Владычица магии

Эддингс Дэвид

– Ты и вправду становишься мужчиной, юный Гарион, – одобрительно кивнул Мендореллен.

– Не обязательно ему сейчас бриться, Полгара, – вмешался Бэйрек, поглаживая роскошную рыжую бороду. – Пусть растет. Если не понравится, сбрить всегда успеем.

– По-моему, ты пристрастен, Бэйрек, – заметил Хеттар. – Ведь в Чиреке все мужчины бородатые.

– Никогда бритва не касалась моего лица! – признал Бэйрек. – Но я и в самом деле считаю, что в таких делах спешить ни к чему. Бороду сбрить

легко, да назад не приклеишь!

– А по-моему, ты с ней такой забавный, – заявила Се'Недра, и прежде, чем Гарион успел остановить девушку, та коснулась пальчиками его подбородка и дернула за волосы. Он сморщился и снова залился краской.

– Немедленно бриться, – твердо велела тетя Пол. Дерник молча спустился в кубрик и принес тазик, кусок грубого мыла, полотенце и осколок зеркала.

– Это несложно, Гарион, – заверил кузнец, расставляя принесенное на столе.

Вынув из привязанного к поясу мешочка бритву, он протянул ее Гариону:

– Только будь поосторожней, не порежься. Главное – не спешить.

– Не отхвати себе нос, – вмешался Хеттар. – Безносый человек выглядит очень странно.

Гарион продолжал бриться под хор советов и рекомендаций, но в конце концов все оказалось не так уж плохо. Кровь из многочисленных порезов довольно быстро остановилась, и если не считать того, что Гарион чувствовал себя так, будто с лица вместе со щетиной содрали кожу, результатами он остался вполне доволен.

– Так гораздо лучше, – изрекла тетя Пол.

– Он обязательно простудится, вот увидите, – предсказал Бэйрек.

– Немедленно замолчи, – велела тетя Пол.

Слева проплывало Найсанское побережье – унылая равнина, покрытая непонятной порослью, ползучими растениями, длинными седыми прядями мха, спутанной травой. Порывы ветра по временам доносили гнилостный запах болот.

Гарион и Се'Недра стояли на носу корабля, глядя на безрадостный пейзаж.

– Что это? – спросил Гарион, показывая на уродливые копошащиеся в грязи создания на коротких ножках.

– Крокодилы, – ответила принцесса.

– Что такое крокодилы?

– Большие ящерицы.

– Они опасны?

– Очень. Людей едят. Разве ты никогда о них не читал?

– Я не умею читать, – не задумываясь, ответил Гарион.

– Что?!

– Не умею читать. Некому было научить меня.

– Но это просто нелепо!

– Моей вины здесь нет! – защищался юноша.

Се'Недра задумчиво оглядела его. Девушка, казалось, побаивалась Гариона с тех пор, как тот испепелил Чемдара, и страх еще усугублялся сознанием того, что раньше она не очень-то хорошо с ним обращалась.

Сначала принцесса была уверена, что Гарион – всего-навсего слуга, и вела себя с ним соответственно, но теперь гордость мешала признать

свою ошибку.

Гарион почти слышал, как щелкают в мозгу девушки крохотные шестеренки.

– Хочешь я тебя научу? – предложила Се'Недра, явно пытаясь показать, что сожалеет о случившемся.

– Это займет много времени?

– Зависит от твоих способностей.

– Как думаешь, когда мы можем начать?

– У меня есть пара книжек, – нахмурилась Се'Недра, – но писать не на чем.

– Не знаю, нужно ли мне учиться еще и писать. По-моему, чтения вполне достаточно.

– Это одно и то же, глупыш, – засмеялась девушка.

– Я этого не знал, – слегка покраснев, признался Гарион. – Думал... – И, помедлив несколько минут, наконец понял:

– Я вообще-то совсем об этом не думал. Что нужно для письма?

– Лучше всего пергамент. И кусочек угля, чтобы можно было все стереть и написать заново.

– Пойду потолкую с Дерником, – решил Гарион. – Уж он-то что-нибудь сообразит.

Дерник предложил кусок парусины и обожженную палочку. Гарион и Се'Недра уселись рядышком в укромном уголке на носу и склонились над прибитым к палубе куском материи. Случайно подняв голову, Гарион заметил неподалеку тетю Пол, наблюдавшую за ними с непонятным выражением лица. Гарион тут же опустил глаза, изучая необычайно притягательные знаки на холсте.

Обучение продолжалось еще несколько дней. Пальцы у Гариона были от природы ловкие, и он быстро научился нехитрому искусству письма.

– Нет-нет! – воскликнула как-то Се'Недра. – Ты неверно написал слово, буквы совсем не те. Ведь тебя зовут «Гарион», а не «Белгарион»!

Гарион быстро вскинул голову. Тетя Пол стояла на своем обычном месте, не сводя с него глаз.

– Не смей управлять моими мыслями! – безмолвно возмутился он.

– Учись лучше, дорогой, – пропел беззвучный голос. – Любая наука полезна, а тебе многое еще предстоит узнать. Чем скорее ты поймешь это, тем лучше.

И, улыбнувшись, тетя Пол отошла. На следующий день корабль Грелдика достиг устья Змеиной реки, протекающей в Центральной Найссе, и матросы, спустив паруса, сели за весла, готовясь к долгому переходу вверх по течению, к Стисс Тору.

Глава 24

Чистого воздуха совсем не осталось – словно весь мир неожиданно превратился в огромный загнивший пруд со стоячей водой. У Змеиной реки были сотни рукавов, и каждый ручеек, извиваясь, медленно полз среди скользких, покрытых топкой грязью берегов, словно не желая влиться в беспокойные морские волны.