Вкус прошлого
Шрифт:
– Ты так уверен в них? – Хан откинулся в кресле и наблюдал за ним.
– Нет, конечно, – отчеканил Знахарь, наблюдая за мужчиной. – Не было времени проверять их, а теперь и не надо. Ребятки себя показали, если что, тянуть только их будут. Без вариантов. Ты же знаешь, как легко купить людей в наше время, стоит только показать пару зелёных, и все, дрессировка прошла успешно.
– Это хорошо, – Хан кивнул головой. Он был уверен, что те, о ком говорил Знахарь, его люди. Ловко же он обставил его. – Как твои дела с Шакалом?
– Решаем, Хан, – Знахарь налил себе выпить. – Пухляш как раз сейчас занимается этим. Эта мразь краев не знает. Совсем страх потерял. Считает, что наша земля это его, и что можно строить свои законы. Шакалёнок подбивает под себя торгашей,
– Знахарь, послушай, мне плевать на Шакала, не мне тебе объяснять. Но это моя земля, и никому не позволено творить беспредел. Так что решай вопрос сам. И вот держи, это тебе за твою работу,– он кивнул и около стола возник человек с кейсом. – Порадуй себя и пацанов. – Знахарь, кивнув, передал кейс Демьяну. – Да, в субботу хочу видеть тебя и твою зазнобу на ужин, ну и парней возьми. Отдохнуть всем надо.
Знахарь дёрнулся от услышанного. Он знал, что Хан вездесущ, и многое ему известно, но то, что он узнал про воробышка, чёрт, где он прокололся.
– Не смотри на меня, Знахарь, я же говорил тебе, что уши и глаза есть у всего. Я в курсе твоей гостьи. И как ты её оберегаешь. Поэтому и хочу увидеть твоё сокровище. Жду вас всех. И отговорок я не потерплю.
Сев в машину, он не проронил ни слова. Хан опережал его снова и снова. Он стукнул по рулю раз, а потом всё сильнее и сильнее, пока не почувствовал на плече руку Демьяна.
– Он всё знает, блядь. Он всё всегда знает. И снова он на шаг впереди, – щёлкнув зажигалкой, Знахарь затянулся сигаретой. – Он благородно пригласил нас отужинать с ним, и про маленькую не забыл, знает, сука, и про неё. Я устал, парни, играть и сопротивляться. Если он знает про Яну, то сложить уравнение, от кого она сбежала, ему не составит труда, – он ухмыльнулся, – Но он понял, что его ребята на комбинате взяты за яйца. Хотя бы это радует.
– Ты меня не слушаешь, – сказал Лёва. – Но я тебе уже говорил, что проблемы от этой пигалицы будут. Но нет, упрямый осёл. Теперь получай то, что есть. А Крис? Да не смотри ты так на меня. Мое мнение, что он причастен к её исчезновению, ведь не услышана тобой. А я просто уверен, где бы она ни была, там поруководил этот сморчок. Знахарь молча слушал друга. Да, Лёва говорил мало, но сказанное им всегда имело смысл. Да, про Кристину он был с ним согласен, только предъявить Хану, он ничего не мог, это были только домыслы, без доказательств. Как бы он не старался, какие бы планы не строил, Хан все ещё имел над ним власть.
– Ладно, Лева, ты прав, да прав, но маленькую я не отдам ему на растерзание. Никогда. Мы пойдем на этот ужин. А теперь на рынок, там Пухляш совсем зашивается. С нашими делами, наш толстячок совсем заработался, Шакал прессует по-чёрному, совсем обнаглел.
