоря, я совершенно запутался в омуте представших передо мной интриг.

Понятно было только одно. Хоть Мария-Луиза и слыла изрядной стервой, но за корону цеплялась крепко. Покойница железной хваткой держала парламент и душила малейшие поползновения дворцовых группировок в сторону собственной власти. После её кончины двор зашевелился, распался на старые и новые альянсы. Аристократия вгрызлась друг другу в глотку и начала схватку за ум и душу молодого короля.

Я размышлял, как в этой мутной воде доставить королю Герарду бумаги Дамана. Может быть просто, по-воровски, проникнуть в покои арнийского монарха? Но не уверится ли тогда король, что бумаги поддельные?

– Задумался, Христофер? Или вино в голову дало?

Это был Фосс. В мятом плаще и с синяками под неспавшими долгие часы глазами.

– Пойдем, - продолжил Фосс, - время собирать камни.

Я молча последовал за Оливером. Меня охватило сильное волнение.

– Здесь Даман.