Власть Крови
Шрифт:
Полли отшатнулась вглубь и хрипло проговорила:
– Я думала, ты перегрызешь ей горло.
– Я что, животное?
– глаза Чарльза еще наливались чернотой, и в словах вместо обычных насмешливых ноток была лишь одна злоба. Он выскочил из кареты и огляделся. Вокруг было пусто, лишь рядом с дорогой валялся его мертвый кучер. Чарльз нагнулся к ведьме и перевернул её ладонь.
– Вот почему мы с ней так легко разделались, - сказал Чарльз, - это не мортрия.
Полли, выглянув из кареты, посмотрела на мертвую женщину и тут же отпрянула, не выдержав взгляда остекленелых открытых глаз,
– Садись, - резко крикнул Чарльз, - надо спешить, пока здесь не появилась одна из мортрий.
Чарльз вскочил на козлы и больней стеганул коней. Несколько ударов, и кони, взвившись, выдернули колесо кареты из ямы. Карета понеслась, и Полли в этом яростном хлестанье коней и бешеной скачке чувствовала всю злобу Чарльза на ведьм.
Даже въехав в город, Чарльз не сильно-то придержал бег коней. Остановились только возле дома Полли. Чарльз открыл дверцу кареты и подал Полли руку, вид у него был по-прежнему озлобленный.
– О, у вас тоже ранние прогулки, - к дому подходил МакКин.
– Скорее поздние, - буркнул Чарльз.
МакКин при этих словах поджал губы и покосился на Полли, но её встревоженный и растрепанный вид заставили его забыть о ревности и воскликнуть:
– Что произошло?!
– Это ужасно...
– голос у Полли задрожал.
– Она хотела нас убить!
МакКин глянул на неё, и взгляд его остановился на свежей царапине на её шее.
– Вы в порядке?
– и только Полли кивнула, он сказал: - Идемте скорей в дом, примите успокоительного, чая или ванну, и пусть служанка позаботится о вас. А вы, мистер Барклей, должны мне все рассказать.
Как только Полли поднялась наверх, Чарльз вошел в кабинет к МакКину. МакКину даже не надо было спрашивать, что случилось, Чарльз сам заговорил, сказав, что сегодня был бал-маскарад в его загородном доме, куда была приглашена Полли. На этом он и завершил историю о бале и сразу принялся рассказывать, как Полли из-за него попала в заложники. Чарльз, вспомнив случившееся, пришел в гнев и воскликнул:
– Хелен мертва! И не говорите мне, что об убийцах не стоит плакать. Да, вы были правы. Это Хелен была кровавым призраком. И пусть она вела себя так же, как и ее злобный папаша, и убивала уже не только из жажды крови, зато она была очень страстным, ярким человеком, полным огня и...
– Чарльз замолчал, лицо его подернулось печалью.
Молчал и Рик, ему нечего было отвечать на признание Чарльза, не кричать же ему было с радостью: "Я так и знал!"
– А теперь, быстрее выкладывайте все, что вы разузнали. Мне не терпится расправиться с этими грязными старыми хрычовками!
– Чарльз опять был полон гнева.
– Эти ведьма, чтоб им гореть в аду, чего доброго и с Арчи расправятся!
– Чарльз шагал по комнате - видимо, ему не перед кем было вылить свою накипевшую злость и обиду, так как высокое положение не давало возможности для нытья, страха или буйства, которое опять же подразумевало под собой страх.
– Если честно, мистер Рик, я думал, что все эти похищения де Мобреев не очень-то опасны для них. Так как, что уж говорить, они не люди, а потому выдержать могут многое и убить их не так уж легко. Да, смерть графа Хидежа удивила меня, но, если честно, я вздохнул
– До того дня, - вдруг сказал МакКин, - как приехала Полли.
Они посмотрели друг на друга, пытаясь прочесть по глазам то, что думал другой. И вдруг дверь отворилась и в комнату вошла сама Полли, одетая в простое белое платье.
– Я что-то пропустила?
– Только ругань Чарльза, - сказал, улыбнувшись, МакКин, - но вы же хотели отдохнуть.
– Нет, это вы хотели от меня избавиться, - хмыкнула Полли.
– Но я хочу знать то же, что и вы. Сейчас Нил принесет сюда чай, чтобы мы могли подкрепиться.
– Я бы подкрепился чем-нибудь более существенным, - сказал Чарльз, - бутылочку французского урожая 89 года.
– У мистера Бригстоуна тоже неплохие запасы вина, - сказал МакКин, - если хотите...
– Я имел в виду не вино, - хмыкнул Чарльз.
МакКин поморщился, а Полли, улыбнувшись, сказала:
– Не хватает запала революционеров?
– 1789 был хороший, урожайный год. Когда в крови у людей бурлил восторг и жажда революции, силы в них так и кипели.
– Чарльз слегка наклонился к Полли и сказал полушепотом: - Все-таки вы прирожденная вампи...
– Ой, - воскликнула вдруг Полли, - сундук!
Она выбежала из комнаты.
– Что?
– ошарашено проговорил МакКин.
– Ах, это, - лениво протянул Чарльз, - я и забыл про вашу воинственную служанку.
МакКин спросил у него, что все это значит. Чарльз задумался, видимо, не зная, как начать рассказ о своем посещении спальни Полли и стоит ли его вообще озвучивать. Но спустя уже пару минут в комнату вошла запыхавшаяся Полли.
– Её нет, видимо Тереза каким-то чудом освободилась и сбежала из сундука.
– Бойцовая же у вас служанка, - хмыкнул Чарльз, - боюсь даже представить, как вы с ней тут ладили.
– Как я понимаю, кухарка была уволена зря, и Тереза все-таки обнаружила себя и пошла напролом?
– спросил МакКин.
– Именно, - облегченно вздохнула Полли, радуясь, что не надо ничего объяснять МакКину.
– И теперь она сбежала.
– Так вот почему чай у нас подает дворецкий, - вздохнул как-то печально МакКин.
– Я сейчас же отправлю его с письмом к миссис Харрис, - сказала сама себе Полли.
Чарльз поднялся и взялся за трость, собираясь уходить. МакКин ему сказал:
– Если мы что-то обнаружим, то сразу вам сообщим.
– Постойте, - нахмурилась Полли, - у меня вообще-то есть зацепка. Я знаю, кто главная ведьма, скрывающаяся за этими преступлениями. Это двадцатисемилетняя Клара Мельнс.
– Это точно?
– спросил МакКин.
– Тогда я попробую о ней узнать в полиции.
– Кажется, нам повезло. Я знаю о ней!
– воскликнул Чарльз.
– Девять лет назад с этой девицей произошел неприятный скандал. Это было в Суонси, графстве Уэлс. Я как раз в то время жил в тех краях. Бедная девушка, сосланная родителями в деревню, соблазнила местного богатого фермера Грабовски Вите...Ватле...