Рынок в городе Т* ничем не отличался от многих других провинциальных. Почти всю главную площадь занимали стройные ряды палаток. Железные каркасы, натянутые тонкой плащевкой зеленого или синего цвета. Независимо от времени года, ничего в обличии рынка не менялось. Если только ассортимент, где в зависимости от уровня продаж, можно было увидеть развивающиеся на ветру мужские или женские трусы, или кучу уродских манекенов в одинаковых шапках. Туда и сюда сновали тётки со своими тележками, предлагая всем желающим чай, кофе, пирожки. Вкус и запах пирожков не даст о себе забыть как минимум дня два. В центральной части стояло двухэтажное здание, ещё со времен революции, с потрескаными стенами, и практически вываливающимися окнами. Именно здесь и устроили себе офис Знахарь и Пухляш. Место не обжитое, но фартовое. Пухляш уже столько перспектив ему нарисовал, что иногда Знахарь думал, что не зря он ест так много, все-таки была польза. Рынок встретил их суетой. Несмотря на будний день, народу было не протолкнуться. Оставив машину, Знахарь решил пройтись между рядами. Продавцы, завидев троицу, немного растерялись. Давно уже Знахарь не расхаживал по рынку и не разговаривал с продавцами. Проходя по рядам, он заметил его. То, что может порадовать его маленькую. На одном
– Марусь, привет, – позвал он продавца. – Покажи мне платье черное. Такого, видавшая виды продавщица со стажем не помнила, чтобы сам хозяин обратился к ней по имени. Растолкав своих товарок, она метнулась к манекену. Знахарь, осмотрев вещь, утвердительно кивнул и протянул ей пару купюр. Продавец попыталась отказаться, но Знахарь никогда не пользовался своим положением, и достав ещё столько же, добавил:
– Я к себе, а ты покидай там ещё чего-нибудь, ну короче, гардероб обновить надо. А размер? – со спины он услышал смешки Демьяна. – Крис мою помнишь, вот такой же. Кивнув продавцу на офис, они направились прямо туда. Подойдя к зданию, Знахарь сразу почувствовал неладное, и доставая волыну из-за пояса, махнул Демьяну и Лёве. В отличие от друзей, Лёва после боевых точек, зарёкся пользоваться холодным оружием. Теперь его напарником была бита. Быстро оценив ситуацию, он достал её из-под куртки и первым зашёл в тёмный подъезд. Демьян и Знахарь услышали только ругань и первые удары. Ворвавшись на этаж, они увидели друга в окружение троих. Лёва стоял и ждал. Одного вздоха или шага было достаточно, чтобы он бросился как зверь на свою добычу. Несколько секунд и все трое лежали около его ног. Знахарь молча показав наверх, первым забежал по лестнице. Пухляш сидел на стуле, а двое приспешников Шакала стояли около него. По виду друга, и кровоподтёкам на его лице, было понятно, что друга застали врасплох, и он не успел подготовиться. Прицелившись, Знахарь первым выстрелил одному в ногу, второго обездвижил Демьян. Пнув сначала одного, а потом второго, Знахарь подошел к Пухляшу:
– Вот ведь знал всегда, что тебя нельзя оставлять одного! – Он подошёл к другу и протянул ему руку. – Давай рассказывай, что у тебя здесь случилось. И вот ещё что, Демьян, надо избавиться от этого мусора. Без шума, этих выбросить у кабака, где тусуется Шакал, а тех двоих к его дому. И предупредите, что так будет с каждым, кто сунется к нам в будущем.
– Знахарь, сам не ожидал, сидел с бумагами работал, – начал Пухляш, – а тут эти придурки заскочили и сразу по морде. Суки, кажется, мне нос сломали. Чёрт, Знахарь, совсем Шакал оборзел, если сейчас ничего не предпринять, войне не миновать. Только всё устаканилось ведь.
– Хорош ныть, без тебя знаю, что надо порешать всё с ним. Давай дуй в больничку. Я сейчас тоже домой. Хан сказал, что теперь руки у нас развязаны, так что разборки с Шакалом дело времени. Ну, вперед!
Перебирая бумаги на столе, Знахарь, думал, что Пухляш прав. Если не утихомирить Шакала, войны не избежать. И видимо слово Хана для него не закон. Пока он рылся в голове с мыслями, в дверь постучали, дернувшись сначала за пистолет, он опустил руку, когда в дверях он увидел Маруську с пакетами.
– Знахарь, я извиняюсь. Всё принесла. Я там добавила сверху, денег твоих хватило. На столе перед ним оказалось три пакета с одеждой и обувью для маленькой.
– Спасибо, Марусь! Выручила.
– Да что вы! Ты ж наш кормилец, ну чего это я, побегу, – и исчезла за дверью. Схватив пакеты, он решил, что на сегодня с него хватит. Лучше он побудет со своим воробышком, порадует её. О том, как она отреагирует, что в выходной ей придётся выйти из своего убежища, думать пока не хотелось.
9
Многие в прошлой жизни Яны говорили, что хотели бы оказаться на ее месте. Только вот она одна знала, что такой участи она не пожелала бы даже врагам. И сегодня, вот так чужой одежде, в доме человека, которого она знала пару месяцев, она была счастливее и спокойнее. Она перестала бояться Игоря, хотя он действительно Знахарь, ему это больше подходит. Она верила ему, особенно после утреннего разговора. Скрипнула входная калитка, потом послышались шаги по веранде. Яна, подумав, что мужчина вернулся раньше времени, стремглав спустилась с лестницы. Но перед ней стоял доктор, Михалыч, кажется.