Воины Нави
Шрифт:
— Беримир, а ты Правителя видел когда-нибудь?
Старшина спрыгнул с коня, задумчиво взглянул на море.
— Не, не доводилось. Древних видал, они часто с волхвами и личной гвардией в город приплывают. А Правителя не видал.
— А на чем приплывают-то?
Беримир рассмеялся.
— Эх ты, тьма лесная. У нас корабли есть, лодки такие, только большие, ладьи называются. Одни под парусами ходят, другие под веслами. Думаешь, мы на большую землю через горы ходим? Ладно, пойдем к воеводе, пока он дома.
Воевода Януш только что прибыл от Правителя. Вести были самые нерадостные, похоже, спокойным
Воевода вздохнул, усевшись на лавку. В дверь постучали, и заглянул старшина из охраны городских врат.
— Воевода Януш, можно к тебе по делу?
— Чего тебе, Беримир? Говори, только кратко, забот невпроворот.
Старшина зашел не один, с ним был высокий, ростом с воеводу, парень. Молодой, широкоплечий, глаза злые.
— Воевода, я тут тебе парня привел. Ну очень уж в Дружине он службу нести желает. Я его к нам из охранников купеческих сманил за десять золотых, — вдвое приврав, старшина проглотил жадный комок.
Януш поднялся из-за стола, подошел к Малюте, оглядел его с ног до головы.
— Что ж так дорого запросили? Неужто настолько хорош?
— Хорош, Януш, ой как хорош! Супротив десятка моих воев сам рубился. Покалечил отроков, даже не упрел. Возьми, Януш, не пожалеешь.
Воевода был крупным мужиком, руки крепкие — хоть подковы гни. Он и сам не единожды против десятка бился, потому знал, как это нелегко.
— Против десятка говоришь? А конь у тебя есть, отрок?
— Купил сегодня. Справный жеребец. И меч имеется.
— Ну коли и меч имеется, и конь, я не возражаю. Платня у нас справная, чин по чину. Беримир, отведи его в Дружину, посели в казармах. Нехай доспех по нему справят, скажешь, я наказал. А на десять золотых не надейся, больше пяти не дам.
— Дык, воевода?!
— Не дам!
Старшина угрюмо кивнул головой, развернулся и вышел из дома. Малюта шел за ним и улыбался: толковый все же мужик воевода.
ГЛАВА 8
Утро было прохладным и туманным. Деревня медведичей уже кипела обыденными заботами. Десяток парней во главе с Ярославом собрались на охоту. Тугие короткие луки, боевые топоры, охотничьи ножи, все тщательно проверялось и ладилось к телу. На охоте не допускалось лишнего бряцания оружием: спугнуть зверя легко.
Закинув за плечи небольшие походные мешки, охотники двинулись в чащу. Бесшумно пробираясь среди вековых деревьев, они внимательно озирались по сторонам в поисках дичи. Пройдя с версту, вышли к поляне, на которой паслась пара оленей. Охотники замерли, притаившись в густом кустарнике. Оторвавшись от травы, олень настороженно повел ушами, глядя в их сторону. Ярослав плавно потянул из колчана стрелу, прилаживая к луку. Резко натянул тетиву и, прищурившись, взглянул в глаза зверю. Стрела стремительно сорвалась с тетивы и ударила оленя в бок. Раненое животное, обезумев от боли, бросилось в чащу, ломая кустарник. Второй метнулся вслед за ним, сверкнув белыми ляжками. Начался
Продираясь сквозь колючие кустарники, охотники нагнали его. Олень вывел их прямо на купеческий тракт. Не добежав до него с десяток прыжков, животное упало, сердце его прекратило биться, и мутный темно-синий глаз замер, осуждающе глядя в небо. Охотники слаженно, без лишних слов, срубив и зачистив молодое деревце, стали вязать к нему добычу.
Вдруг Ярослав замер, прислушиваясь, и обернулся, глядя на тракт. В утреннем тумане раздались голоса, лошадиный топот и скрип телег. Звуки становились громче и разнообразней, будто шел огромный торговый обоз. Охотники заторопились, привязав добычу за ноги, двое взвалили ее на плечи и медленной поступью двинулись к деревне.
Ярослав залег в подлеске, решив рассмотреть обоз поближе. Что-то насторожило его в этих звуках. Слишком уж шумно передвигались купцы. Обычно они стараются проходить лесами тихо, не привлекая к себе внимания. Эти же шли, не таясь, будто не страшны им разбойники лесные. Вот из тумана показались первые конные, едущие неторопливой поступью и внимательно оглядывающие окрестности.
Ярослав присмотрелся к щитам с изображениями рода — голубой леопард хищно скалился, припав к земле.
Рысичи. За десятком дозорных, весело переговариваясь, ехали девушки. Лица их были прикрыты москитными сетками, лишь стройные фигуры и веселые голоса говорили об их молодости.
Постепенно из тумана показалась основная часть огромного обоза. Теперь Ярославу стало ясно — это не купцы. Огромный вооруженный отряд, словно длинная черная змея, выползал из лесного тумана. Воины, одетые в темные кожаные доспехи, были вооружены до зубов. Телеги загружены припасами, необходимыми для длительных переходов, в плетеных клетках кудахтали куры. Вдруг одна из девушек, съехав на обочину дороги, остановилась и внимательно посмотрела в сторону Ярослава. От этого взгляда, скрытого москитной сеткой, по спине парня будто мураши пробежали. За густыми ветвями подлеска его не могли рассмотреть, но, почувствовав неладное, он стал медленно отползать в глубь леса. Чей-то знакомый мужской голос окликнул девушку:
— Что там, Всеведа?
Девушка дернула поводом, возвращая коня на дорогу.
— Нас видел охотник. Он испуган и сейчас побежит в деревню.
Не дослушав их разговор, Ярослав сорвался с места и помчался знакомыми тропами.
Голос. Где он слышал этот голос?
Нехорошее предчувствие легло камнем на сердце.
Пятитысячный отряд Стояна медленно приближался к деревне медведичей. Здесь ведьмак рассчитывал добрать несколько сотен сильных и опытных воинов. Он более не таился, скрываясь под личиной травника. Пришло время собирать многолетнюю человеческую дань. Со всех деревень он собрал мужей, способных быть воинами, оставив лишь старых да малых. Молодых, еще не окрепших ребят, не встретивших шестнадцатую весну, не тронул. В этой войне ему не нужна обуза, зато деревни не помрут с голода. Мальчишек с десяти лет обучали охоте, проживут как-нибудь.