Волшебный браслет
Шрифт:
«Как же мне узнать, что делается теперь с моими лисятами?» – подумал было Тимка, пробираясь через густой молодой ельник.
Здесь, под густыми еловыми ветками, было совсем-совсем темно. Но вот ельник остался позади, а в лесу было по-прежнему темно. Взглянул Тимка на небо и поежился: громадная свинцовая туча закрыла весь небосвод, острый, пронизывающий ветер раскачивал вершины голых берез, шумел еловыми лапами. Вот мелькнули первые снежинки и посыпались, понеслись по лесу, аккуратно покрывая белой пеленой все вокруг. Снег шел и час, и другой, и всю ночь, а наутро весь лес стоял неестественно тихий и неподвижный.
– Ну вот и замечательно! –
Говоря так, он вспомнил, как они с папой каждый год старались попасть из города в лес сразу после первого снегопада и как папа учил его азбуке зимнего леса. Конечно, Тимка еще не был отличником или даже «хорошистом», как иногда называли в его школе четверочников, но разобрать, где пробежала лиса, он мог уверенно.
– Тут уж не запутаешься… – бормотал Тимка, выглядывая среди деревьев, не мелькнет ли где-нибудь такая заметная цепочка лисьих следов.
Немало пришлось исколесить ему лесных гривок, косогоров и оврагов, пока наконец он не нашел того, что хотел, – ровную цепочку следов. Да, сомнений не было: здесь совсем недавно прошла лиса. То, что прошла лиса, а не собака, по следу определить было совсем не трудно – аккуратно, след в след, ступали лапки, и все отпечатки как будто по ниточке выведены вдоль одной линии, а две передних подушечки с коготками чуть отставлены вперед от трех задних.
– След небольшой, видно, лиса молодая, – размышлял Тимка. – Придется пойти по следу, иначе ничего не увидишь.
Говоря так, Тимка, конечно, подражал отцу, который спокойно и уверенно разбирался в лесных следах, и всегда все получалось, как он говорил. Тимка сначала не верил, что можно догнать лису или зайца по следу, но они вместе с отцом не раз это делали потом, чтобы полюбоваться издали на охотящуюся лису или вышугнуть зайца из чащобы.
Прошел Тимка аккуратно около следа с полкилометра и вы шел на опушку леса. Здесь ровная строчка кончилась. По следам было видно, как зверь бросался то в одну, то в другую сторону, разрывал лапами тонкий снежок и еще не особенно мерзлую землю.
«Мышковала…» – опять по-взрослому и с удовольствием, что правильно разобрался, подумал Тимка, увидев следы охоты за мышами. Здесь действительно лисица хорошенько поохотилась на колонии полевых мышей, сильно размножившихся этой осенью.
И тут Тимке повезло. Пока он раздумывал, что делать дальше, чтобы побыстрее встретить лису, она сама пожаловала к нему в гости. В разгар охоты она на время потеряла осторожность и случайно оказалась совсем близко от опушки, где замер Тимка. Да, сомнения больше не оставалось: это был Курносый, тот самый лисенок, который тогда следом за матерью убежал от охотников, пришедших к норе. Какой он стал большой и красивый! Только вздернутый нос остался такой же смешной и заметный. И тут Тимке пришла в голову счастливая мысль поговорить с Курносым.
– Тяв-тяв! – затявкал Тимка неожиданно для себя звонким голосом. – Тяв-тяв!
Лисица вздрогнула, метнулась было в сторону, потом настороженно остановилась, повернулась носом к Тимке и чуть опустила голову набок.
– Тяв-тяв! Я Тимка! Здравствуй, Курносый! Я так рад, что снова встретил тебя живым и здоровым! Тявв!
– Рр! Ти-яв-лв! Я ведь не знаю тебя! Чего тебе нужно от меня? Тия-вв! Рр! Откуда ты знаешь наш язык? – недоверчиво оттявкнулся лис.
