Внедрение
Шрифт:
Штурмовики отреагировали молчанием, и Ремар, расценив это как отрицательный ответ, приказал:
— Отряд, на выход!
На сторожевом посту поселения сразу заметили, когда полицейские вышли из туннеля, — раздались громкие крики, и за забором замельтешили фигуры бегущих людей. Но довольно быстро пришельцев опознали, раскрыли ворота и без лишних вопросов пропустили экспедиционный отряд Полицейского Корпуса на территорию лагеря. Полуголые волосатые мужчины с дружественными возгласами окружили их, а женщины, как обычно, стояли в стороне и любопытствующими взглядами рассматривали чужаков. Поисковик обменялся
Вождь приблизился неторопливой походкой и, остановившись в трёх шагах от ПервогоПослеВторого, окинул его группу пристальным взором.
— Твой отряд уменьшился. Что случилось с остальными? — спросил он.
— Они на подходе. Нам пришлось разделиться.
— Вы нашли предателя?
— Мы — нет, но надеюсь, что тем полицейским, кто идёт за нами, удалось сделать это. Вождь, у меня одна просьба к тебе. Я хотел бы подождать их у вас. Ты позволишь нам ещё немного погостить в твоём племени?
— Почему бы и нет? — хитро улыбнулся Вахлид. — А где твой техник? Он с другой группой?
— Да. Его пришлось отправить с ними.
— Жаль. У меня возникло несколько вопросов к нему… Ладно, скоро он всё равно будет тут. Я разрешаю тебе и твоим людям переждать пару дней у нас.
— Благодарю тебя, вождь. Ты очень добр к нам.
— Я рассчитываю на дальнейшее плодотворное сотрудничество с вами. Кстати, твой человек неплохо обучил моих людей обращаться с новым оружием. Мне не терпится продемонстрировать тебе их умения! А потом мы продолжим разговор у меня в шатре. Согласен?
— Разумеется. Я и сам горю желанием посмотреть на то, чему научились твои воины.
Старик с важным видом отдал необходимые распоряжения и пригласил гостей проследовать на пустое пространство в центре лагеря, где к одной из повозок было прибито несколько плоских широких досок. По выбоинам и отметинам на них Ремар сразу определил, что эту незамысловатую конструкцию использовали в качестве стенда для стрельбы. По знаку вождя один из воинов приволок небольшое, мохнатое и непрерывно жалобно мычащее копытное животное и привязал его к доскам. Несчастному зверю предстояло стать живой мишенью. Вождь вместе со своими воинами и полицейские расположились на расстоянии выстрела от повозки. Оба телохранителя Вахлида вышли вперёд, зарядили арбалеты и направили их на цель. Он махнул рукой, и мужчины одновременно нажали на спусковые рычаги.
Блеяние животного смолкло, когда болты раздробили ему рёбра и грудную клетку. Тело зверя обмякло и повисло на верёвке, привязанной к его шее. Люди Роха торжествующе завопили и принялись поздравлять стрелков с успехом, громко выкрикивая похвальные слова, а гордое лицо их вождя расплылось в довольной ухмылке.
— Ну как? Что скажешь? — широко улыбаясь, спросил он поисковика, стоявшего сбоку от него.
— Превосходно! Мой человек сослужил вам хорошую службу и смог за очень короткий срок обучить твоих людей.
— Знаешь, сдаётся мне, что нам понадобится больше такого оружия, — заметил Вахлид и выжидающе посмотрел на собеседника. — Но об этом поговорим позже. А сейчас…
— Постой, мудрый вождь, —
— Ты меня заинтриговал, — медленно проговорил старик.
— Если пожелаешь, то я могу прямо сейчас устроить небольшую демонстрацию…
— Ну, давай, попробуй удивить меня.
— Мой боец выстрелит точно в глаз этого мёртвого зверя, а вслед за ним произведу выстрел я и попаду прямо в болт, торчащий из глазницы, причём всё время буду держать арбалет только одной рукой.
Вахлид недоверчиво нахмурил брови, а его люди молча замерли в ожидании увлекательного зрелища.
— Дайте-ка мне ваши арбалеты и два болта, — непринуждённо сказал Ремар охранникам вождя.
Воины с готовностью протянули ему оружие и стали с интересом наблюдать за его действиями. Поисковик посмотрел в сторону оберлейтенанта и его бойцов и заметил, как они почти неприметно напряглись под его взглядом. Затем он передал один из арбалетов стоявшему рядом с ним штурмовику, тренировавшему людей Роха. Оба полицейских зарядили свои арбалеты и взвели спусковые механизмы. Над лагерем повисла насторожённая тишина…
— Действуй после моего сигнала! — приказал ПервыйПослеВторого штурмовику и вытянул руку с оружием в сторону мишени.
Выждав несколько секунд, он резко развернул руку в сторону Вахлида и выстрелил. Благодаря близкой дистанции арбалетный болт пробил череп старого вождя навылет, и его тело рухнуло вниз. В ту же секунду в лагере наступил кромешный ад. Штурмовики мгновенно выхватили арбалеты и уничтожили ближайших к ним воинов Роха. Женщины, в отдалении наблюдавшие за этой сценой, в ужасе закричали, а несколько мужчин попыталось бежать, но было тут же настигнуто следующими выстрелами. После этого пришло время мечей и началась резня. Боевой дух бывших кочевников был сломлен. Многих из них убили на месте, но некоторым всё-таки удалось выхватить оружие, и они попытались оказать сопротивление.
Поисковик ловко выскочил из круга сражавшихся людей и, отбежав к одному из вигвамов, с безопасного расстояния следил за истреблением волосатиков. Неприятное зрелище не вызывало у него удовлетворения, но в душе он твердил себе, что другого выхода у него просто не было. Эти люди должны были умереть. И они умирали. Со стонами и проклятиями. Их палицы, дубинки и тупые мечи по эффективности не могли сравниться с превосходной сталью клинков напавших на них врагов, да и природная мощь воинов народа Роха значительно уступала упругой силе модифицированных мышц элитных полицейских, обученных убивать.
Между тем штурмовиков уже полностью поглотила смертельная эйфория боя, и ими овладело чувство упоения своей собственной свирепостью. Кому-то из них раскроило череп удачным ударом дубинки одного из оборонявшихся мужчин, но это только ещё больше подхлестнуло озверевших полицейских. Они уже не просто уничтожали противников, а буквально рубили их на куски, отсекая головы и конечности. Ремару уже приходилось наблюдать подобную картину, и перед его глазами до сих пор стояли кровавые сцены подавления восстания меховиков, поэтому он сразу же понял, что необходимо срочно вмешаться, иначе будут уничтожены абсолютно все члены племени, а не только боеспособные мужчины.