Во имя рода

Коткин Андрей

Ну, а вскоре после этого на трибуну, выставленную в центре сцены, напротив нас, взобрался директор гимназии и начал свою торжественную речь.

И таки, если бы потом я попытался вспомнить, о чем же говорил этот уважаемый господин, у меня бы и двух-трех слов связать не получилось.…Или, точнее, нет, три-то слова я как раз и запомнил: «Спасибо нашим попечителям!» Он эту фразу за время выступления повторил раз десять, если не больше. Само собой, попечителями выступали губернские кланы. В том числе и Хабаровы. При перечислении этой фамилии среди прочих, я аж зубами скрипнул непроизвольно. Надеюсь все же никто больше за мной этого казуса не углядел.

А потом, после

окончания речи директора, нас, первый «В», словно наседка своих цыплят, принялся созывать к себе совершенно невзрачный господин, оказавшийся нашим классным руководителем. Он тоже сидел на переднем ряду, на крайнем правом сидении, но занятый изучением наших классных аристократов, я его до самого последнего момента даже не замечал. Вот же замечательное свойство у человека!

Из актового зала мы, повинуясь указаниям нашего неприметного классного руководителя, переместились в наш классный кабинет. Он у нас оказался расположен на третьем этаже, куда мы поднялись по широкой, с фигурчатыми перилами, каменной лестнице. Угу, действительно, «Спасибо нашим попечителям». Тоже все дорого-богато тут выглядело.

В отличие от выступления директора гимназии, небольшая лекция, прочитанная нам Павлом Петровичем Михеевым, так звали нашего классного руководителя и по совместительству учителя русской словесности, оказалась весьма содержательной.

— Вам может показаться, — в частности сказал он нам, — что все учащиеся первых классов нашей гимназии находятся в равном положении. Так вот, зарубите себе на носу, это совсем не так. Если в ваш класс набирались преимущественно ребята соображающие, то «А» и «Б» классы сформированы прежде всего по показателям уровня личной силы. И говоря о силе, я имею в виду вовсе не объемы ваших бицепсов. Согласитесь, глупо получится, если в ответ на ваше, может быть, даже и вполне обоснованное замечание, вам в лицо прилетит файербол или разряд молнии. Так что боги вас упаси от ссор с этими ребятами. Тем более, не стоит задираться с учениками на класс старше. Они, в отличие от вас, хотя бы начальными, первоуровневыми, заклинаниями боевой магии владеют уже почти все поголовно.

Кстати о магии. Это основной критерий, по которому осуществляется перевод из первого класса во второй. Кто до конца лета не сумеет открыть в себе магические способности, во второй класс не попадает ни при каком раскладе, пусть даже он по остальным предметам будет успевать на одни только пятерки, или вообще будет первым наследником главы самого уважаемого в нашей губернии клана. Потому учитесь, ребята, прилежней. И для развития ваших способностей не только читайте исключительно выдаваемые вам на уроки мажеские учебники. На втором этаже административного корпуса расположена библиотека. Кое-какая литература по совершенно различным отраслям магических мыслей у нас там имеется. А для отработки практических навыков в самом дальнем от главного входа на территорию гимназии углу расположен малый полигон. Читайте, пробуйте, примеряйтесь. Кто знает, к каким возможно редким отраслям магии у вас окажется предрасположенность.

Вечером, после окончания всех уроков и выполнения всех заданных во время них домашних заданий, я подвел итоги своего первого дня учебы. И нет, разумеется, ничего нового из области магии за этот день я не выучил. Не такое это быстрое дело. Да и не давали нам ничего такого в первый день. Преподаватели, по очереди приходящие в наш класс, лишь знакомились со своими новыми учениками, да проводили первые, организационные уроки. За одним узнал, почему в списке заказанных к покупке при подготовке к школе учебников не было ни одного учебника по магии.

А просто запрещено это, продавать подобную литературу простому населению. Отец Андрюшки Мельникова, сам не являющийся магом, с покупкой учебника по целительству для своего чада явно этот закон нарушил. Магические учебники нам полагается изучать только в классе (в конце урока Начал магии, короткого двухнедельного курса, предваряющего изучение всех магических дисциплин, по указанию преподавателя, мы послушно сложили их перед собой, на углах столов). Хорошо еще, что конспекты и выписки из этих учебников делать нам все же не возбранялось.

Так началась моя учеба в магической гимназии.

Кстати сказать, свой должок по поводу преподанного мной Малого ритуала Удаления Пыли, Андрей Скворцов восполнил очень быстро. В первый же вечер учебы, перед сном, подошел ко мне и предложил:

— Саня, я тут поинтересовался у господина Безухова. Если желаешь, могу в счет моего долга обучить тебя Начальному комплексу защиты сознания. В нашем классе это может оказаться для тебя необычайно полезной штукой.

— В нашем классе? — Ухватился я за оговорку-намек собеседника.

— Вообще-то говорить за глаза о способностях других, тем более аристократов, — дурной тон, но бароны Вязниковы, помимо всего прочего, известны и своими ментальными практиками тоже, — не стал особо юлить мой одноклассник. — Вряд ли, конечно, простая первоклассница, будь она хоть трижды Вязниковой, вот так, сразу, сумеет запудрить тебе мозги, но учиться нам тут еще долго, ближе к выпуску всякое может быть.

— Согласен, — немедленно согласился я с поступившим предложением, едва припомнив безэмоционально тупенькое выражение лица той девицы, повсюду сопровождавшей нашу баронессу-одноклассницу.

И таки да, даже до бабушки доходили кое-какие сплетни, которыми она и со мной поделилась, что некоторые аристократы в старших классах, для пополнения своих личных дружин перспективными бойцами, ментальной магией отнюдь не брезгуют. Даже собиралась учинить мне на летних каникулах дополнительный тренинг по этому поводу, основанный на принципах шаманской магии. Но мозги — это ж такая штука, в деле их защиты гораздо лучше переборщить, потратив лишние часы своей жизни, нежели неожиданно оказаться пускающей слюни собачкой, готовой отдать имущество и даже саму жизнь по первому же сигналу своего хозяина.

Методика защиты сознания заключалась в выполнении комплекса физических упражнений, сопровождавшихся чтением-пением специальных мантр, чем-то похожих в своей размеренной заунывности на ту зуделку, которой я приманивал малых духов. И, признаюсь, сначала все это мне показалось абсолютной чепухой.

— Скажи мне, Андрей, вот только честно, ты сам веришь, что данные песнопения смогут защитить меня от менталистов? — Не удержался я от вопроса, когда пара учеников, тоже ранних пташек, проходя мимо нас, очень странно посмотрели в нашу сторону.

— Верю, — очень серьезно отозвался в ответ тот. — Эти упражнения мой двоюродный дядька привез из своей поездки на Крышу Мира, в монастырь к далай-ламе. Тамошние монахи всю жизнь сражаются с демонами, лезущими из разломов. И среди демонов менталисты — вовсе не редкость. Как пояснил мне дядька, а ему рассказал его нанятый за золото наставник, весь наш разум сосредоточен в особой невидимой зоне, называемой ментальным телом. Плавные движения, сопряженные с особыми дыхательными упражнениями и чтение мантр заставляют оболочку ментального тела вибрировать, постепенно делая ее прочнее и толще. А уж толстая, прочная оболочка ментального тела становится преградой на пути воздействия менталистов.