Воины Нави
Шрифт:
— Ура!!!
Сварожья Дружина бросилась в бой, быстро меняя свои очертания. Двадцатитысячная армия асгардцев, выстроившись птицей, летела к ненавистному врагу.
ГЛАВА 24
Малюта внимательно озирался по сторонам, то и дело пригибая голову под нависающими ветвями деревьев.
Накануне сражения Тугдаме подозвал его к себе. Долго вглядываясь в его глаза, воевода произнес:
— Ну что, медведич, могу я на тебя положиться? — Он усмехнулся, увидев нахмуренные брови молодого тысяцкого. — Да ладно
С досадой сплюнув наземь, Малюта усмехнулся, отводя взгляд в сторону.
— Коли дело есть, сказывай. А глазами меня поедом есть… Я ж не девица красная.
Тугдаме махнул рукой, подзывая к себе молодого рыжего дружинника, стоящего поодаль.
— Все его Рыжим, кличут. Имя его тебе без надобности. Он и еще трое пойдут с твоей тысячей. Вон той рощей пойдете.
Ткнув пальцем в сторону густой рощи, Тугдаме перешел на шепот:
— Они волхвы, самим Правителем посланные. Не подведи меня, Малюта.
Удивленно окинув взглядом Рыжего, медведич хмыкнул:
— Молод он больно… Я думал, волхвы постарше будут. — И словно спохватившись, подступился к воеводе, прошипев: — Как же так, Тугдаме?! Почему ты меня в сечу не берешь? Ты же… Ты же знаешь, моя тысяча самой сильной в бою будет!
— Знаю, Малюта. Все знаю, потому лишь тебе и по силам наказ мой исполнить. Говори, Рыжий, чего делать надобно.
Волхв кивнул, по-свойски хлопнув Малюту по плечу и улыбнувшись:
— Не боись, тысяцкий, на нашу долю самое сложное досталось. Выжить мы обязаны, покуда дружина наша насмерть биться будет. И не просто выжить, а еще и девку в полон нужную взять. Ну то уж моя забота. А пойдем мы с тобой рощей…
— Девку в полон?! Да чтоб я…
— Да не горячись, медведич. Девка та ведьма, потому и не девка она вовсе, — нахмурившись, волхв продолжил: — Рощей, говорю, пойдем! Никто нас не заметит. Главное, чтобы вои твои языки за зубами держали. С тылу зайдем, и как битва жару наберет, так и ударим. И тут уж, тысяцкий, коли в самое сердце не попадем — не сносить нам с тобой головы. Баеджирты твои должны по телам нам дорогу проложить, себя не жалеючи. И заслонить нас собою, как назад с добычей уходить станем.
Рыжий облегченно вздохнул, весело подмигнув Малюте.
— Усек? И на лихом коне до самого Асгарда…
— А… Вои мои как же?
Тугдаме опустил глаза долу, кашлянув.
— Малюта. Такой наказ у меня. Твои должны до последнего вздоха вас закрывать. Я разумею тебя, парень… По правде, сам не знаю, одолеем ли мы их сегодня.
Угрюмо покачиваясь на коне, медведич обернулся назад, услыхав среди баеджиртов перешептывания, и яростно пригрозил кулаком. Настороженно подняв вверх голову и вслушиваясь в звуки леса, молодой волхв щелкнул пальцами, заставляя ворона беззвучно захлопнуть клюв. Улыбнувшись, Рыжий пригрозил ему пальцем и продолжил свой осторожный путь. Первые солнечные лучи стали пробиваться сквозь листву деревьев, осветив небольшую лесную прогалину. Подняв руку, Рыжий дал команду остановиться. Спрыгнув наземь, он украдкой пошел вперед, осторожно раздвигая
— Все, пришли. Теперь ждем. Ох, нюхом чую, скоро кровь прольется.
…Стоян нетерпеливо гарцевал на жеребце в ожидании битвы. Удовлетворенно оглядывая свое огромное воинство, ведьмак коротко обронил:
— Ярослав! Лучников к котлу Ядвиги.
Полнотелая ведьма, разрумянившаяся от жара собственного варева, приговаривала:
— Скорей, скорей же, медведь неповоротливый. Чего топчешься? Окунул стрелы и бегом на завалы! Того и гляди, сейчас в бой пойдут.
Один за другим воины проходили мимо ее котла, боязливо окуная острия стрел в ведьмино варево.
— Да не бойтесь, глупые, это ж не супротив вас сварено. Только не пораньтесь об острие… Мало ли чего там…
Стоящие позади воинов ведьмины котлы кипели вовсю, щекоча ноздри воинов резкими запахами трав. Бобура, весело переговариваясь с подругами, неспешно нашептывала заклинание, удерживая на поле утренний туман. Едва лишь завидев возвращающегося Вандала, Стоян крикнул, обращаясь к ведьме:
— Эй, грудастая, накрывай котел. Пришла пора за мечи браться.
Словно предчувствуя недоброе, он обернулся к шатру, из которого вышла Ледея. Нахмурившись, ведьмак прорычал:
— Оставайся в шатре! Ни к чему тебе на кровь глядеть.
Ледея покорно кивнула в ответ, заметив краем глаза кривые ухмылки подруг. Переломив с хрустом ветку, Беспута бросила ее в костер, злобно прошептав:
— Оставайся в шатре. Тьфу! Нянчится с ней, что с дитем сопливым. Вон, Недоля уж наполовину седая от своей ворожбы. А он снова ее в самое пекло отправил. Оставайся в шатре. Тьфу!
Сидящая рядом Всеведа усмехнулась, слепо потянувшись к Беспуте рукой. Коснувшись ее плеча, колдунья осуждающе покачала головой.
— Ох, подруга. Кровь в тебе кипит, страсть к нему неуемная. А я все думаю, что-то ты сама на себя не похожа, словно из осады вышла…
— Не твое дело! — Беспута грубо отпихнула протянутую к ней руку. — Лучше по сторонам поглядывай!
Всеведа покорно кивнула, обводя взглядом окрестности, и прошептала:
— То, что любишь его — это хорошо. Любить нужно, не то и жить незачем. Только не люба ты ему. Ты не серчай на меня за слова эти, но ведь Ледею он не просто так привел. Она ведь…
— А я, значит, так, случайно прибилась…
— Тяжелая она.
Беспута поперхнулась на полуслове, услышав тихие слова слепой колдуньи. Мельком взглянув на шатер, она придвинулась ближе к подруге.
— А ты это… Не ошиблась, часом? Мы ведь не можем?
Вздохнув, Всеведа кивнула, внимательно вглядываясь в сторону ближайшей рощи. Удивленно моргнув, она прошептала:
— Что-то мне морок чудится. Вроде деревья, а иной раз гляну, люди мерещатся…
— Ты про Ледею сказывай, — рыжая колдунья еще ближе придвинулась, дергая подругу за рукав, — как же так? Почему ей можно, а нам…