Воины Вереска
Шрифт:
Девушка сделала маленький глоточек ароматного чая (еще из приданого, помнится, папа купцам из Китая целое состояние за несколько унций отвалил!), сунула в рот рассыпчатый кусочек имбирного печенья и, оглянувшись на дверь, направилась к кровати. Пошарила рукой у правой ножки и вынула ящичек с письменными принадлежностями. За эти дни она узнала столько нужного и ненужного, что голова ее просто лопалась от избытка информации. Этак и запутаться недолго, и забыть что-нибудь важное! Проще сейчас всё аккуратно записать по свежей памяти.
Она, подумав, закрыла дверь спальни
Решив начать с начала, то есть с загадочной гибели наследника престола, Нэрис обмакнула перо в чернильницу и уже почти коснулась им поверхности чистого листа, как со стороны окна неожиданно раздалось глухое "Бряк!", и чей-то недовольный писк. Леди Маклайон ойкнула и посадила на бумагу жирную кляксу. Час был поздний, ее спальня находилась на третьем этаже замка… Так кто же это так настойчиво в стекло бьется?! Да еще и ругается при этом!..
Нэрис, поколебавшись, бросила перо и, прихватив для надежности кочергу, на цыпочках двинулась к занавешенному окну. Подкралась поближе, выдохнула, одной рукой занесла кочергу над головой а второй решительно (чтоб не успеть испугаться окончательно), отдернула тяжелую бархатную портьеру…
— Ой! — снова сказала она. — Это вы?..
— А что, на кого другого похожа? — сердито ответила малышка-фэйри, досадливо стукнув крошечным кулачком по стеклу. — Вечно вы, люди, ото всего загораживаетесь… И все равно без толку. Впусти же меня, наконец — тут ведь холодно!
— Ой, простите! — спохватилась недогадливая леди, поспешно отбрасывая не пригодившуюся кочергу и с усилием отворяя окно. — Не ожидала… Проходите, присаживайтесь! Может быть, чаю?.. Или я велю молока принести?
— Благодарю, не стоит, — вежливо отказалась крошка, впархивая в теплую комнату и, подрагивая полупрозрачными крылышками, уселась на каминной полке. — Я ненадолго.
— Может, тогда хоть печенюшку?.. — Нэрис протянула гостье корзиночку с имбирным печеньем по рецепту леди МакДональд. — Оно очень вкусное!
— Ну… давай, — соблазнилась Сибилла, чей розовый носик уже уловил сладкий аромат лакомства. — Отломи краешек, я же всё целиком не сьем!.. И больше не перебивай, у меня времени мало, скро полночь пробьет, нужно домой успеть вернуться…
Фэйри захрустела печеньем, сыпля крошки на пол. Нэрис присела на краешек кресла, терпеливо ожидая, когда гостья наестся и поведает ей, зачем она, собственно, явилась. Объяснение не заставило себя долго ждать.
— Мы, Благий Двор, добро помним, — проглотив последнюю сладкую крошку, наконец сказала малышка. — Это я уже говорила. И долги мы отдаем… Вот за этим я и пришла.
— Долги?.. — не поняла Нэрис.
— Ты спасла мне жизнь, — напомнила Сибилла, слетая с камина и присаживаясь девушке на колено. — Поэтому проси чего хочешь… Только учти — у тебя есть всего одно желание! А то знаем мы вас, смертных, дай вам палец — вы руку по локоть откусите…
— Да ничего мне не надо! — нахмурилась девушка, уязвленная этим нелицеприятным обобщением. — Ну спасла и спасла,
— Нет, — тряхнула золотистой головкой малышка. — Так не положено. Правило такое… И вообще, не говори ерунды! Что тебе, пожелать, что ли, нечего?
— Ну почему же — нечего? — протянула Нэрис. — Очень даже есть, чего. Вот к примеру… к примеру…
Она задумалась. "А ведь и правда — вроде бы всё есть, чего еще желать-то? Слава богу, здоровая, молодая, замужем, не бедствую… Другие вон и похуже живут! Тот несчастный лис, например…" Задумчиво покачав головой, леди Маклайон посмотрела в лицо Сибиллле:
— А пожелать только для себя можно?
— Мне все равно, — пожала плечами та, с вожделением косясь на источающую дивные ароматы меда и имбиря корзинку с печеньем, — как хочешь! Только чтобы без вредительства, мы — Благий Двор, мы пакостями не занимаемся.
— Тогда у меня есть желание! — кивнула девушка. — Сибилла, вы помните того лиса, ну, он со мной был, когда мы с вами тогда познакомились?
— А что ж мне его не запомнить было, когда он, бестия рыжая, почитай каждое полнолуние на нас из-под куста таращится? — звонко рассмеялась фэйри. — Жалко, что оборотень — давно к себе бы сманили… А так нельзя. Печать на нем, Неблагого Двора печать, таким людям в Страну Света ходу нет. А что ты хотела?
— Он ведь не виноват, — сбивчиво пояснила Нэрис, — ну, в проклятии этом!.. Это же… по наследству, вроде как. Вы могли бы его… расколдовать? Жалко. Он добрый!
— Знаю, — махнула белой ручкой Сибилла. — Только не могу я чары с него снять. Неблагий Двор проклял, только он и простить может.
— Да эти разве простят?!
— Не простят. Очень зловредные, — согласилась малышка, тишком отщипнув кусочек печенья. — Но и мы тут не помощники. Давай другое желание… и поторопись, смертная! Говорила же, полночь скоро!..
— Тогда подумать надо, — растерянно развела руками девушка. — Вы бы хоть предупредили!.. А то вот так сразу…
— На то и расчет! — хитро прищурилась дочь Маленького народца. — Может, чаю тебе еще наколдовать? Это я сию минуту!
— Нет уж! — фыркнула Нэрис. — Что это я, в самом деле, такой шанс упускать буду?.. Дайте мне пять минут, я что-нибудь вспомню!
— Хорошо! — кивнула Сибилла. — Пять минут у тебя есть. Думай!
Малышка бросила взгляд на часы, стоящие в углу спальни, и вплотную занялась недоеденной печенюшкой. Нэрис откинулась в кресле. Что бы такое попросить? Ну не желать же ослепительной леди Кэвендиш подурнеть в одночасье?! Во-первых, это все же злое пожелание, а во-вторых — делать кому-то гадости только из-за того, что на него приятнее смотреть, чем на тебя — это низко… Мужа приворожить, чтоб на красоток больше не заглядывался? Противно. Тем более, если уж по совести, хоть Ивар ей и нравился, но сказать, что она влюблена в супруга без памяти — значит, врать самой себе. Какая любовь, знакомы-то без году месяц, и тот не полный! "Ну вот, дожили, — сама себе сказала она, — даже и захотеть-то нечего!.. Всё у меня не как у людей… С такой-то жизнью беспокойной — и всё одно в голову ничего не…"