Властитель

Соколов Михаил

Я поймал ее за талию, но тросов не достал. Беспорядочно кувыркаясь, мы падали вниз. Я был встревожен, но не испуган: ко мне вернулось привычное ощущение смертельной опасности, с которым обжился давно.

Вдруг нас сильно тряхнуло. Я лежал на девушке, а она – на сиденье воздушного такси. Не совсем поспевая за событиями, я посмотрел вперед – машина шла без водителя. Девушка подо мной тяжело задышала: я все еще лежал на ней.

Поспешно приподнявшись, я помог ей сесть. Она искоса взглянула сквозь ресницы и сдержанно поблагодарила.

– Не

за что. Это не я вас спас, а машина. Она посмотрела на меня снизу вверх и удивленно подтвердила:

– Конечно.

Я не понял, что она имела в виду, и она прочитала это на моем лице.

– Здесь очень часто падают, но еще ни с кем ничего плохого не случалось: либо подхватывают такси, как нас, либо срабатывает поле внизу.

Она повертела головой, пытаясь сообразить:

– Но что это с нами произошло? Мне показалось, нас обстреляли из лазера.

Она задумалась, забыв обо мне. Я молчал. Профиль ее был великолепен. У нее были маленькие хрупкие кисти рук, черные волосы и очень синие глаза.

– Я Елена Ланская.

– Сергей Волков.

Она удивленно взглянула на меня. Я не понял, чем вызвано ее удивление.

– Сергей… – Она словно пробовала мое имя на вкус. – Почему вы прыгнули за мной? Я непонимающе уставился на нее:

– Разве вы не падали?..

– Ну и что? Автоматы всегда спасут.

– Я не знал. – Теперь все виделось мне в новом свете, и от этого я разозлился. – Я забыл, что на мне нет аккумуляторов.

– Каких аккумуляторов? – требовательно спросила она.

– Приспособлений защиты, которые можно использовать и для полетов.

Она спокойно смотрела на меня.

– Я заключенный с Урана, – решил я покончить с мучительной неловкостью. В ее глазах что-то мелькнуло.

– Так как вас зовут?

– Сергей.

– Но в новостях сказали – Николай Орлов.

– Да, если хотите, зовите меня Николаем, – сказал я и вновь уловил ее удивленный взгляд.

Машина остановилась у тротуара. Высокий мужчина лет тридцати в полувоенном комбинезоне и с полицейским скипетром на поясе повелительно махнул мне рукой. В стороне ожидали приказа две механические ищейки, которых одно время в большом количестве завезли к нам на Уран, но их быстро перебили копты, ненавидевшие любых роботов.

– Удостоверение, личный номер? – повелительно спросил полицейский, когда я нехотя подошел к нему. Лена равнодушно стояла в стороне.

Мне полицейский не понравился, и, прежде чем ответить, я вытащил сигарету и закурил. Но не желая с первых же шагов портить отношения с властью, протянул карточку идентификации.

Полицейский бесцеремонно вырвал из моей руки удостоверение и тут же продиктовал номер в микрофон на лацкане комбинезона. Через мгновение взгляд его застыл, он выслушивал по микрофону результаты идентификации. Потом оживился, расслабился, выхватил из кармана сигарету, быстро закурил.

– Э! Да ты герой! Добро пожаловать в столицу. Теперь понятно, почему по тебе

палили. Надо вам запретить приезжать в столицу. От вас одни неприятности. Не успел приземлиться, а уже на тебя охоту устроили. Здорово ты, наверно, насолил кому-то. Такие, как ты, долго не живут, приятель. Я знаю, что тебе нужно: кальс, птифарг и девочку в придачу. Или девочку уже подцепил? – Кивнул он на скучающую Лену в стороне и выдохнул мне дым прямо в лицо.

– Это мое дело, – сказал я. – Если я чего-то захочу, то у тебя спрашивать не буду, – Я тоже выдохнул дым прямо ему в лицо, так что он закашлялся.

От кашля и моей наглости полицейский побагровел. Ему давно уже, наверное, никто не противодействовал, потому мой отпор так его разозлил.

– Офицер! – Мы уже и забыли о Лене, по она сама напомнила о себе. – Офицер! Подойдите ко мне, пожалуйста.

Странно, но он послушался. Ему пришлось нагнуться, чтобы понять те несколько слов, которые она произнесла нимало не заботясь, услышит ли он ее. Полицейский выпрямился и (я думал – он навалится на нее тяжестью своего гнева) вдруг, круто повернувшись, ушел в сопровождении мехсобак.

– Вы проводите меня? – спросила Лена.

– Только не сегодня. – Стычка и двойственность моего положения раздражали.

– Вас кто-то ждет? – помедлив, спросила она.

– Нет.

– Может, вы опасаетесь случайных знакомств?

– Нет! – ответил я, злясь на ее спокойствие.

– Уже двенадцатый час, – напомнила она.

– Вы боитесь заблудиться?

– Нет, я боюсь еще где-нибудь упасть.

Лена повернулась и, не оглядываясь, ступила на тротуар, ведущий на нижний уровень. Я стоял неподвижно. То, как она ушла, вызвало у меня ненависть. Она удалялась вместе с движущейся лентой: прямая, стройная и невыразимо прекрасная.

Я догнал ее в самом низу, где лента, мягко свернув направо, потекла горизонтально в каком-то темноватом коридоре. В его середине лента ушла в пол. Впереди, рассеивая полумрак, ярко вспыхнули лампы. На стене загорелся контур двери с ярко-оранжевой надписью: ТЕЛЕПОРТ. Мы вошли в кабину.

– Тетрадук, уровень АК, двенадцать-шестнадцать, – равнодушно сказала Лена в пустоту. В дороге она не перебросилась со мной и парой слов.

Пол кабины задрожал, у меня зачесались кончики пальцев. Лена вышла в успевшую открыться перед ней дверь, я последовал за ней.

Из полумрака выступила фигура мужчины, моя спутница, не останавливаясь, бросила;

– Это со мной.

Я шел за ней со смешанным чувством удивления и нереальности. Помимо своей воли я оказался втянут во что-то, в чем не собирался участвовать. Я тронул Лену за руку:

– Куда мы идем?

Она повернула ко мне лицо.

– Ко мне. Пойдем. – Она взяла меня за руку и потянула за собой. – Не бойся.

Мы вновь ехали на движущихся тротуарах. Недолго, но все больше вниз. Еще несколько раз нас останавливали, но тут же отпускали, узнав женщину.