Воин
Шрифт:
— Всем приказ: рот лишний раз не раскрывать, никаким своим умением перед местными не кичиться, конфликтов со старожилами не учинять. Помните, хоть вы и прошли большой курс обучения, но люди здесь отражают атаки кочевников уже ни один год, а кто из вас может похвастаться, что побывал хотя бы в одном сражении?
Молчание было мне ответом, но потом Дин робко спросил:
— Алекс, а во скольких сражениях участвовал ты?
— Во многих, вы уж мне поверьте на слово, — я задумался. — Кстати, спасибо, что напомнил. Парни, обо мне никому ни слова. Ясно?
— Ясно, —
Дойдя до нужного дома, провожаемые заинтересованными взглядами некоторых местных, которых, как я отметил, в деревне было немного. То ли все ушли куда-то, то ли просто населения мало. Велев ребятам подождать во дворе и посторожить мои сумки, я зашёл в дом. Он действительно был большим. На одной его половине находилась кухня, столовая человек на сорок, а на второй несколько комнат, в первую из которых я и заглянул. Там никого не обнаружилось, зато было много разнообразного оружия, по большей части из ерундовой стали, как я смог рассмотреть. Во второй комнате сосредоточенно обедал старик. На меня он обратил внимание, только когда я кашлянул.
— Добрый день, — поздоровался я. — Не подскажете, где я могу найти командира Хагела?
— Ты его уже нашёл, — ответил старик, откладывая надкусанную куриную ножку. — Я так понимаю, пополнение из столицы?
— Не совсем из столицы, но суть вы уловили, — тут я вспомни о манерах и вытянулся, отдал честь и громко произнёс. — Сержант Алекс вместе с двумя с половиной десятками выпускников тренировочного лагеря прибыл под ваше командование.
— Новобранцы, — скривился Хагел. — А я просил воинов. Демон знает что творится!
Он стукнул кулаком по столу, так что кружка, которая стояла на нём, подскочила и перевернулась. За мной открылась дверь, и румяная пожилая женщина прошмыгнула мимо меня и подошла к командиру.
— Чего ты кричишь? Неужели пересолила? — спросила она его.
— Нет, ты посмотри, Марфа, что творится! Я докладываю королю, что нам кочевники житья не дают, лишили меня десятка опытных воинов только за последний месяц, а тут вместо сотни латников мне присылают зелёных юнцов, которые ещё мечи толком держать не научились. Куда это годится? Так нас просто сметут в следующий раз, а мы и потрепать кочевников не сумеем…
Командир тяжело вздохнул, глядя, как Марфа убирает пустые тарелки, и снова обратился ко мне:
— Сколько месяцев был в лагере?
— Один, — честно ответил я.
— Сосунок! — выдал мне Хагел и добавил непечатное.
— Тихо, котик, не ругайся! — легонько стукнула его Марфа по макушке. — Не кричи на мальчика, он же не виноват…
— Да, демоны бездны, виноват не он! Виноватым буду именно я, когда их в следующий раз кочевники стрелами нашпигуют! — гневно воскликнул Хагел, сжимая кулаки.
Видимо, ситуация тут гораздо хуже, чем описывал мне король. Нужно всё брать в свои руки, иначе дело не сдвинется. Дождавшись, пока вспышка ярости у командира пройдёт, а Марфа уйдёт, забрав тарелки, я достал из угла стул, как всегда на трёх ножках, поставил его перед столом Хагела
— А теперь по-порядку и коротко изложите мне обстановку в Городе, — приказал я.
Видимо, переход был слишком резким, поэтому начальник некоторое время просто смотрел на меня, соображая, почему я так себя веду. Потом в его голове забрезжила идея.
— Так вы не новички? — с надеждой спросил он. — Гвардия?
— Нет, — разочаровал я. — Все те парни на улице прослужили около четырёх месяцев.
— А ты?
— А я всего месяц, но по этому поводу не расстраиваюсь.
— Так почему же вас всех сюда прислали? — не мог понять командир.
— Объясняю чётко и ясно. Прислали сюда одного меня, чтобы я своими глазами смог оценить обстановку, а этих ребят просто дали в нагрузку. Теперь ваша очередь, что с ситуацией?
Хагел опять вздохнул, появившаяся было в его глазах надежда угасла без следа.
— Ситуация в Городе — хуже некуда. За последний месяц было три нападения кочевников, причём каждый раз они нападают большими силами. Из моей сотни, что пришла со мной сюда пять лет назад, когда город только строился, сейчас осталось всего двадцать человек.
— И как же вы отражаете нападения? — недоуменно спросил я.
Я действительно этого не понимал. Ведь для того, чтобы захватить этот город кочевникам нужно всего человек сто-сто двадцать, судя по количеству его защитников. Почему же они ещё этого не сделали?
— Нам помогают все жители города, — ответил Хагел. — Именно поэтому население стремительно сокращается. В последний раз кочевники убили почти три десятка людей.
— А сколько всего в городе жителей? — уточнил я.
— Сейчас примерно две с половиной сотни… осталось, — глухо проговорил командир.
— А было пять лет назад?
— Шесть сотен, — голос Хагела совсем обесцветился.
— Как часто нападают кочевники, какими силами, в какое время суток? — стал спрашивать я.
— По-разному, в прошлый раз днём налетели полусотней, конными, убили десятерых наших дровосеков и пятерых моих воинов, что их охраняли, а затем напали на деревню. Хорошо мы хоть ворота успели закрыть, да их отогнали, шестерых стрелами побили, но они ещё десяток городских сумели со стены сшибить. В позапрошлый раз ночью пешими подкрались незаметно к самой стене, да начали перелазить через неё. Только дозорный сумел их вовремя заметить, тревогу поднял… Тогда погибло больше сорока человек, но и с полсотни кочевников, которые тогда ворвались в город мы уничтожили. Ещё раньше…
— Мне всё ясно, — пробормотал я. — Схемы нет, логики нет, предугадать их следующее появление не удастся… А почему в Городе сейчас так мало людей?
— Все на пашню отправились, — пояснил командир.
— Ясно… Теперь так, моим парням нужно выдать оружие, доспехи, чтобы хоть шальная стрела не убила, затем расселить их и познакомить с вашими опытными воинами. Пусть каждый из них возьмёт себе в пару новичка и всё ему растолкует о том, как обычно сражаются кочевники…
— Ну-ну, раскомандовался! — усмехнулся старик. — А тебе рассказывать, как драться, я должен, что ли?