Вопрос времени
Шрифт:
Катрин кивнула.
— Но она никогда не дает интервью! — Раздраженным жестом Триш бросила свой стаканчик в корзинку для мусора. — По сравнению с ней Грета Гарбо могла бы получить приз Мисс Дружелюбие, Она же никогда не общается с прессой!
— Тихо, тихо. — Катрин осуждающе покачала головой. — Разве ты не знаешь, Триш, что нельзя говорить «никогда»; а я-то думала, что ты поклонница Джеймса Бонда!
Сара и Аманда захихикали, и Катрин пошла дальше, стук ее каблучков громко разносился по коридору. Уходя, она бросила через плечо намеренно сладким тоном:
— Передай,
Направляясь к офису главного редактора, она подумала, что это ложь чистой воды. Она отнюдь не сожалела, что не встретится с Рексом Пантером. Он был самым невозможным, невыносимым и в то же время пугающе сексуальным, а потому опасным.
Воспоминания о нем вызывали раздражение, и она заставила себя успокоиться и идти медленнее. Ужасно, как она могла позволить одному поцелую, одному глупому незначительному поцелую так размагнитить ее.
А почему? И что ее так расстроило?
Прошло два месяца после того случая, но ей потребовалось тогда всего несколько часов, чтобы ответить себе на этот вопрос. Сейчас, направляясь в офис Кена, она нахмурилась, вспоминая в тысячный раз тот злосчастный эпизод.
В тот день, когда она завоевала премию Макджилливрэ, Кен позвал ее в свой офис, чтобы сообщить новость. По-видимому, никто еще об этом не знал, а если и знал, то не показывал виду. Она же и не догадывалась ни о чем даже тогда, когда Кен позвонил и попросил ее зайти к нему в офис около трех. Открывая дверь, Катрин услышала громкие голоса и крики:
— Сюрприз! Сюрприз!
Все сотрудники столпились в маленькой комнате. Еда была заранее заказана в китайском ресторанчике, и на столе Кена стояли пластиковые стаканы и несколько бутылок белого вина. Отсутствовал только Рекс Пантер. Он был в отпуске, и его ждали лишь на следующий день. Катрин радовалась, что его нет, — по какой-то ей самой не ясной причине она чувствовала себя не в своей тарелке в его присутствии. Он работал в «Кларион» около года в качестве международного корреспондента, приехав сюда из Нью-Йорка. По словам Чарли Берка, его партнера, знавшего его лучше других, он был человеком, тщательно оберегавшим свою личную жизнь от посторонних.
Но после вечеринки, когда все, кроме нее, Кена и Триш, убиравшей в офисе, уже ушли домой, дверь распахнулась, и, к ее удивлению, вошел Рекс. Совершенно неотразимый! У Катрин задрожали колени при виде его растрепанных ветром темных волос, облегающих черных джинсов и старой поношенной кожаной куртки. Он прямо в дверях объявил, что только сейчас узнал о событии и зашел ее поздравить. Ее как будто приковали к месту. Рекс пересек комнату, легонько обхватил ее плечи и…
И затем поцеловал.
Она была уверена, что поцелуй был задуман как короткий, безличный, поздравительный, но почему-то, когда их губы встретились, получилось по-другому. Их вдруг охватило совершенно неуправляемое сексуальное возбуждение, и Катрин почувствовала, что вся горит от желания. Его рот был властным и твердым, дыхание теплым и интимным, от волос шел какой-то чисто мужской терпкий запах. В нем чувствовалась неотразимая мужская сила, разбудившая
Когда наконец он отстранился, в его глазах зажегся странный, покрытый поволокой огонек, взгляд явно противоречил ироничной усмешке, притаившейся в уголках губ.
— О, сюрприз! — прошептал он так тихо, что остальные не могли ничего услышать. — Значит, все же за всем этим скрывается женщина!
Ее ответ был молниеносным и непредсказуемым даже для нее самой. Правая рука поднялась и звонко ударила его по щеке.
Она услышала, как Триш охнула от изумления, удивленно заворчал Кен. На миг она замерла на месте, не в силах осознать, что натворила, а затем, ничего не видя, схватила сумочку и бросилась из комнаты, громко хлопнув дверью. Она пробежала коридор до своего кабинета, сорвала с вешалки зимнее пальто и все свои вещи, дрожа от мысли о встрече с Рексом, по пожарной лестнице спустилась вниз и уехала домой.
К утру, она успокоилась. Сжав зубы, она проанализировала свои действия со всей честностью, на какую была способна, и пришла к единственно возможному выводу. Она ударила Рекса не из-за поцелуя, а потому, что он потом обидел ее. Его дразнящие слова больно задели ее. Но мог же он предположить, что на эти слова можно обидеться! Видите ли, до поцелуя он сомневался, женщина ли она! Господи, да за все эти четыре года разве она сама не сомневалась в этом? И сейчас — уверена ли она, что это не так?
И неудивительно, что шутка так задела ее. Но слова были произнесены так невинно. Всего несколько человек знали ее тайну, и Рекса Пантера не было среди них.
Она призналась себе, что поступила отвратительно, и собиралась извиниться перед ним утром. Но его уже не было в «Кларион». Она бродила у его кабинета, и Триш, проходя мимо, с понимающей улыбкой на губах сообщила, что он уехал по заданию на Ближний Восток.
Он вернулся, и опять именно Триш сообщает ей эту новость. Но он был в отъезде целых два месяца, и Катрин решила, что инцидент исчерпан, прошло ведь уже столько времени. И нет никакой необходимости вновь возвращаться к этому случаю. Она намеренно спрятала эти мысли в глубине сознания и надеялась, что тот эпизод никогда больше не всплывет на поверхность.
Слава Богу, она уезжает утром! Настроение ее улучшилось. Они с Чарли хорошо ладили друг с другом, и она так надеялась на эту поездку; без сомнения, результатом будет лучший выпуск «Великолепного уик-энда».
Офис Кена находился в самом конце коридора; дойдя до двери, Катрин постучала, ожидая хриплого ответа «Войдите!». Она нарочно приоткрыла дверь, чтобы свежий воздух просочился в комнату из коридора и чтобы хоть часть отвратительного дыма от невозможно вонючей неизбежной сигары Кена вышла наружу.