Волчье Иго
Шрифт:
Эмма была симпатичной, совершенно простой. Он проводил ее до кабинета директора и остался ждать – сам не зная, чего. Пока он стоял, прислонившись к стене у дверного проема, слыша приглушенный голос девушки, он достал книгу из рюкзака, которую почти дочитал.
– Это что, «Природная истина»?
Он поднял голову. Эмма заинтересованно смотрела на обложку.
– Да. Ты читала? – он захлопнул книгу. Предположении о ней были верными.
– Три года назад. Удивительная вещь... – она явно хотела добавить что-то еще. Демьян поднял брови в ожидании,
– Мне понравилась часть о том, что для печати этих книг используются только больные деревья.
– О да. От этого они кажутся более особенными, чем другие, – улыбнулась Эмма.
– Ты верующая?
– Да, – неуверенно произнесла она, – нет.
Демьян вновь поднял брови.
– Я лишь изучаю... религию Патрийцев. Ничего такого.
– Можешь ничего не стесняться. Я верующий. Мой брат получил Благословение. Здесь об этом знают абсолютно все, так что мое дело тебя предупредить о слухах, что ты можешь услышать.
– Почему ты решил меня предупредить?
– Не хочу, чтобы тебя это оттолкнуло.
– Кто твой брат? Как его... имя? – как-то странно спросила девушка.
– Олли, – скрывать ему было нечего. Сокрытие, вообще-то, своего рода тоже грех.
Ее лицо вытянулось. Она выглядела смущенной и потерянной – такой она стояла в коридоре, пока к ней не подошел Демьян. К тому же, кажется, она совсем не обращала внимания на его явный флирт. Или она реально не понимала, что происходит, или притворялось недалекой.
– Тебе о чем-то говорит это имя, Эмма?
Действительно, она вела себя так, словно слышала его ранее.
– Нет, совсем нет, что ты... Я... Может, пройдем в класс? Кажется, скоро должен начаться урок.
Не дождавшись его, она зашагала вперед, вцепившись в лямку сумки.
– Эй, ты хотя бы знаешь, куда идти?
Она повернулась через плечо и покачала головой. Демьян усмехнулся, высовывая руки с передних карманов.
– В первый раз вижу человека, который не зная, куда идти, уверенно шагает вперед.
***
Пока одни шагают вперед, другие – топчутся на месте. Однако порой, этот застой гораздо лучше, чем бездумное действие.
Так всегда думал Мальком Запанс, хотя его энергичная жена до своей смерти вечно смеялась над его рассуждениями. Благо, он отличался бесспорным спокойствием. Даже когда его дети сбежали, он не показал себя с плохой стороны. У него осталось около ста человек, и всем им нужен был никто иной, как лидер. Кровные узы здесь почти ничего не значат, ведь подкидыши с легкостью становятся частью определенного семейства. Служение Матери Природы – равно сохранение ее подарков, сохранение баланса.
Мальком понимал, что баланс – дело спорное. Волчье тело не способно умещаться в человеческом, их сознания слишком разные, неровная чаша весов. Может, их все это время подталкивали выбрать что-то одно, а они метались от одного к другому, желая обрести душевное спокойствие? Конечно, подобные и иные мысли можно было прочитать, когда он прибывал в волчьем теле, но о планируемых
Мать-природа должна простить его за убийство, совершенное во благо.
Кларо был хорошим советником, одним из любимцев Лейлы. Мальком с улыбкой вспоминал, что она звала его «Профессор-бородач». В день смерти его любимой Кларо пробыл с Малькомом дольше всех. Только потом Мальком понял, что ему самому необходимо было ощутить, что рядом есть кто-то, кто разделяет твою непереносимую боль. Теперь, стоя у могилы Кларо, он мысленно передавал ему свою благодарность за те вечера.
«Спасибо, что вытирал мне слезы, спасибо, что напоминал, что нужно есть, спасибо, что вспоминал о моих детях вместо меня, спасибо, что порой выполнял мою работу... Прости, что мне пришлось убить тебя. Прости. Прости. Прости».
Кларо уже давно стал частью тех полуволков, что склоняются к человеческому телу. Это неправильный выбор. Природа наделила их даром не для того, чтобы они выбирали меньшее из двух зол, чтобы были, как все. Их волчье тело было обычным с виду, но совершенно иным изнутри. Их дух был силен, их внутренний мир – краше. Нет, Мальком не мог позволить таким, как его сын, прославлять подобные взгляды, иначе полуволков не останется вовсе. Он также, как лидер, не мог жить среди предателей.
Кларо был именно тем, кто сообщил его детям о планах на Патрию.
«Прости, что пришлось убить тебя...»
Какой-то волчьей своей частью он ощущал гнев своей любимой. Их связь сохранилась даже после ее смерти, и в волчьем теле была более ощутима. Лейла не одобряла его поступки. Порой Мальком вспоминал, как они спорили в жизни.
– Ты сейчас хочешь сказать, что считаешь Преподавателей – пустой тратой полуволков? – ее лицо становилось комично-детским, когда она вот так на него напирала.
– Я всего лишь хочу напомнить, что людей у нас мало.
– Нет, ты хочешь сказать, что считаешь их пустой тратой времени! Ну же, я знаю, Мальком. Ты не сторонник образования. Так скажи это мне в лицо!
Малькома на долго не хватало. В то время ему было сложно держать маску.
– Я. Считаю. Преподавателей. Пустой. Тратой. Полуволков.
Как правило, после подобного Лейла взрывалась и не разговаривала с ним неделями, пока тот не извинится. Инь и янь. Черное и белое. Спокойное, взрывное. Баланс, которому было суждено просуществовать много лет. Но этого не произошло, и видимо, это и послужило причиной, стало корнем идеи, что все в жизни не может быть идеально – необходимо выбрать сторону. В представлении Малькома их было две – правильная и неправильная.