Во мраке Готэма
Шрифт:
В тот момент я бросился бы в преисподнюю, чтобы получить незаконное одолжение, которого всегда пытался избегать в работе.
Но, похоже, влияние Нижнего Ист-Сайда затаскивало меня обратно, когда я так хотел выбраться и сбежать.
Хотя... Разве у меня был выбор? Когда Изабелла ушла из исследовательского центра, чтобы задать вопросы Горацию, она забрала с собой доказательства, которые могли привести меня к нему.
Без помощи Никки я бы никогда так быстро не установил личность Горация. И мог не успеть спасти Изабеллу.
У меня не было другого выбора.
Да и Никки не
Алистер тоже делал пожертвования и подкупал газетчиков, когда не захотел, чтобы его история была напечатана в газете. Просто он называл это по-другому. Quid pro quo, или «услуга за услугу», если говорить юридическими терминами.
И он показал мне её опасность: как лёгкость манипулирования окружающими может завести слишком далеко.
Разве виновность Мами во взяточничестве оправдывает Алистера?
Не обязательно. В конце концов, судья, который принял одну взятку, мог принять и вторую. Я не мог сказать точно, так ли это, но это уже было не важно.
А важно было то, что я более непреклонен. По крайней мере, в этом вопросе.
Не бывает простого выбора. Я был гибким, но в подобных случаях проявлял решительность и даже упрямство.
Я смогу справиться с Никки, какие бы трудности не вклинились в наши с ним отношения. Наши пути пересекутся, только если я решу вновь вернуться сюда.
Может, Алистер был прав: я жажду азарта, сложных случаев, которые могут найти меня только в Нью-Йорке?
Может, да. А, может, и нет.
Горячий эспрессо взбодрил меня. Я осушил чашку и заказал ещё одну.
Кто-то поставил на проигрыватель за моей спиной пластинку, и из угла полились звуки скрипки. Я сидел и наслаждался простым присутствием здесь этим снежным ноябрьским вечером. Один из многих. Безликий.
В кофейне я сидел долго.
Когда я засовывал в карман письмо от Никки, мои пальцы нащупали что-то ещё.
Я вытащил клочок бумаги.
Это было предсказание из юэбина, который мы ели с Алистером и Изабеллой тем вечером в кафе. Я положил его в карман и забыл.
Я положил его перед собой и разгладил пальцами. Разум мой заполнился мыслями о Изабелле - потому что тот вечер в Китайском квартале теперь навечно будет у меня ассоциироваться с Изабеллой.
«Первый шаг к лучшему будущему – вообразить себе его».
Я провёл пальцем по листку бумаги.
Он вызывал у меня тёплые воспоминания.
Я положил его к другим бумажкам, которые собирался выбросить. Но потом передумал, аккуратно сложил и поместил в бумажник.
Я снова вышел под снегопад, где мерцали вывески театров и отбрасывали на укрытую снегом землю серебристо-голубые тени.
Призрачные образы, которые исполняли этой ночью рядом со мной свой собственный танец.
Заметки
[<-1]
«Синий воротничок» — понятие, обозначающее принадлежность к рабочему классу, представители которого, как правило, заняты физическим трудом с почасовой оплатой. Синие воротнички противопоставляются работникам
[<-2]
Пинта - единица объёма, составляет 473 мл.
[<-3]
Вудберитипия — фотомеханический процесс, позволяющий тиражировать высококачественные чёрно-белые полутоновые изображения, был запатентован в 1865 году.
[<-4]
Желатиносеребряный фотопроцесс — фотографический процесс, основанный на нанесении эмульсии светочувствительных галогенидов серебра на подложку из стекла, бумаги или гибкой плёнки. Технология разработана Ричардом Меддоксом в 1871 году и усовершенствована Чарльзом Беннетом в 1878 году.
[<-5]
Джордж Макклеллан – мэр Нью-Йорка в 1904-1909 годах. Представитель Демократической партии. Был инициатором строительства Манхэттенского и Квинсборо мостов. При Макклеллане введена в эксплуатацию первая линия городского метро, мэр лично управлял первым поездом метрополитена, перевозившим почетных гостей на церемонии открытия.
[<-6]
Уильям Рэндольф Херст — американский медиамагнат, основатель холдинга «Hearst Corporation», ведущий газетный издатель. Создал индустрию новостей и придумал делать деньги на сплетнях и скандалах.
[<-7]
Таммани — политическое общество Демократической партии США в Нью-Йорке. К 1860-м годам общество Таммани превратилось в партийную машину боссов Демократической партии, закулисно вершивших ее дела. Её влияние достигло своего пика в конце XIX — начале XX веков, и ослабело в 1930-х годах после реформ Франклина Рузвельта и Фиорелло Ла Гардиа.
[<-8]
Чарльз Френсис Мерфи, также известный под именем «Молчун Чарли» за свою немногословность и продуманность действий. Известный политический деятель, глава общества Таммани в Нью-Йорке с 1902 по 1924 года. Именно благодаря «боссу Мерфи» Таммани перестали считать коррупционным сообществом, и именно он вывел политическое влияние Таммани-холла на государственный уровень.
[<-9]
Миссис Каролина Астор, жена Уильяма Бэкхауза Астора-младшего, считалась одним из главных центров высшего общества Нью-Йорка своего времени.
[<-10]
Эжен Франсуа Видок — французский преступник, ставший впоследствии первым главой Главного Управления Национальной Безопасности (фр. S^uret'e Nationale), а потом и одним из первых современных частных детективов и «отцом» уголовного розыска в его современном виде..
[<-11]
Главное Управление Национальной Безопасности (фр. S^uret'e Nationale) — отделение французской полиции, основанное Эженом Франсуа Видоком в 1812 году. Считается одной из первых организаций по борьбе с преступностью в мире, по образу которой были созданы Скотланд-Ярд и ФБР. Видок считал обычную полицию неэффективной в борьбе с преступностью, поэтому создал свою организацию по модели тайной полиции Наполеона. Среди её особенностей можно выделить засекреченность, а также тот факт, что она во многом состояла из бывших преступников, вроде самого Видока (Франсуа руководствовался принципом «Преступника может поймать только преступник»). К 1820 году в её ряды входили 30 человек, а уровень преступности во Франции был снижен на 40 %..