Воплощение

Билик Дмитрий Александрович

Даже обычный ситник, который в Пределах бы восприняли с легкой улыбкой, в Землях представал суровым испытанием. Одаренная продрогла так сильно, как не замерзала на самых высоких пиках Хребта Дракона. Ко всему прочему добавился ветер, превращая слабый летний дождь в привычный северный «косохлест», как называл его Ерикан.

— Куда-то торопишься? — ответил наставник, внимательно глядя на Юти.

Девочка в очередной раз удивилась, насколько силен не только духом, но и телом оказался старик. Даже теперь, облаченный в насквозь промокшую рубаху, он выглядел

невозмутимо. Словно Ерикан был готов путешествовать еще многие недели без сна, очага и отдыха.

Но, вместе с этим, вопрос оказался невероятно правильным и точным. И касался он не той неприятности в виде дождя, которая досаждала путникам, а нечто более глубокого. Того, о чем сама Юти боялась лишний раз подумать.

И теперь, когда вопрос прозвучал, девушка невольно вздрогнула. Однако оправившись от внутренней судороги души, все-таки огласила собственные опасения.

— Я хочу поскорее разобраться со всем, чтобы избавиться от…

— От тревожных мыслей, которые преследуют тебя, так? Расставить все по местам и успокоиться?

Юти кивнула и многочисленные холодные капли упали с ее волос.

— Как думаешь, случались ли с Аншарой неприятности?

— Неприятности? — не сразу поняла девочка.

— То, что не нравилось ей. То, что не входило в планы. Заставляло останавливаться или делать шаг назад?

Юти задумалась, поняв, что в вопросе, очевидно, кроется подвох.

— Случались? — спросила она.

— Постоянно, — почему-то обрадовался неожиданному воспоминанию старик. — Не проходило и дня, чтобы она не вляпалась в очередную историю. И это происходило отнюдь не из-за недостатка концентрации или плохого наблюдения за миром. Скорее даже наоборот. Она так тонко чувствовала все, что ее окружает, что предметы и люди не справлялись с подобным напряжением.

Одаренная от изумления даже рот открыла. Она считала Аншару чем-то вроде ожившего памятника. Идеальным созданием, не совершающим ошибок. Той, с которой не случается неприятностей. И вдруг услышала нечто, вовсе не соотносящееся с образом богини.

— С каждым из нас происходит нечто плохое. Каждый из нас теряет близких или совершает непоправимые ошибки. Отличие обычного человека от воина в том, что последний не пытается бежать от дурных мыслей и событий. Даже они дают истинному последователю Аншары силы и делают его лучше. Понимаешь?

Юти честно замотала головой. Как мысль о том, что в смерти отца может быть замешана мать поможет ей стать сильнее? Пока эти предположения разрывали ее на части.

— Я не могу тебя научить жить, — ответил Ерикан. — Могу направить, указать путь, но следовать по нему или нет, ты решишь сама.

— И что будет, если я приму неправильное решение?

— Для тебя нет неправильных или правильных решений, — ответил Ерикан. — Все это часть тебя и твоего пути.

— А для тебя? Что будет, если я приму не то решение, на которое ты надеешься?

— Для меня это станет катастрофой. Как и для большинства людей, которые живут в мире, — с той же легкой улыбкой ответил Ерикан. —

Что до первого твоего вопроса, то если ты пошлешь скворца, то он вернется через пару часов и расскажет тебе, что видел низкие, но толстые стены из бурого камня. Это и есть Хорт.

Юти пожалела птицу. Та только раз высунула свой любопытный клюв наружу, но оглядев хмурую действительность вновь спряталась назад. Даже находиться под мокрой рубахой, но прижавшись к теплому телу, скворцу представлялось более заманчивой перспективой, чем оказаться под дождем.

Однако Хорт действительно показался, пусть и не так скоро, как надеялась Юти. Спустившись и поднявшись с бесчисленных, несколько раз срезав путь через острые скалы, намесив немало грязи по проторенной тропе, они все-таки выбрались к городу.

Хотя больше всего крупнейшее поселение Севера, как преподносил его Ерикан, напоминало обычный поселок, какие бывали в Западных землях. Разве что посередине его, на холме, воздвигли коренастый замок, вырубленный из местного дерева, который окружили невысокими, всего в два человеческих роста, стенами. К слову, тоже из дерева. Разве что очищенного от сучков и плотно подогнанного друг к другу. Чтобы случайный неприятель не преодолел преграду без подручных средств.

Беспечность северян по возведению фортификационных сооружений сначала серьезно удивляла Юти. Только спустя какое-то время Одаренная поняла, что несмотря на суровый нрав местных непосредственно в Землях, где каждый ярл приходился другому точно каким-нибудь дальним родственником, чрезвычайно редко кланы по-настоящему воевали. Замки и защитные сооружения здесь оставляли желать лучшего.

Оттого именно Север и был захвачен в самые короткие сроки имперскими войсками, когда Витий Керай Кулен Первый железным кулаком объединял под своим крылом все земли. Но вместе с тем, несмотря на беспечность правителей и слабые, с точки фортификационных сооружений, замки, именно здесь Главный Ворон потерял большую часть людей.

Северяне бились, как разъярённые медведи, дорого продавая свои жизни. И что вновь удивило Юти, по рассказам наставника, после они довольно легко приняли власть Керая, признав его победу. Выжившие ярлы или дети ярлов убитых, принесли клятву верности Главному Ворону. Ерикан говорил, что пока жив Император, в Землях будет спокойно. Здесь более, чем где-то еще ценилось слово воина. Однако как только Керай умрет, начнется война. Потому что если представится шанс стать свободными, северяне своего не упустят.

Видимо, призрак грядущих сражений или страх перед суровыми, на первый взгляд, обитателями Земель отпугивал имперских торговцев и прочих скитальцев. Да и что тут было делать, к примеру, паломникам или праздношатающимся путешественникам? В Землях не было ни одного храма Аншары, ни одного памятника (северяне считали, что из камня лучше строить дома, а из железа — ковать мечи) или прочей диковинной архитектуры. А если добавить сюда не самую ласковую погоду, то вывод казался вполне очевиден. На Севере делать нечего!