Вопрос времени
Шрифт:
— Потому что я не могу их иметь сама.
— Но я-то этого не знал тогда. — Он посмотрел на нее долгим взглядом. — На острове, — сказал он, — когда ты заявила, что тебе не нравятся ракушки, я подумал…
— Когда я узнала, что не могу иметь детей, я постоянно чувствовала пустоту как…
— Как в ракушке. Я, наконец, обо всем догадался. Вчера, когда ты рассказала об операции… — Он протянул
Закрыв глаза, она стала слушать.
Сначала она слышала лишь шелест своих волос с поверхности ракушки. Но затем… она услышала звук набегающих волн. Музыкальный, магический, он заставлял прислушиваться. Она сосредоточилась, сдерживая дыхание, и увидела сквозь закрытые веки солнце, освещающее белый песок, голубое небо, прозрачные голубовато-зеленые волны Карибского моря, крик морских чаек, ветер, пробегающий по верхушкам пальм, почувствовала запах тропических цветов…
— Ты улыбаешься, Кейт!
Она ощутила его пальцы на своей руке и позволила ему взять ракушку.
— Ты теперь поняла, моя милая, музыку и красоту души? Я верю, что все, созданное Богом на земле, имеет душу. И у тебя, Кейт Эшби, — самая прекрасная душа на свете.
Катрин знала, что была бы счастлива, просидеть так всю свою жизнь на коленях у Рекса, слушая его голос, шепчущий ей о любви, и сердце ее пело…
Но у нее все еще были вопросы.
— Рекс, — раскрасневшись и задыхаясь, она вырвалась из его объятий, — почему ты женился на Бронуин? Если вы не любили?
В глазах его была глубокая грусть.
— Ты не догадалась? Через два месяца после поездки в Нью-Йорк Бронуин обнаружила, что ждет ребенка.
Наконец-то она поняла все.
— Мы оба хотели иметь ребенка, и единственным решением была свадьба. Ради ребенка. — Он печально улыбнулся. — Может быть, не самое мудрое решение, так как мы могли бы встретить настоящую любовь в будущем, и кто знает, чем бы это кончилось. Но мы оба дожили до тридцати двух лет, и ничего не случилось. — Он пожал плечами.
— Отчего она умерла? — Катрин не хотела спрашивать, но решила узнать все до конца,
— Ее убили.
В ужасе она уставилась на него, а он продолжал ровным безжизненным голосом.
— Она была в магазине через несколько месяцев после рождения Джесс. Какой-то человек ворвался туда и начал стрелять в посетителей. Он убил шестерых. Бронуин в том числе. Потом узнали, что он раньше работал в этом магазине. Когда полиция хотела схватить его, он застрелился.
— О Боже!
Руки Рекса обняли ее еще крепче.
— Я должен был уехать из Нью-Йорка. Слишком много воспоминаний. Я примирился со случившимся, но долго не мог говорить об этом. Поэтому я никогда никому не рассказывал о своей жизни. Если бы узнали, что я был женат и у меня есть ребенок, стали бы спрашивать о жене и…
— О, прости меня, Рекс.
— Мы с Бронуин были счастливы. Я ни о чем не жалею. Но прошло уже почти три года, наступило время оставить прошлое прошлому. — Он отпустил Катрин и встал сам. — А что касается будущего… Я собираюсь устроить свою жизнь так, чтобы проводить побольше времени дома…
— Чарли говорил: он слышал, что главная женщина в твоей жизни хочет видеть тебя чаще.
Рекс ухмыльнулся.
— Чарли прав, Джесс любит, когда я дома.
Катрин обвила руками его шею.
— Еще один вопрос, обещаю — последний. Ты говорил, что не собирался делать мне предложения той ночью, когда ты остался…
Она не закончила.
— Но ты очаровала меня, Кейт… и если бы ты не остановила меня, я бы его сделал. Но я не хотел. Я хотел подождать, пока ты встретишься с Джесс. Мне необходимо было увидеть тебя со своей дочерью, Кейт, и не потому что я сомневался в тебе. Но я должен был быть уверен, что ты полюбишь ее так же, как я ее люблю. Я не мог рисковать. И когда я увидел, как ты на нее смотришь…
— О, Рекс, я могла умереть от отчаяния, потому что она затронула мое самое больное место. Я так мечтала о дочери, подобной Джессике! — Катрин покачала головой, в глазах ее стояли слезы радости. — Пути Господни неисповедимы!
— Да, моя милая Кейт! — прошептал Рекс и нежно коснулся ее губ своими.