Властный
Шрифт:
— Он сам дьявол! Монстр! Самый настоящий мерзавец! — Джеймс говорил так, будто Оникс не сидел прямо здесь, рядом с нами.
— Так зачем же ты пришел? — спросила я, на что Оникс сжал мое бедро.
— Потому что он устанавливает правила, — пробормотал Джеймс, пока Оникс продолжил есть. — Это все, что ты хотел? Показать, что подбираешь за мной жалкие объедки?
Злость клокотала внутри. Я не считала себя пешкой в игре, которую можно было использовать, оскорбить и в итоге выбросить. И не важно, что было у нас с Джеймсом, я не была чьими-то там «объедками»!
— На самом деле, то, что Торрин присоединилась к нам, было бонусом. — Оникс достал конверт из кармана пиджака. — Я подумал, что тебе это понадобится, учитывая твои проблемы с законом.
Джеймс выхватил конверт из рук Оникса.
— Чтоб тебя, Оникс! — выплюнул он, открывая конверт и доставая пачку наличных.
Я была удивлена, что Джеймс явно ненавидел Оникса, но все равно взял деньги. Я еще больше заинтересовалась их отношениями.
— Все? Я могу идти? — спросил Джеймс, кладя деньги в карман и бросая конверт на стол, будто ничего не произошло.
Оникс откинулся на спинку стула, словно обдумывал его вопрос, прежде чем, наконец, слегка кивнул.
— Не забудь передать привет дорогой мамочке, — пробормотал он, возвращая конверт Джеймсу. — Давай, ешь, — приказал мне Оникс, сжимая мое бедро и пересаживая со своих колен.
Я пересела, радуясь свободе, но есть не могла. Я была слишком взвинчена из-за того, что узнала. Разум лихорадочно работал, а ладони потели от нервов в течение всего вечера. Что еще было внутри конверта? Что там было для «дорогой мамочки»? Зачем Оникс дает Джеймсу деньги, учитывая ненависть, которую оба разделяли? И что мне интересно больше всего — почему в этом всем участвовала я?
Оникс использовал меня сегодня вечером, чтобы отомстить брату. Ситуация, в которую он меня втянул, не имела ничего общего с Кеннеди, Малькольмом или их ребенком. Зато имела отношение к той игре, в которую Оникс играл с Джеймсом. Игре, сути которой я, разумеется, не понимала.
Джеймс посмотрел на меня, пытаясь что-то прочесть в моих глазах, и я молилась, чтобы ему это не удалось.
— Ты увязла слишком глубоко, Торрин. Оникс разрушает все, к чему прикасается, а так как в тебе нет ничего особенного, то он рано или поздно он разрушит и твою жизнь. — Джеймс взял конверт, засовывая его в карман.
— Хватит, — скомандовал Оникс, и Джеймс замолчал, затем развернулся и ушел.
Я не могла есть, хотя еда действительно выглядела восхитительно. Я сидела молча, пока Оникс доедал свой ужин. Перед уходом Джеймса за столом царила напряженность из-за гнева, исходившего с обеих сторон. Сейчас напряжение осталось, но оно было каким-то другим.
Оникс был чертовски хладнокровным и спокойным все это время. Это меня удивило.
После того, как Джеймс ушел, казалось, что Оникс был здесь и не здесь одновременно. Его тело сидело рядом, поглощало еду, которую он, очевидно, заказал заранее и которой наслаждался, но его разум витал где-то в другом месте. Может, он думал о своем детстве? У меня было много вопросов, но я не осмеливалась задать ни одного.
Когда мы сели в машину, ярость исходила от Оникса
Глядя в окно, я переваривала новую информацию, чтобы разгадать загадку под названием Оникс Блейк. Даже если у него было тяжелое детство, что дало ему право так поступать со своим братом? А тем более поступить так со мной?
Использовать.
Выставить вот так перед Джеймсом.
Гнев бурлил внутри всю дорогу до дома. Но я не произнесла ни слова. Казалось, что моя злость вот-вот вырвется наружу. Тело даже завибрировало от переполняемых эмоций. Оникс вышел, ввел код, и мы свернули на подъездную дорожку.
Как только машина остановилась, я распахнула дверь и поднялась по ступенькам. Дверь оказалась заперта, и пришлось отойти в сторону, чтобы Оникс открыл ее. Как только он это сделал, я перешагнула через порог, нуждаясь в уединении, чтобы подумать. Нуждаясь в кислороде, который Оникс мне постоянно перекрывал.
Я услышала, как он захлопнул за собой дверь.
— Торрин, — прорычал Оникс. Это стало словно триггером для меня. Не просто так же он назвал меня по имени, будто между нами что-то изменилось. Лишь одно его слово подожгло пламя, и я взорвалась.
Быстро развернувшись, я уставилась ему в лицо.
— Не смей называть меня Торрин! Ты меня подставил! Ты знал все это время, что у меня были отношения с Джеймсом! Так ведь?!
Он пожал плечами. Да, пожал плечами, будто ему было наплевать на то, что он разрушал мою жизнь! Пошел он к черту!
— Я думала, что в тебе есть хоть капля хорошего из-за того, что ты делаешь для моей сестры, но я ошибалась!
— Это только твоя ошибка. Я никогда не утверждал, что хороший. — Оникс обошел меня, отстраняясь, но я встала прямо у него на пути. Может, я подписывала себе смертный приговор, но мне было плевать, я была слишком зла.
— Я ненавижу тебя! Не могу дождаться, когда это дерьмо закончится, чтобы я могла побыстрее свалить отсюда! Подальше от тебя!
— По-твоему, я рад твоему присутствию? Если бы не твоя киска и связь с Джеймсом, ты была бы для меня бесполезна!
Его слова глубоко ранили, но еще сильнее распалили меня.
— Пошел ты! — закричала я ему в лицо, а он схватил меня и грубо поцеловал. Я сильно прикусила его нижнюю губу, ощущая на языке привкус меди, отчего Оникс лишь притянул меня ближе к себе, целуя с удвоенной силой.
Я ненавидела его. Мой разум ненавидел его. Ненависть была моей единственной эмоцией сейчас. Я никогда в своей жизни не испытывала такой ненависти. Но мое тело… меня предавало. Схватив Оникса за шею, я сжала ее изо всех сил, принимая его поцелуй и пытаясь взять ситуацию под контроль. Трусики стали влажными. Я жаждала разрядки, которую мог дать только он. Я хотела сразиться с ним, чтобы добиться своего.
Это не сработало. Оникс оттеснил меня назад, и мы врезались прямо в стеклянный стол, разбив его вдребезги. Это дало мне небольшое преимущество, я оттолкнулась от него и направилась к лестнице. Пошел он в задницу!