Владыка

Седых Александр Дмитриевич

Толпа офицеров и атаманов, приложив окуляры биноклей к глазам, напряжённо всматривалась вдаль, прочёсывая взором сектор стрельбы, но все изначально допустили ошибку в ожидаемой дистанции огня – снайпер остался незамеченным.

– Господин генерал, не убирайте мишеньку, – остановил движение дрожащей руки ассистента факир. – На голову надевать дырявую кепи всё равно уже не станете. Дайте зрителям повторно насладиться фокусом. Моки, ты на связи? Преврати кепку в дуршлаг.

С интервалами по две секунды прозвучало три выстрела.

Надо

отдать должное ассистенту, он не отдёргивал руку после появления новых пробоин в изодранном пулями головном уборе.

– Господа офицеры, я, кажется, засёк, откуда стреляют! – поспешил похвалиться один из наблюдателей.

– Да и мне, кажется, тоже что-то кажется, – передразнил торопыгу Врангель. – Похоже, с пятисот метров снайпер лупит. Вспышки от выстрелов выдают, да вот только самого стрелка не видать ни черта. Может, в блиндаже засел и пуляет из узкой бойницы.

– Упростим задачу, – довольно улыбнулся факир и скомандовал в телефонную трубку: – Моки, поднимись в полный рост.

– Вроде было какое-то движение, – напряжённо всматриваясь в окуляры бинокля, проворчал себе под нос Врангель. – Так стрелок поднялся с земли или нет?

– Господин ассистент, будьте любезны ещё малость подержать тряпичную ветошь на вытянутой руке, – обратился к стойкому генералу парагвайский заклинатель духов и, поднеся телефонную трубку к губам, вновь показал фокус чревовещания: – Моки, разряди новую обойму в ту же цель, только сделай работу не спеша и со сменой позиций.

Ритмично отзвучали пять выстрелов. Генеральская фуражка разодралась в лоскуты, лишь козырёк уцелел в первозданном виде. Стойкий ассистент побледнел лицом, но выдержал весь сеанс. Первый ряд рисковых зрителей тоже не разбежался со скамьи, офицеры только старались не наклоняться, когда выискивали в бинокли стрелка в поле.

– Вот дьявол! – выругался Врангель. – Когда стреляет – замечаю, а шмыгнёт в сторону – опять в траве тонет.

Аналогичное впечатление, по-видимому, сложилось и у остальной притихшей публики – суперзрячих не нашлось даже среди обладателей мощной морской оптики.

– Придётся раскрыть секрет фокуса, – вздохнув, развёл руками факир с довольной физиономией. – Моки, иди к нам.

Публика прильнула к окулярам. По полю обозначилось движения высокого травяного холмика.

– А как вам, товарищ Ронин, удаётся связываться со стрелком по телефону? – решился задать насущный вопрос один из пролетарских командиров.

– Связь осуществлялась в радиоэфире, – запрокинув голову к небу, широким взмахом руки провёл по воздуху технический факир. – А говорил я через выносное устройство радиостанции автожира.

Офицеры не спешили подключаться к дискуссии, но слушали диалог с необразованным пролетарием, затаив дыхание.

– Так это, второй телефонный аппарат стрелок должон за собой волочить? – логично предположил красноармеец. – Я телеграфные аппараты на станциях видывал – тяжеленные штуки, да и без проводов не работают, заразы.

–

Для прохождения радиосигнала провода ни к чему, – терпеливо разъяснял Алексей. – Размеры и вес станции зависят от мощности. К примеру, в автожирах устанавливаются радиостанции средней мощности объёмом с чемодан и весом до двух десятков килограммов. А вот пехотная голосовая рация в заплечном мешке умещается, и вес плёвый.

– А переговариваться по ней далеко можно? – чувствуя всеобщий интерес аудитории, уточнял характеристики командир.

– Лишь в пределах прямой видимости, – развёл руками Алексей, один из разработчиков модерновых радиостанций. – Зато изготавливать проще и стоит дешевле.

– Так ежели стрелок за лесок зайдёт, то и связь пропадёт? – разочаровался в чуде прогресса пролетарий.

– Ну, сквозь лесок радиосигнал прорвётся, – рассмеялся Алексей. – По пологой местности сигнал до горизонта проходит. А вот если связист в глубокую балочку спустится или за горку крутую спрячется – тогда оглохнет и онемеет.

– Так и пропадёт отряд без связи? – загоревал командир.

– Для того ретранслятор сигналов придуман, – обнадёжил изобретатель. – Только для управления многоголосой радиосетью и перенаправления сигналов требуется оператор связи.

– Второй пилот на энтой стрекозе? – ткнул пальцем в летательный аппарат красноармеец.

– Штурман, – поправил его Алексей. – Помимо навигации, в его функции входит радиосвязь, прицельное бомбометание и стрельба из пулемёта.

– А пулемёт-то где? – завертел головой боец, пытаясь высмотреть скрытый ствол.

– Так это гражданская модель, – разочаровал атаман. – Прототипы образцов боевой техники увидите чуть позже. Не всё ещё доведено до заложенной концепции, остальное вам придётся воспринимать с моих слов на веру.

– А ну как, батюшка Алексей, сбрешешь чего? – беззлобно рассмеялся бородатый атаман из махновского окружения.

Офицерство поддержало шутку анархиста дружным хохотом.

– Ну разве что самую малость, – весело подмигнул братве атаман и, широко разведя руки в стороны, обозначил величину грешка.

Люди на трибунах дружно загоготали, сбрасывая нервное напряжение.

Смех смолк, когда к ораторской кафедре подошло лохматое горбатое чудо-юдо с закамуфлированной снайперской винтовкой в руках.

– А вот и первый образец оружия будущего, – взял из рук снайпера винтовку с оптическим прицелом Алексей. – Правда, это немецкая модель, но вскоре мы начнём серийно изготавливать её копии.

– Почему не её русский аналог? – нахмурил брови Врангель.

– Дешевле выйдет купить станки и технологию в покорённой Германии, – пояснил парагвайский магнат. – Там и специалистов безработных полно, и материалы по бросовой цене отдают. Страны-победители сильно ограничили развитие военной промышленности, да в разорённой войной и контрибуциями Германии правительство и само не горит желанием тратиться на армию.