Воинство болот

Колд Рональд

Еще со времен самых первых переселенцев, начавших колонизацию полуострова, случались набеги из топей. Но нас становилось все больше, а дикарей меньше. Если верить старику Глиссу, у Племени Хвоща что-то неладное с рождаемостью. Короче говоря, война между нашими народами давным-давно прекратилась. Топи совершенно непригодны для жилья, а порождениям болот неуютно на суше. Делить, стало быть, особенно нечего.

Хозяин принялся шарить глазами, выискивая новую баклагу. Гайль незаметно поддел сапогом свой камзол, лежащий на лавке, тот упал и накрыл плетеную корзину, скрыв винные сосуды от жадного

взора флоридянина. Тот еще раз икнул, пожевал пучок зелени и продолжил свой рассказ:

— Лантические колонисты всегда были более развитыми, чем лесовики. Мы смогли наладить торговлю с топями, и со временем разжились несколькими детенышами спрутов. Правда, наши речные Кони намного меньше и слабее болотных, ибо пришлось скрещивать их с морскими кальмарами, но зато сообразительнее и послушнее. Первый Хозяин Бухты стал дрессировать их для войны.

Долгие годы речная кавалерия была нашей тайной.

Когда пришел Нечистый, лесовики оказались довольно быстро под его пятой. Мастер С’муга, первый Наместник Круга, сунулся было в топи, но получил такой отпор, что перестал интересоваться Внутренней Флоридой.

«А вот это неправда, — подумал барон, вспоминая рассказы Глисса. — На южной оконечности полуострова есть старинный город, в котором властвует Смерть. Такие места тянут Нечистого, как магнит. Плохо флоридяне знают лысых колдунов и их планы, очень плохо.»

— С’муга решил завоевать дельту Змеиной и явился под стены Бухты с оравой лемутов на десятке жалких баркасов. Вот тут мы и применили наше секретное оружие в первый раз.

Хозяин улыбнулся от приятных воспоминаний.

— Тогда Наместник еле сбежал назад в свою Мертвую Балку. Это было время, когда я верил — Зеленый Круг больше не станет посягать на нашу независимость.

«Как же, — усмехнулся про себя Гайль. — Чтобы мастер С’лорн бросил затею с покорением полуострова из-за полутора десятков каких-то кальмаров? До чего же флоридяне наивный народ!»

— Вот прогоним Амибала из Бухты, я немедленно восстановлю общение с топями и заведу новых Коней. Конечно, чтобы их скрестить с морскими спрутами, вырастить молодняк и должным образом выучить, уйдут годы…

Барон крепко задумался.

«Во Флориде есть племя, которое весьма могущественно, и не дружит с Нечистым. Не вступить ли с ним в союз? Спруты — великолепное оружие. В конце концов, если северные варвары бьют Нечистого верхом на лосях, то почему бы нам не обзавестись верховыми водяными чудовищами? Хопперов с каждым днем становится меньше, а для войны с могущественным Зеленым Кругом одних мечей му’аманов, копий гвардейцев и стрел королевских стрелков маловато. Нужно вызнать про спрутов и дикарей из топей побольше.»

Но Хозяин внезапно потерял всяческий интерес к разговору. Он поднялся и двинулся к выходу, на ходу бросив с пьяной непоследовательностью:

— Передайте от меня извинения принцессе. Сегодня я обойдусь без поездки на хоппере. Пойду к своим, внушу им хоть капельку надежды.

Гайль проводил его печальными глазами.

«Что-то подсказывает мне, что королевские войска вскорости потеряют этих союзников. Ну какой им резон воевать с Кругом, не имея реальной надежды на успех? Это нам деваться некуда. А Хозяина жаль. Жизнь скоро заставит

его узнать, что такое трусость и предательство.»

Барон некоторое время размышлял над тем, не предложить ли принцессе устроить экспедицию в топи.

«Кажется, глава ополчения лесных флоридян, старый Глисс не очень-то верит в мужество Лантических колонистов. То-то он и живет в нашем лагере, а не у родственников. Ему отступать тоже некуда — он объявлен вне закона. Пожалуй, он смог бы проводить наших воинов в болота к дикарям Хвоща.»

С этими мыслями Гайль направился искать принцессу.

Лучар он нашел в компании командора Артива. Отлученный от командования корпусом знаменитый изгнанник из Д’Алви легко сносил надменные взгляды дворян, предпочитая общество принцессы компании Амибала.

«Он ведь убийца матери Черного Герцога, — размышлял Гайль, идя в сторону пригорка, на котором Лучар беседовала с командором. — Амибал обязательно постарается отомстить. Кажется, этот человек — наш союзник.»

Однако подойдя к беседующим, барон удивился настолько сильно, что враз забыл о своем замысле.

Артив и Лучар перешли на «ты»! Это было неслыханно.

«А ведь жаль, что наша повелительница жена северного дикаря! Вот это был бы брак — Лучар и Артив! Наверняка, командор мог бы собрать для нашей армии самых отпетых наемников и пиратов, а какой он военный — мы знаем. Таких генералов в воинстве Д’Алви просто нет!»

Барон был и оставался полицейским, лишенным всякой сентиментальности, циничным царедворцем, для которого что-то значило лишь абстрактное государственное благо.

«Пер Дистин, раскрашенный дикарь из приполярного Тайга, пропал, а Артив — вот он, рядом. Лучше иметь его королем, чем противником.»

Тут глаза Гайля вспыхнули, а мысли лихорадочно заработали.

«Королем, вот именно! Почему мы величаем Лучар принцессой, ведь Дэниель мертв, а его старший сын давно стал историей. Она законная правительница! Корона едет в нашем обозе от самой столицы, жаль только, для ассамблеи нет священника и трех десятков дворян.

Но Хозяин Бухты рассказывал, что за месяц до нашего появления на берегу Змеиной во флоридянскую гавань заходили корабли с беглецами из Д’Алви! На борту были и священники, и аристократы, и даже члены королевского совета, бегущие от Нечистого. Эти трусы не поладили с местными жителями и уплыли на юг, в незаселенные людьми земли.

Если найти беглецов и собрать ассамблею, можно возвести Лучар на трон. Королева в изгнании! Это не принцесса, скитающаяся по лесам с горсткой му’аманов. К нам потянуться все, кто бежит от Нечистого! В конце концов, половина лесных флоридян — потомки выходцев из Д’Алви!

А там — можно попытаться устроить брак Лучар и Артива…»

Еще недавно мозг барона плавал в черном море отчаянья, теперь же он задыхался от сияющей перспективы, нарисованной его воображением.

«Королевская чета сможет примирить флоридян и Народ Хвоща, а под знамена прославленного командора начнут стекаться наемники. У нас с собой достаточно золота и драгоценностей, чтобы вооружить их и выплачивать жалование. Имея такие силы и еще речную кавалерию из спрутов, можно будет потягаться и с Амибалом, и с самозваным Объединенным Королевством.»