Волчья звезда
Шрифт:
– Он их проводил... недалеко. И вернулся немного нездоровым. Сейчас он отдыхает.
– Так, может быть, его стоит отправить в столицу? – продолжая оставаться в седле, предложил юноша. – Извар посмотрит, что с ним, и поможет ему.
– Нет, Дерц не настолько болен, чтобы докучать своим недомоганием волхву! – довольно резко ответил князь и в свою очередь задал вопрос: – Лучше скажи мне, Орт, с чем ты пожаловал? Ты по-прежнему собираешься выйти против меня на ристалище?
– Именно для этого я и приехал, – едва заметно кивнул Орт. – В названный тобой час, завтра
Последовала короткая пауза, после которой вожак коротко бросил:
– Мы будем драться, повернувшись к Миру родовой гранью! Маршалом поединка со своей стороны назначаю... Власта.
После этих слов он повернулся к столпившимся за его спиной воинам и приказал:
– Разместите приехавших с моим сыном людей у восточной границы лагеря. Пяти шатров им хватит, и охрану этих пяти шатров я поручаю... Власту!
Высокий, седоволосый дружинник шагнул вперед и начал отдавать распоряжения по размещению приехавших, а князь откинул полу шатра и вошел внутрь.
Дважды посвященный волхв лежал ничком на раскинутых подушках и, казалось, не дышал. Несколько секунд князь глядел на неподвижное тело, и вдруг услышал тихий шепот:
– Твой младший прибыл...
– Да... – так же тихо ответил вожак. – А вот Извар остался в городе...
– Нет, ваш волхв приехал вместе с Ортом... – неожиданно возразил Ратмир.
– Но, Орт сказал, что Извар остался!.. – удивился вожак. – Он даже советовал отправить заболевшего Дерца к нему в столицу.
– Он врет, – жестко ответил Ратмир. – Извар находится в повозке!
– Я прикажу ее обыскать! – повысил голос вожак. – Я вытащу волхва оттуда!
– Зачем? – все так же шепотом переспросил волхв. – Пусть он прячется и думает, что не обнаружен. Он будет спокойнее и станет действовать наглее... А мне будет проще ему помешать.
Несколько секунд вожак молчал, а затем, согласившись с волхвом, спросил:
– Может быть, тебе что-нибудь нужно? Говори...
– Нет, – ответил тот, – до завтрашнего утра – ведь схватка назначена утром – меня не надо больше беспокоить. И сам отдохни как следует, постарайся поменьше думать о завтрашнем поединке и хорошенько выспись. На рассвете тебе понадобятся все твои силы!
Князь молча кивнул и покинул помещение. Он перешел в другую «комнату» и, отдав страже приказ не беспокоить его, улегся на толстом ковре. Вожак не волновался, только необходимость сразиться с человеком, которого он долгое время называл сыном, томила его. И все-таки уснул он довольно быстро.
А лагерь еще долго не затихал. Горели костры, разговоры шли негромко, но основательно, рыси и изверги обсуждали предстоящий поединок – небывалое событие в истории стаи. И только пять шатров, стоявших у восточной границы лагеря, тонули в темноте. Рыси, приехавшие с младшим сыном князя, не вступали в разговоры с соплеменниками, нарочито демонстрируя свою исключительность. И самое главное – то, на что почти никто не обратил внимания, – пять шатров вновь прибывших были расставлены таким образом, что повозка, прибывшая
Князь проснулся в самой середине часа Неясыти от странного, необъяснимо тревожного, едва слышимого звука. Словно кто-то, тихо рыкнув, толкнул его мягкой, но тяжелой лапой под сердце, и сердце тоскливо заныло от этого толчка. Осторожно поднявшись со своего жесткого ложа, он тихо вышел из шатра и остановился у порога. Справа от него черная иззубренная стена леса подпирала темно-синий, усыпанный звездами небосвод, а слева небо опускалось к самому горизонту, уже размытому подступающим рассветом. Воздух был прохладен и чист, ни один шорох не тревожил абсолютной, оглушительной тишины... И все-таки вожак прислушивался в надежде еще раз, теперь уже вполне осмысленно, услышать разбудивший его звук.
Он долго стоял на свежем, проясняющем голову воздухе, но так ничего и не услышал. А восточный край небосвода постепенно наливался светом, отодвигая ночь к западу, выводя из тьмы застывшие деревья опушки, неподвижных, спящих лошадей и фигуры дружинников, похожие на каменные изваяния, сторожащие могильные курганы.
Наконец, глубоко вздохнув, вожак вернулся в шатер. Он не собирался ложиться снова – спать ему уже не хотелось, да и чувствовал он себя вполне отдохнувшим. Но не было в нем привычного спокойствия, уверенности в своих силах, в своем... праве на действие!
И в этот момент он услышал чужую спокойную мысль:
«Возьми пару дружинников и сходи на ристалищную площадь. Внимательно ее осмотрите и соберите пять вот таких предметов...»
Перед внутренним взором вожака возник небольшой, бесформенный, незаметно-коричневый, плотно набитый мешочек из мягкой кожи, похожий на припорошенный пылью камешек. И снова зазвучала чужая мысль:
«Ты не должен поднимать их из травы, пусть это сделает один из дружинников. Все пять принесете в шатер и положите перед входом в мою комнату. Это надо сделать срочно!»
«Ратмир», – догадался вожак. Он хотел было переспросить его, каким образом волк смог заговорить на мыслеречи рыси, но передумал – этот вопрос мог и подождать. Вместо этого он, уже не опасаясь шума, вскочил на ноги и, набросив на плечи теплый халат, вышел из шатра.
У самого выхода его ожидал Власт, причем на его круглой, щекастой физиономии было написано растерянное удивление. Увидев князя, он подтянулся и негромко проговорил:
– Мне вроде бы как послышалось, что ты, княже, звал меня. Ну, вот я и подошел.
– Я действительно хотел тебя видеть, – успокоил дружинника вожак. – Возьми еще пару людей и подходите на сборную площадь.
Власт кивнул, развернулся и быстрым шагом отправился за шатер, где еще тлел последний из вечерних костров, около которого коротали ночь дежурные дружинники. Когда он в сопровождении еще двух человек, державших в руках факелы, явился на сборную площадь лагеря, вожак стоял в самом ее центре и разглядывал короткую траву под своими ногами с выражением явного сомнения на лице. Увидев подходящих дружинников, он почесал в затылке и проговорил: