Волчье Иго
Шрифт:
Шона хотела и не хотела одновременно, чтобы все на нее смотрели так, как смотрит Уолли. С одной стороны, он признает ее уникальность. С другой – делает вид, что его это совсем не трогает. Порой она сама не знает, чего на самом деле хочет. Чтобы ее умом восхищались? Чтобы ее не замечали? Чтобы боялись? Чтобы прислушивались?
Может, Кларо прав, и она просто-напросто ? Он сказал ей об этом когда-то, и эти слова часто посещали ее во снах. «Ты слишком стараешься, и не замечаешь, как жизнь утекает от тебя. Живи человеком, пока можешь, Шона. Не успеешь оглянуться,
Но разве это плохо – желать успеха? Желать быть полезной обществу полуволков, взойти на самую последнюю ступень иерархической лестницы и стать советником? Это – эгоизм? Или Кларо намекает не то, что Шона в самом деле предпочитает игнорировать свои истинные чувства и прячется под маской хладнокровия, делает вид, что идет по четко протоптанной дорожке?
– Все может быть, – предположила Шона. Порой она сама удивляется, как просто ей удается не терять нить разговора во время глубоких раздумий.
Пальцы Уолли дернулись. В эту секунду Шона подумала, что он намеревается взять ее за руку. Пока сердце билось в учащенном ритме, мозг тщательно искал выход из положения.
Уолли состоял из намеков, которые замечали все. Открытая книга. Глаза, в которых читается истинное сердечное желание. Да и что ему скрывать, чего боятся? Планы Уолли были просты – учить подрастающее поколение полуволков. Он никуда не стремился, не торопился и наслаждался жизнью в человеческом теле. Это правда, девушка видела его волком только во время вынужденных перевоплощений. Почему Шона не может жить без стремления к лучшему?
– Когда ты уже пойдешь ко мне навстречу? – голос Уолли звучал уже не так задорно. Она расслышала в нем горечь.
– О чем ты?
Главное умело делать вид, что ты ни о чем не догадываешься.
– Не будь такой, мисс. Ты же знаешь, о чем я.
Она уже не могла смотреть на него.
– Я... не знаю. Все сложно. Очень.
Уолли тяжело втягивает воздух:
– А мне кажется, что ты просто видишь только то, что тебе хочется. Все остальное ты предпочитаешь попросту игнорировать. Не очень-то это и круто!
Шона прикусила губу, чтобы ощутить металлический вкус крови. Ну же, необходимо отвлечься.
Не позволяй ему заглянуть вовнутрь.
– Ты глупыш, Уолли. Ничего я не игнорирую. Мои цели не такие, как у тебя, понимаешь? Я хочу большего. Я хочу развития Патрии. Хочу выложиться на максимум и собственными глазами застать триумф стаи. Просто представь – мы могли бы охватить больше территории. Создать наилучшие условия для малышей полуволков! Нас было бы больше, гораздо больше, мы могли бы потребовать больше прав у правительства Алиены.
– А что будет, когда они начнут догадываться о том, кто мы на самом деле, м?
Шона подняла глаза, и встретилась с его изучающим взглядом:
– Этого не избежать. Когда-нибудь это и правда случится, так почему же мы должны жить в страхе?
– Ага, и именно поэтому нас прозывают «чудаками»...
– Они не просвещены, и ты это прекрасно знаешь.
– Почему же не просвещены? О нас знают все, но предпочитают молчать! Правительство принижает нас, мы даже не способны попросить о помощи, чтобы отбиться от охотников. Несмотря на наши более-менее современные хижины и наличие учителей, они все еще считают нас скотом.
Девушка вспомнила, что именно Лили отправилась на переговоры по этому поводу и вскинула подбородок, сказав:
– Этот вопрос решается.
Веснушчатое лицо Уолли стало багровым. В сузившихся глазах показались искорки гнева, в этот момент Шона подумала, что он накричит на нее. Или уйдет. Или ударит.
Уолли выбирает первое.
– Да ты даже говоришь, как советница, Шона! – голос его будто острие ножа, пронзающее кожу.
– Разве это плохо? – теперь и она перешла на крик.
Нет. Не реагируй. Не поддавайся.
Но Уолли уже сорвал цепь и выпустил ее внутреннего волка.
– Я делаю все для этого общества. Я не намерена терпеть наше унижение, спокойно смотреть, как мы живем так, как наши предки. Под подошвой у людей. И меня вымораживает то, как ты смотришь на меня. Тебя не волнует наше положение в обществе! Тебе плевать на порядок! Все, что ты хочешь, это...
Уолсен наклоняется к ней, она не успевает отреагировать, как он целует ее, медленно и неуверенно, будто бы боится обжечься. Его холодные белые пальцы дотрагиваются до ее подбородка, он прижимает ее к себе ближе, словно ее отторжение – невыносимое наказание.
Шона отключает мозг и отвечает на поцелуй.
***
В ее планы не входило торопить события. Отношения, дружественные или романтические, должны настояться, прежде чем стать крепче. Однако Уолли явно не собирался контролировать свои эмоции – спустя неделю Лили заметила, как он взял ее за руку перед подготовкой к вынужденному перевоплощению, а Дейзи, вторая соседка Шоны, застала их за игрой в «кто быстрей добежит до того дерева», в тот самый момент, когда Уолли навалился своим телом, как бы не давая тем самым обогнать его, но выглядело это, безусловно, не как гонка волков, не чувствующих ничего друг к другу.
Даже будучи волком Дейзи сумела округлить глаза, и выглядело это довольно комично. Она поспешила обратно в хижину, перевоплотилась обратно в человека (не очень повезло с тем, что то была обычная обеденная охота, а не ночь вынужденного перевоплощения), на всех порах прибежала обратно и отыскала их спустя пять минут.
В отличии от Лили, ей не хватало такта молчать об увиденном. Ее черные кудрявые волосы развивались на ветру, одна особо настойчивая прядка все намеревалось попасть ей в рот, девушка с омерзением выплюнула ее и наградив двух волков, покорно ожидающих всплеска ее гнева, яростным взглядом, сказала: