Владычица
Шрифт:
— Все вон! — взревел демон, переместившись к священнику. — Быстро вспоминай, — схватил он за грудки испуганного мужчину в белых одеяниях, — видел ли сегодня демоницу с беременной человеческой женщиной?
— Что…это храм, вы не можете…
— Говори! — встряхнул он его как котенка, давая осознать, что не намерен шутить.
— Нет, не было.
— А вообще видел демоницу, что ранее приходила с императором?
— Госпожу Шеран? Нет, не было ее сегодня.
— А вы видели ее? — крикнул он другим служителям храма, испуганно жавшимся к стенам и скамьям. Они отрицательно покачали головой.
— А когда приходила ранее, что делала? —
— Молилась, общалась с верховным жрецом, гуляла по храму и прилегающему к нему саду.
— Где верховный жрец?
— Он сейчас в отъезде, вернется только через неделю.
— Проклятие! Идила, видишь что?
— Нет. — с сожалением произнесла девушка, обходя опустевший храм.
— Стой здесь и никуда не уходи. — рыкнул он на жреца, опуская его на пол и отходя в сторону. Взяв с близлежащего стола ритуальный кинжал он резанул вновь руку — Urano teros.
– прошло несколько мгновений, прежде чем открылся портал и из него вместе с Марой вышел гомункул. — Нашел эту гадину?
— Еще нет, но появился след.
— Девочка, ищи хозяйку, — сказал демон, положа руку на голову собаки и посылая ей волевой приказ. — а ты, обернулся он к Юлию, — продолжай поиски, я позову.
— Хорошо. — спокойно ответил гомункул и ушел в портал.
Гончая, склонив голову к полу, стала обходить центральное помещение храма, принюхиваясь к стенам, лавкам, колоннам и статуям и иногда на миг замирая возле них.
— Послушайте, — несмело проговорил жрец. — Это священное место, а вы оскверняете его. Вы должны покинуть стены храма с этим страшным животным.
— Поверь мне, вам не ее надо бояться. Если это, как ты выразился, страшное животное, в ближайшее время не найдет мою жену, я уничтожу столицу, вместе со всеми ее жителями, и начну с вашего храма. — мрачно проговорил Ал’Акир побелевшему служителю и отвернулся, наблюдая за гончей. К этому времени собака обошла уже всю главную залу, дойдя до статуй богов, установленных полукругом в передней части здания. Высокие, более трех метров, каждая в отдельном алькове, они украшали всю центральную стену напротив входа. Собака пробежалась вдоль них несколько раз, но в итоге вернулась к крайней справа и зайдя за нее стала царапать стену и скулить. Душа мужчины воспряла, окрыленная надеждой. Схватив жреца за руку он подволок его к статуе.
— Что там?
— Вход на нижний уровень, но вы не можете, там священные книги и тела почивших верховных жрецов.
— Или ты сам откроешь, или я просто разнесу эту стену! — взревел демон.
— Но я не могу, — затрясся жрец, — ключ у верховного жреца.
— Прочь! — рыкнул Ал’Акир, отшвырнув от себя служителя. Места за статуей было достаточно, альков был высоким и широким. Окрашенный в белый цвет, он весь был исписан золотыми рунами, рассказывающими о величии бога, что занимал это место. Небольшая щель для ключа терялась во всех этих письменах и не была приметна, если не знать, где она находится. Но демон и не собирался ее искать. Переживая, что девушка может оказаться прямо за стеной, Ал’Акир примерился и ударил сгустком силы в боковую часть алькова, в итоге чего образовался небольшой сквозной пролом. Запустив в него шар огненного света он осмотрел пространство: пустую винтовую каменную лестницу, уходящую вниз. Более не церемонясь он принялся ломать стену под вопли ужаса со стороны служителей храма. Как только размер пролома оказался достаточно большим, он шагнул в него. Следом бросилась
Гончая моментально обогнала Ал’Акира, обыскивая помещения не смотря на темноту. Она перебегала от комнаты к комнате, пока не застыла перед одной, злобно зарычав. Подбежавший демон осветил небольшой подземный зал плывшим за ним по воздуху шаром света. Это была усыпальница: вдоль широкого прохода, не менее трех метров, в стенах были изготовлены каменные ниши, в которых стояли деревянные гробы. Над каждой нишей была медная табличка с именем и датами жизни почившего, а перед ней урны с подношениями и курильницы. Над всем этим витал дух векового священного спокойствия, но Ал’Акир этого всего не заметил. Эго глаза не могли оторваться от зеленого покрывала, укрывавшего кого-то или что-то у дальней стены напротив входа, и поверх которого сидела большая золотая змея. Выгибаясь она шипела на них, сверкая глазами. Рядом с покрывалом на земле валялся перламутровый гребень.
— Как думаешь, что это? — спросил он подошедшую демоницу.
— Дух артефакта. Я видела уже таких. Они питаются силой носителя, оберегая его, но и не позволяя освободиться.
— Есть способ его усмирить?
— Только прервать контакт с носителем.
— Отвлеки ее на мгновение. — сказал демон, заходя по дуге сбоку. Девушка сняла с себя широкий пояс и, зайдя с другой стороны, замахнулась на змею. Змея, не сходя с одеяла, сделала агрессивный выпад в ее сторону, но так как Идила стояла достаточно далеко, то совершенно не опасный.
Мгновенно переместившись к покрывалу Ал’Акир одной рукой схватил змею за горло, а другой сдернул покрывало и отбросил его в сторону. В тот же миг змея осыпалась, оставив в его кулаке горсть золотого песка, а на покрывале вновь появилась золотая голова с драгоценными камнями вместо глаз.
Снежана лежала на каменном полу поджав ноги и обхватив живот рукой. Демон упал перед ней на колени, приподнимая и прижимая к своей груди.
— Милая, ты слышишь меня? Солнышко мое, очнись, прошу тебя. — магичка, все это время лежавшая на каменном полу, явно замерзла. Сквозь бледную кожу проступали очертания голубых вен, а под глазами залегли темные круги. Но вот ресницы затрепетали и она открыла глаза.
— Хэру?
— Да, любимая, это я.
— Где мы? Я ничего не помню.
— Я потом все тебе расскажу. Уже все хорошо. Как ты себя чувствуешь?
— Я…мне плохо. Очень кружится голова и болит живот. Хэру, — всхлипнула она, цепляясь за его руку, обнимающую ее и поддерживающую. — почему так больно?
— Потерпи, милая, я сейчас помогу тебе подняться.
— Нет, — вновь всхлипнула женщина и с ее глаз потекли слезы. — Я…я кажется описалась.
Немедля больше ни секунды демон подхватил ее на руки и ушел в портал, оставив Идилу вместе с Марой самим решать, что делать дальше. В данный момент он не мог думать ни о чем, кроме жены, у которой роды начались раньше времени более чем на месяц.
Ал’Акир нервно ходил по комнате, слушая крики жены. О чем он только думал, она такая хрупкая, нежная, как можно было подвергать ее такой опасности. Ему никто не нужен, ему достаточно ее одной.
— Больно, больно… — плакала Снежана в дугой комнате, находясь вместе с целительницей и акушеркой. — Пожалуйста, усыпите меня.
— Ты что сюда спать пришла, — строго прикрикнула на нее женщина. — А кто малышу поможет? Тебе больно, а ему каково? Рос себе в тепле, никого не трогал, и вдруг сдавили, выпихивают.