– Я пришел от Хранителя Вита и давно знаю тебя. Тяв! Еще с тех пор, как ты – тяв-тяв! – играл с другими
– Урр! Так это ты привел охотников к норе? Ррр! – подозрительно и все более настораживаясь, спросил лис. Шерсть на его загривке слегка приподнялась и теперь грозно топорщилась. Оскаленная морда смотрела на Тимку.
– Нет-нет! Охотников привел к норе твой глупый брат, который стащил курицу в деревне! Помнишь, сколько белых перьев летало у норы? Тявв!
– Тяв-тяв! Мы все тоже так решили, – немного успокоился Курносый. – Но что ты хочешь от меня? Р-яв!
– Где твой брат и родители?
– Брат и мать погибли от какой-то страшной болезни. У них выпали волосы, шуба стала холодной, а все тело сильно чесалось. Я боялся к ним подходить. Тяв! Тяврр! Отец ушел в другие места, и я его давно не встречал. Теперь здесь хозяин я! Тя-тяв! – И лис гордо выпрямился и мотнул хвостом из стороны в сторону. – Не подходи ко мне! Тя-тяв-тявв! – И лис отпрыгнул от направившегося было в его сторону Тимки. – Я терпеть не могу всяких двуногих с их ружьями, собаками, капканами! Я не боюсь тебя, но не доверяю тебе и твоему Хранителю Виту. Прощай! Тяв-авау-ай! – И, решительно повернувшись, Курносый большими прыжками понесся прочь.
«Вот так поговорили! – обиженно подумал Тимка. – Так я, пожалуй, никогда не вернусь в пещеру».
– Ну вот это уж напрасно, – раздался знакомый голос рядом с Тимкой, затем что-то пронеслось мимо него и шлепнулось на землю рядом с лисом.
Еще мгновение, и лис, жалобно скуля, повернулся к Тимке и, поджав хвост, затрусил к нему рысцой. На его спине, уютно устроившись, сидел Хранитель Вит в своем неизменном берестяном плаще.
– Это уж ты напрасно путаешь меня с людьми, – повторил он еще раз, теперь уже определенно обращаясь к Курносому. – Вот люди, те действительно часто портят природу, не задумываясь ни о завтрашнем дне, ни о жизни своих внуков и правнуков. А мы с тобой, – тут старик потрепал Курносого за ухо и ласково щелкнул по носу, – мы с тобой и есть та самая живая природа, которая все свои сегодняшние заботы меряет завтрашней меркой. Вот ты уродился и смелым, и на ученье податливым, и осторожным в меру – вот и принюхивайся к жизни, ищи для себя подругу, размножайся. Научился мышковать получше, так будь уверен, найдется и полевка, которая от твоего носа укроется, и тетеревишка, который от тебя спасется. В их потомстве еще похитрее твари встретятся и с твоими будущими лисятами потягаются: кто кого победит в борьбе за жизнь? Вот так без конца живое изменяется да изменяется. А я слежу за всем этим делом да радуюсь, когда что-нибудь не только новое, но я толковое получается… Ну, беги теперь. – И Хранитель Вит приподнялся, чуть взлетел и опустился рядом с Тимкой.
Но Курносый, вместо того чтобы стремглав улепетнуть подальше, медленно подошел к Тимке и сел рядом с ним на снег, внимательна рассматривая во все глаза Хранителя Вита.
«Как будто привязали его глаза туда!» – мелькнуло у Тимки.
Лис сидел теперь совсем рядом, и рука Тимки сама собой осторожно подвинулась и что есть мочи схватила его за пушистый рыжий хвост.
«Рртявь! Ррав-тяв!» И Курносый, обернувшись, вцепился сильными зубами в руку. Тимка отпустил лисий хвост и отдернул руку. Старик как будто и не обратил внимания на потасовку, только погладил Курносого по голове и сказал: