Волчье счастье
Шрифт:
Медведи стояли в отдалении, возле кромки леса. Подоткнув спальник, легко поднялся на ноги и направился к ним. Был сдержан, не желая насторожить их раньше времени. И в то же время был так уверен в своих действиях, словно заранее знал, как все будет происходить. Я не в том настроении, чтобы миндальничать или допустить промах. Накипело!
Одновременно резким ударом кулака одной руки в подбородок отправил в полет медведя, ранее уже пострадавшего от меня, чтобы другой ладонью, словно тисками, стремительно
— Ты перешел черту, — спокойно сообщил ему о том, что мое терпение достигло предела. И сильнее стиснул его горло ладонью, заставив захрипеть.
«Были ли случаи боев между волком и медведем?»
Сейчас я ощущал в себе все необходимое для победы!
— Стой! — прохрипел Максим. — Выслушай. Я все объясню.
Холодная ярость клокотала в душе. Зверь не допускал возможности, что медведь уйдет от расправы, яростно жаждая его крови. Но… я не привык полагаться на животные инстинкты там, где важнее было все просчитать и распланировать. Предпочтительнее было оставить этот долг за хранителем.
С трудом и с ощутимым нежеланием расслабил руку, позволяя медведю дышать.
— За тобой долг! — сухо бросил ему, отступая на шаг. Руку сжал в кулак, так нестерпимо хотелось ему врезать.
Второй хранитель тоже пришел в себя и поднялся, кидая на меня злые взгляды. Но Вельнов удержал его словами:
— Присмотри за девушкой. Мы отойдем поговорить.
И, кивнув мне на лес за спиной, отправился туда. Я же, бросив взгляд на спящую Лену, перевел его на медведя.
— Если хоть один волос… — красноречиво начал я и показал ему кулак.
— Мы сами заинтересованы в ее безопасности, — недовольный прямой угрозой, высокомерно отреагировал хранитель.
Безразлично пожав плечами — проблемы медведей заботят меня меньше всего, — двинулся вслед за Вельновым. Но, отойдя в глубь леса метров на семь, обернулся и какое-то время под прикрытием деревьев наблюдал за медведем. Он спокойно присел в трех метрах от спящей волчицы и смотрел на течение воды в ручье. Я решил, что дальше не пойду: не собираюсь терять из виду свою бурую.
— Добровольский, ты на землях хранителей! — подойдя ближе, сурово напустился на меня Максим. — Позволяешь себе лишнее!
Медведя, несомненно, уязвил мой поступок.
— Не вам этим упрекать!
— Елене Волконской ничего не угрожало. Змеи — безобидные, порошок — да, неприятно, но от этого не умирают.
— Как обзаведешься парой, сообщи. Я выделю время и упрячу ее на полчаса в камеру, напичканную пчелами, и напою слабительным. В конце концов, от этого не умирают! — фыркнул я, сохраняя дистанцию. Урок с усыпляющим газом усвоен, отныне ни один медведь не получит шанса поймать меня врасплох. И за Леной следил краем глаза.
Вельнов поперхнулся воздухом.
— Хорошо, гарантирую —
— Что?! Это еще не конец? Ты серьезно полагаешь, что мы будем и дальше участвовать в происходящем маразме? Боюсь, ты станешь первым оборотнем, у которого выявят слабоумие!
— Добровольский, просто поверь мне на слово: это вам на пользу!
Вид хранителя и его тон были очень серьезны.
— Нет. Но вполне могу поверить, что это на пользу хранителям, но уж точно — не нам. Хотя, как ни кручу, никак не пойму, в чем ваша выгода.
Первый закон Андрея Добровольского гласил: делай лишь то, что выгодно тебе. В получении от происходящего преференций я сильно сомневался. И во всю эту болтовню про право голоса не верил. А вот в то, что нам под видом испытания могут подстроить серьезную проблему, которая выведет из строя минимум одного, — вполне.
— Испытание — идея Томаша, — упорно настаивал Вельнов. — А он на вашей стороне. Благодаря его стараниям вы получили отсрочку, а ты — возможность и у нас быть рядом с девушкой.
Я презрительно прищурился: слова, слова…
— Я приношу извинения за то, что перестарались с Еленой, — вскинул руки медведь. — И обещаю: если закончите испытание, помогу тебе в решающий момент.
— В решающий момент? — заинтересованно переспросил я. Это уже было похоже на выгоду.
— Да! В конце всего, на Верховном совете, тебе понадобится надежный тыл. Клянусь своим зверем, что помогу.
— Что ж… — Я не думал, что возможности этого молодого хранителя предполагают многое, но… в моем положении любая помощь сгодится. — По рукам!
— Тогда… — улыбка медленно расползалась по лицу медведя, — приступим к дальнейшему! Сам пойдешь или?..
Вельнов продемонстрировал мне очередной баллончик.
Мгновенно отступив, оскалился:
— Только попробуй! В этот раз сломаю сразу шею.
— Не вопрос, иди сам. Нам тоже не очень удобно тащить тебя наверх.
— Только меня?
— Да, я же сказал: пришла твоя очередь помучиться. — На лице хранителя отображалось немногим не предвкушение.
— Вы нас разделяете? — Это было скверно.
— Да, но вреда это Елене не принесет. Смысл в том, что мы удержим тебя на месте, подарив ей возможность легко достигнуть финиша. И победить. Мы компенсируем волчице ущерб, подыграв…
Это соответствовало моим намерениям, но червячок сомнения присутствовал: уж слишком все удачно складывается. Так не бывает!
— Помни! Ты поклялся не причинять ей вреда, — со значением намекнул я на вероятную в противном случае расплату.
— Клянусь своим зверем, мы подарим ей шанс сделать тебя легко и непринужденно! — горячо заверил медведь.