Вор Города. Невольник
Шрифт:
Галент понимал, что скоро его игре придет конец, но он уже почти добрался до входа в восточный коллектор. Дренажная труба или нет, но это единственный шанс на спасение. Нет, можно было уйти под лед — множество трещин, пробитые полыньи позволяли — но это уже точно означало верную смерть.
Риск переохлаждения и утопления больше, чем заражение проказой и встреча с язычниками.
Грим был бы дураком, не пойми он, какой маневр решил провернуть еретик, и сконцентрировал огонь по входу в туннель. Человек все равно был быстрее стальной машины. Гриму пришлось остановиться, зафиксировать нижние конечности, чтобы доспех был устойчив. И все равно при каждом выстреле
Ядра врезались в наклонную поверхность набережной, почти не причиняя ей вреда. Атака по касательной к каменной стене была явно неэффективной, и Грим перевел прицел на лед вокруг коллектора. Он там был тоньше, а значит, даже незначительного урона хватит, чтобы разрушит речную броню. Это был шанс на то, чтобы задержать Галента.
Первое ядро пролетело мимо, врезалось в решетку, прикрывающую зев коллектора. Галент только порадовался открывшемуся проходу, не надо будет возиться с обледенелыми замками. Второй выстрел был удачней, ядро вспороло лед прямо у входа, куда уже почти подобрался вор. Брызги воды и осколки льда осыпались на него, Галент упал и кубарем скатился в воду. Он чуть было не утонул в обжигающе-холодной воде, спасло его лишь то, что глубина возле коллектора была небольшой.
Расталкивая руками ледяное месиво, Галент подтянулся и перевалился через край коллектора. Его одежда мгновенно начала остывать. Холод обжигал, сдавливал горло и душил крик, мокрый вор ползком протиснулся в пробитую щель между стеной и решеткой и скатился по обледенелому полу прямо до входа в канализацию.
Наклон был крытым, Галент не успел затормозить и со всего маху врезался в решетку. Сверху посыпалась железная труха, удар был столь сильным, что вор расшиб себе лоб — прям до искр в глазах, — револьвер вылетел из его рук. Галент не особо расстроился, все равно мокрый пистолет был бесполезен.
Утерев кровь, Галент кое-как встал на ноги и согнулся, зажимая рот. Его стошнило. Затхлость канализации удушала и вызывала тошноту. В подземелье было теплее, чем снаружи, вода замерзала только в самые лютые морозы. Переведя дух, Галент растолкал мусор возле прохода, разгоняя ленивых ящериц, и осмотрел ограду. Петли проржавели настолько, что достаточно было небольшого усилия, чтобы выбить решетку.
— Да сколько уже можно?! — простонал Галент и ударил сжатыми кулаками по прутьям.
Решетка слетела с петель, а вор устало рассмеялся.
— Хоть ложись и помирай, — стуча зубами, добавил он и, шатаясь, пошел по коллектору куда-то направо.
Туннель у входа разделялся на две части, Галент выбрал путь, который казался суше. И там была спасительная темнота! Слабо улыбнувшись, вор заковылял к своим любимицам теням, опираясь на стены, эта погоня его уже измотала…
— Сайленс, — сквозь зубы бубнил вор, — найду и убью гниду. Повешу на кишках, старый… тварь… ненавижу…
Военные вместе со жрецами повторили путь вора и скатились по коллектору вниз. Зная, что еретик находится где-то рядом, они разделились на группы и принялись прочесывать туннели, гоняя крыс и земноводных. Любой, кто попадался на их пути, должен был умереть, и сборщики мусора, привлеченные выстрелами, заметив жрецов, бросились наутек. По ним начали стрелять, пороховой дым отравлял и без того редкий в этих подземельях воздух.
Галент воспользовался суматохой и проскользнул мимо одного отряда незамеченным. Это было не так уж трудно, солдаты занимались тем, что отстреливались от бешеных собак.
В сыром и теплом воздухе
Солдаты шумели так, что на их фоне легкие шаги вора были абсолютно неслышны. Зато Галент мог ориентироваться по звуку и заранее прятаться в нишах так, чтобы его не могли засечь церковники с магическими светляками. Полуразрушенных отводов, тупиков, арок и ям, в которых скапливался всевозможный мусор, было предостаточно. Солдаты штыками, повинуясь командам жрецов, разгребали кучи грязи, в надежде найти еретика, но Галент и не собирался прятаться в этом месиве. Поступи он так, здоровым ему из подземелий точно не выбраться.
Холод в купе с миазмами канализации способен убить всякого, даже такого выносливого человека, как Галента.
Вор и так мог найти предостаточно укрытий. Тут он спрячется в широкой щели между стен, по которым струится ручеек с поверхности — плевать, он и так мокрый! Там вор найдет закупорившийся водоток, в котором можно свернуться калачиком. А кое-где он просто нагло шел за спиной охотников — им и невдомек было, что еретик совсем рядом.
С парой таких глупцов вор разделался и сбросил в сток, крысы тут же поспешили познакомиться со свежим, еще теплым мясом. Часто встречались насосные, где среди хитросплетений труб и бахромы мха вора не смогли бы сыскать даже самые сметливые охотники.
Вору приходилось действовать быстро, давая ногам власть над головой. И они ни разу не подводили его.
Зверье канализационное под восточными районами вело себя иначе, чем на западе. Крысы сбивались в стаи и преследовали даже Галента, уж они-то видели его в темноте. Вору помогало лишь то, что жреческая магия крысиным стаям казалась привлекательней. Земноводные походили на ублюдков кошмарных снов. Полчища насекомых с настойчивостью мертвецов промзоны пытались отравить всякого, кто оказывался поблизости.
Паутина, мхи, светящиеся грибы служили украшениями подземных галерей. В стоках плавали кости, в том числе и человечьи. Запах был ужаснее, чем в самой грязной канаве западного берега — сказывались конструктивные недостатки восточной клоаки.
Солдаты палили в слепую, пытаясь испугать и крыс, и земноводных, и крупных насекомых. Но все тщетно. Многие не вернулись из этого похода, даже церковники со всей их магией и верой не могли справиться с безумством природы, прокравшейся в Город.
Военные пытались перекрыть все выходы из коллекторов, но пока они планировали, составляли планы, Галент уже нашел выход наружу. Добравшись до очередного тупика, помеченного нечитаемой табличкой, вор взобрался по лестнице наверх и отодвинул тяжелую крышку люка. Сверху посыпался какой-то мусор, объедки, солнечный свет ослепил.
Галент, ругаясь и отплевываясь, вылез наружу и задвинул крышку на место.
Злой ветер тут же принялся терзать разгоряченное тело Галента. Вор чихнул и поежился.
— Точно заболею, — шмыгая, пробормотал он.
С вершины мусорной кучи на него взирала пара тощих псов и недобро рычала. Вор рыкнул в ответ, напугав шавок. Те, скуля, скрылись в мусорных лабиринтах и оставили человека в покое. Еще не хватало, чтобы эти облезлые твари подняли лай.
По параллельной улице проехал гусеничный броневик с открытым кузовом, в нем сидело с десяток солдат, но Галента они не заметили. Вор тихонько присвистнул, ресурсы, которые бросил Грим на его уничтожение, внушали уважение. Тем сладостней будет поражение этого ублюдка в серой рясе.