Волк за волком
Шрифт:
Смотри прямо. Туда, где опасность.
Вдох.
Выдох.
Достигни края дыхания
И стреляй.
День 30.
Прощай. Это ведь всегда было прощай, не так ли?
Она никогда не могла произнести его вслух.
ГЛАВА 25 (СЕЙЧАС)
25 МАРТА, 1956
ИЗ БАГДАДА В НЬЮ-ДЕЛИ
Во время тура Аксис 1951 года случилось сильное наводнение. Прямо на подходе к Дакке. Стена грязной мутной воды обрушилась на лидеров соревнования,
Так в правила тура Аксис было добавлено правило номер 27: "В случае бесспорной потери мотоцикла вследствие воздействия внешних сил, не подвергающихся контролю гонщика, указанный гонщик может завершить отрезок пути на любом имеющемся в его распоряжеии транспортном средстве."
В соответствии с правилом 27 гонка продолжалась.
По крайней мере скорость, с которой ехал Феликс, оставляла такое ощущение: он беспощадно вдавил педаль газа в пол. Передние фары грузовика прочищали путь сквозь дикие леса километр за километром. Яэль, перебравшаяся из кузова в кабину водителя сквозь отверстие сзади, направляла водителя с высунутой в окно головой. Она пыталась найти смысл в расстилающихся над ними звездах.
– Бензина надолго не хватит, - кивнул Феликс на показатель топлива, где стрелка уже приближалась к левой отметке.
Яэль изучала покрытое крошками света небо. Они ехали большей частью на юг, немного на восток, уже несколько часов. Лишь дело времени, когда они наткнутся на какое-нибудь поселение. Вопрос состоял в том, выдержит ли стрелка топлива? Или они погибнут на краю дороги, став подсадными утками для людей Ветрова, которых он послал после починки шин?
– Не останавливайся, - сказала она.
Феликс подчинился, удерживая крутящийся руль.
– Лука за тобой бы не вернулся. Ты ведь понимаешь это, да?
Она понимала. Да?
Все случившееся поражало Яэль сейчас, когда она уехала на десятки километров от адреналина и героизма. Лука Лоу был одной из ее сильнейших угроз. Логически, теоретически она должна была оставить его позади. Устранить риск. (В конце концов он, светловолосый голубоглазый национал-социалист, этого заслуживал. Не так ли?)
Но вот он сидел, скрутившись, в кузове грузовика, а ткань его разорванной нательной майки была прижата к кровоточащему уху. Да на майке Яэль была его кровь. В ее пистолете стало на одну пулю меньше. А рука все еще тряслась от очередной почти смерти.
Никто из них, как оказалось, не был непобедимым.
Яэль снова выглянула из окна, где на небе звезды гасли, как сгорающие сигареты.
Феликс направил грузовик по крутому повороту дороги, и внезапно темнота ночи была разрушена. Сквозь далекие склоны гор показались огни города. Электричество, пожирающее основание горы.
Нет, поняла Яэль, как только они подобрались поближе. Это был не город. Это лагерь, окруженный колючей проволокой и смотровыми башнями.
Цифры и игла отозвались болью в ее руке, в то время как Феликс приблизился к лагерю. Ее ногти впились в обивку сидения. К тому времени, когда они достигли ограждения, она проделала в кресле дыру, а грузовик изверг последние остатки топлива и сдался.
Свет смотровых башен нацелился на них. Всевидящее око. Солдаты национал-социалисты окружили грузовик с советскими символами с поднятыми ружьями. Все, что в какой-то момент могла видеть Яэль, - это ослепляющий свет, нарукавники со свастикой и дула ружей. Ее сердце сжалось, а ногти еще сильнее впились в обивку. Они почти дошли до пружин.
Но Адель Вулф была их любимицей. Не заключенной или добычей. Как только они увидели ее лицо, их ружья опустились, а лидер выступил вперед, осыпая ее извинениями.
Гонщики стали спускаться с автомобиля - потрясенные. Мужчина с аптечкой в руках направился к Луке. (Его лицо все еще было покрыто кровью, несмотря на ту часть, что он оставил на майке Яэль и на своей собственной.) Парень отправил его в заднюю часть грузовика, где сидел Ямато.
Первое, чего попросила Яэль, - это радио. Она настроила нужную ей частоту, умело управляясь с кнопками и рычагами, и вскоре смогла установит связь с главой КПП в Нью-Дели. Это был короткий разговор, прерывающийся частыми помехами. Суть заключалась в следующем: похищены, сбежали, сейчас в норме. Тур продолжается? Да. Добирайтесь до Нью-Дели.
Сообщение принято.
Второе, о чем попросила Яэль, - бензин:
– Достаточно, чтобы мы смогли доехать до Нью-Дели.
– Запасы топлива разбросаны здесь, - надзиратель (приземистый мужчина с квадратной челюстью) показал на огороженную колючей проволокой землю за ними. Это были не машины смерти, Яэль поняла это по отсутствию гадкого дыма, а трудовой лагерь. Шахтерский, судя по виду.
– У нас имеется четкое количество для генераторов и транспорта, который ходит по расписанию. К тому же, если поедете на этом, вас точно пристрелят.
– Когда следующая машина до Нью-Дели?
– Несколько солдат едут завтра днем. Они будут в Нью-Дели к полуночи.
– Завтра днем?
Это не достаточно быстро. Ведь гонка все еще продолжается, время идет, а Катсуо на свободе. Логически, тактически, Яэль знала, что парень, скорее всего, до сих пор передвигается пешком и явно не сможет их догнать. И все же она не могла избавиться от мысли, что победитель их обогнал.
– Есть другой способ?
– Сейчас загружают грузовой поезд. Он отъедет в Нью-Дели через десять минут. В вагоне с пайком будет место.
Поезд... темный, качающийся, закрытое пространство, горячие тела (и под всем этим яях-эль, яях-эль, яях-эль).
– Победитель Вулф? Что-то не так?
Ее глаза были закрыты, осознала она. Яэль открыла их и обнаружила смотрящего на нее надзирателя. Подбородок наклонен. Глаза сужены.
– Это... это самый быстрый способ?
– Поезд доберется до Нью-Дели к полудню, - сказал он ей.
Двенадцать часов. Время, которое могло решит дальнейшую судьбу гонки. Если бы Катсуо не бродил неизвестно где, она подождала бы. Воспользовалась другим средством передвижения. Но она не могла так рисковать.