Воин Ллос
Шрифт:
Оно разбилось о камень рядом с ней с тошнотворным шлепком.
Воселли уже сражалась с другим дьяволом, невысоким, округлым зверем с тонкими конечностями и эластичной кожей, а лицо его выглядело так, словно было выбрано из самых уродливых черт свиньи, обезьяны и гниющего человеческого трупа. Он надвигался, размахивая когтистыми лапами на концах своих длинных рук, но Воселли, которая провела столетия в Бездне, понимала тактику этого мелкого дьявола, известного как дретч, и что его атаки были скорее отчаянным броском, чем каким-либо скоординированным
Эта задача оказалась более сложной, чем уничтожение дретча, ее двадцатое убийство в этой битве, в которой было так много демонических тварей: дретчей и манов. Она победила троих дроу в начале наступления из Дома До'Урден, убив одного, отправив второго в бегство со страшными ранами и оставив третьего корчиться на земле, чтобы его взяли в плен, но, кроме них и хазми, которого она, наконец, сбила, ни одно из ее убийств не было значительным.
Разочарованная, великая воительница чувствовала себя фермером, забивающим беспомощного рофа.
На нее напал еще один дретч, затем пара манов.
— Они пытаются измотать нас этими отбросами, которые так легко заменить! — крикнула она своей боевой подруге, Алеандре из Дома Амвас Тол, которая была рядом с ней большую часть ее жизни и даже в Бездне, под обратившим их обеих Проклятьем Мерзости.
— Эти твари бесконечны, — согласилась Алеандра.
В этой битве они могли бы убить тысячу, даже десять тысяч, и жрицы Ллос пополнили бы эти ряды за считанные дни.
Воселли знала это. Они должны были найти более могущественных демонов, чтобы избавиться от них, потому что именно они привели сюда этих меньших демонов.
По крайней мере, старших было не так легко заменить, в отличие от дретчей и манов. И троих дроу…
Воселли услышала, как ее имя, прозвище, которое ей дали, когда она служила драуком, выкрикнули с другой стороны вражеских позиций. Ей потребовалось всего мгновение, чтобы определить местонахождение кричавшего, настолько отличавшегося от других дроу ростом и внешностью, с его белыми волосами, намазанными гелем и уложенными в линию шипов на макушке.
Малагдорл Армго погрозил ей своим черным трезубцем и снова выкрикнул ее унизительное прозвище.
— Чудовище вернулось, — пробормотала Воселли.
— Ты его знаешь?
— Это тот, с кем я сражалась, когда вмешался наш потерянный друг. Это мастер оружия Второго Дома, Баррисон Дель'Армго.
— Кажется, он тебя ненавидит.
— Потому, что знает, что я бы победила его тогда.
— Не надо, — посоветовала Александра, подбегая к ней.
Воселли с любопытством посмотрела в сторону своей подруги, еще более недоверчиво сморщив лицо, когда Алеандра продолжала качать головой и умолять ее не обращать внимания на вызов.
— Матрона Мез'Баррис полностью на стороне Ллос, — ответила Воселли на сомнения подруги. — Второй Дом сделал свой выбор. Нет никаких причин позволять этому воину покинуть поле боя живым.
Она повернулась, чтобы разглядеть
— Воселли, нет, я умоляю тебя, — сказала она.
— Его смерть станет большой потерей для наших врагов.
— Ты станешь большой потерей для нас!
— Твоя вера в меня очаровательна, — последовал саркастический ответ воительницы.
— Даже если ты убьешь его, его союзники позаботятся о том, чтобы ты не ушла живой.
— Тогда веди наши силы против них с еще большей яростью, чтобы у друзей Малагдорла Армго не было такого шанса! — парировала Воселли и отпрыгнула в сторону, отрубив голову одному дретчу и пронзив второго своим копьем, затем отбросила его в сторону, чтобы опрокинуть пару уродливых и раздутых манов.
Она улыбнулась, отметив, что Малагдорл не стоит в стороне и не ждет ее. Этот человек не трус.
Он хочет реванша не меньше нее самой.
— Прикажи демонам отойти в сторону! — настаивал Малагдорл, обращаясь к Кайтейну.
— При первых признаках того, что ты проигрываешь… — Кайтейн оборвал фразу, когда Малагдорл бросил на него хмурый взгляд. — Если возникнет острая необходимость, я без колебаний телепортирую нас обоих из этой битвы, — настаивал волшебник. — Матрона Мез'Баррис была недвусмысленна в своих требованиях.
— Ужасно, — эхом отозвался Малагдорл. — что наименьшая из проблем Кайтейна будет исходить от Матери Мез'Баррис. Ты не сможешь выиграть битву против меня, волшебник, и даже если тебе каким-то образом удалось бы выжить в ней, как ты думаешь, что бы тогда предприняла по отношению к тебе Мать Мез'Баррис?
Воин обнаружил, что весьма доволен беспомощным вздохом Кайтейна, и еще больше обрадовался, когда Кайтейн начал делать то, о чем он просил, расчищая путь между соперниками от вмешивающихся демонов.
Затем он сосредоточился на Малфуш, проигрывая их предыдущую схватку так, как, он знал, что она будет делать. Он обдумал их игру с оружием, то, как женщина использовала наклонную сторону сталагмита, чтобы избежать его первой ловушки. Тогда она считала себя сильнее и узнала правду, когда он отобрал у нее меч.
После этого ее игра с острием была хитрой и тонкой, удивив его — почти победив, признался он себе и никому другому.
Но, тем не менее, он победил ее — он был быстрее после их схватки, трезубец двигался перед ее копьем, чтобы убить. Бой был за ним, пока спутник женщины не бросился вперед, отразив его атаку и выведя его из равновесия достаточно надолго, чтобы она смогла нанести решающий удар.
Но в этот раз все будет иначе.
Он продолжал свое медленное и взвешенное приближение, оглядываясь вокруг в поисках любых союзников бывшего драука, которые могли бы и теперь точно так же броситься ей на помощь. До'Урден, который вмешался в первый раз, конечно, был вне поля боя, в когтистых руках Жиндии Меларн, но там была женщина, еще одна из Богохульниц, высокая и сильная…