Волчье Иго
Шрифт:
Осталось немного. Скоро все закончится. Он это чувствует. Нужно торопиться.
– Все по палаткам, дети мои.
Дети тут же остановились и послушно склонили голову в кивке. Мальком всмотрелся в лицо каждого. Не хватало одного мальчика, Олли, но ничего страшного. Скорее всего, испугался. Альфа не сердился. Как никак, скоро придет очередь всех остальных Патрийцев. Не захотел быть в ряду избранных, любимых Матерью-природой больше всего – его проблема. Возможно, Мать-природа даже накажет его за подобное неповиновение. Это будет примером для остальных ребятишек.
***
«Преступность в городе достигла своего
– Новостной портал «Правда Алиены».
Глава 40. На пение птиц
– Ты думаешь, что контролируешь ситуацию, Безустанный? – усмехнулась Дейзи.
Энзо все еще прижимал пистолет к виску Олли. Шли минуты, но никто так и не сдвинулся с места, хотя жизнь мальчика буквально зависела от известного преступника Алиены.
– Убей его, – провозгласил один из советников, оглядывая белое одеяние Олли, – Он уже предал альфу, когда отказался от священного перевоплощения. Трус!
– Нет! – вдруг крикнула темноволосая женщина, обычная женщина, закрыв лицо руками, – Он может быть моим сыном… я просто не знаю…
Дейзи громко засмеялась и повернулась к Протестующей:
– Она не знает! Конечно, не знает, ты же оставила свое дитя нам на воспитание, небось, совсем младенцем. Жалкое существо!
– Я считала эти земли священными! Я думала, ему будет хорошо здесь, что Бог примет его…
Дейзи сорвалась с места и подошла к женщине вплотную, та жалко всхлипнула.
– Мать-природа, не заставляй меня задушить тебя собственными руками! – удерживая руки в воздухе, говорила Дейзи, – Вы все, дорогие матери и отцы, прекрасно понимаете, что не вера подтолкнула вас к «жертвоприношению». Вы слепы, если не можете увидеть в этом жестокости. Признайтесь уже всему миру, что вы просто-напросто хотели избавиться от нежеланных
– Ложь! – крикнул бородатый мужчина с огромным шрамом посередине лица, – Мы верили в священность этих земель, верили, что из избрал сам Бог, ровно до того момента, как вы изъявили желание не уведомлять нас о состоянии наших детей. Мы всего лишь хотим знать, что с ними все в порядке. Я, возможно, не узнаю свою дочь, она была совсем крохой, когда мы оставили ее у «моста»… но по крайней мере, услышав от лица Патрии, что все хорошо, я выдохну с облегчением.
– Притворство перед Богом! Жалкое притворство! – подала голос одна из жителей Патрии, – Хочешь сказать, что твоя душа успокоится после наших слов «все хорошо»? Спроси любого Патрийца – никто из нас не будет спать спокойно, зная, что наше священное дитя где-то в ином месте, с чужими людьми. Уж тем более нас не успокоят обычные слова, потому что мы дорожим друг другом.
– С чего же вдруг вы перестали отчитываться о состоянии наших детей? Вы по доброй воле взяли их на воспитание, вы с радостью принимали невинное дитя к себе, разве нет? Именно это мы слышали в ваших интервью Властям, – уточнила Протестующая.
– Вы не давали нам выбора! Вы оставляли детей у нас в лесу и бежали, что нам еще остается делать, кроме как растить их? Вы сами придумали и сами поверили в сказку о том, что человеческое дитя может быть одобрено священными землями Патрии!
– «Человеческое дитя»? Что вы имеете в виду?
Дейзи вопросительно взглянула на советников, потом на Патрийцев, и когда те кивнули, сделала шаг назад:
– Давай мы лучше покажем. В отличии от жалких людей, поступки для нас важнее слов.
Шона сорвалась с места:
– Нет!
Дейзи издала громкий крик, нет, скорее рычание, секунду спустя это завывание подхватили остальные Патрийцы. В следующее мгновенье их тела стали меняться с невероятной скоростью, одежда рвалась, спина, шея, голова, начали покрываться шерстью, а руки и ноги превратились в лапы. Вой и лай, вместо слов, блеск хищных глаз, вместо человеческих. Перед Протестующими уже не стояла досточтимое племя. Перед ними образовывалась целая стая волков.
И они пустились в атаку.
– «За альфу!» – вдруг услышал мысли Дейзи Дэн.
Протестующие недолго простояли в шоковом состоянии, после превращения Патрийцев люди рвались в лес, но волки догоняли быстрее. Полуволчата, совсем дети, тоже были в процессе обращения, однако Дэн быстро побежал на место битвы, хватая детенышей:
– Не смей, – уговаривал он полуволчонка, держа того за хрупкие плечи, – Ты слышишь? Я все еще твой бета и я приказываю тебе: не смей превращаться.
Мальчик глядел на него с недоумением:
– Но мама…
– Твоя мама сейчас нападает на людей. Твоя мама – не пример, – махнул головой Дэн.
В глазах детей читался страх и растерянность. Полуволчата собирались вокруг него, Дэн закрыл их своим телом, не зная, что делать дальше.
Шона повернулась к Энзо:
– Уведите отсюда детей. А мы постараемся остановить их.
– Но куда же нам их вести? За пределами леса полиция и репортеры… – в панике спросила Кая.
– Придумайте что-нибудь! Вы гении обмана и преступности, – воскликнула Шона, кинув взгляд на Ника и Виля, но, благо, Запансы уже знали, что делать.
Ник и Шона с невероятной для человека скоростью ринулись к атакующим советникам в волчьей шкуре, превращаясь на ходу.