Вкус «лимона»

Головня Леонид

– Пополам с того, что соберешь. Учти, с наличными люди трудно расстаются. Будешь брать чеки и обналичивать. Возьми, – она протянул листки. – Бумага тебе от фирмы, как компаньону, и форма расписки, которую оставляешь при получении чека.

– Что за телефон на расписке?

– У меня домик под Детройтом. Успела обзавестись. Там автоответчик сейчас. Переделай фамилию на свою и размножь. Закажи визитки, вот такие, – протянула свою. – Учти, врачи загородились секретаршами. Секретарши ничего не решают. Каждый раз надо выдумывать что-то – когда на прием записаться,

когда рекомендацию от кого-то принести.

Коля перелистал глянцевый журнал.

– Все на сегодня. Едем «в свет», – сказала она, поднимаясь. – По дороге обсудим. Ты машину водишь?

– Вожу. Права у меня, правда, российские.

– Сядешь за руль, мне на каблуках трудно.

На заднем сиденье «Тойоты» лежали килограммы каталогов по фототехнике.

– Куда мы едем? – спросил Коля, выкатывая машину из подземной стоянки.

– К некоему Владу. Сейчас двигай на север, там прямую дорогу возьмем. Дальше покажу. Влад когда-то в Бруклине рояли полировал. Потом вместе с отцом они организовали семейную фирму «Отец и сын» и поставляли в Россию пищевые добавки. Я им рекламу делала. У Влада есть одна слабинка. Неравнодушен к любой технике. Хочу расколоть на роскошную фотокамеру. В счет расчетов как бы. Твоя задача отвлечь от него отца. Он, как услышит цену, испортит мне дело.

Покинув Нью-Йорк, «Тойота» неслась по скоростному шоссе.

Мыльникова наклонилась с лобовому стеклу, считая выезды:

– Следующий – наш. Держись правее.

После поворота замелькал стынущий безлистный лес. Коля крутил руль, постоянно поворачивая то вправо, то влево. Снега не было, среди сухой травы поблескивали полузамерзшие лужицы болот.

Трехэтажный дом обнаружился на пригорке, над лесной речкой за площадкой, сплошь уставленной автомобилями. Дом был новый, местами доделывался – одно окно залеплено пленкой. Внутри по стенам висели заготовки скрипичных и гитарных дек, колки со струнами и хитрые зажимы для склеивания различных деталей. Стены отливали желтизной полированного живого дерева.

Гости набились всюду. Пожилые и молодые, расфранченные по последней моде и одетые в домашние свитера и кофты, смеющиеся и занятые серьезным разговором. Они сидели за столом в большой столовой, в плетеных креслах на застекленной террасе, ходили по лестнице, танцевали в гостиной. Гул голосов, шум посуды, оглушительные децибелы музыки.

– Познакомься, Николай, папа Влада, – сказала Лина, педалируя слово «папа».

– Алик, – представился папа, одетый в белую рубаху старик.

– Где хозяйка, Алик? – спросила Лина.

– Надя у гриля с тарелкой шашлыков. Видишь?

Его тут же отвлек подросток, который требовал коку.

Лина повела Колю по комнатам, обозначая ориентиры в гуще людского беспорядка.

– Видишь вон, справа, художник Абдурахманов. Изумительной красоты сюжеты режет по витражным стеклам. Рядом с ним – экстрасенс Максимов. За столом в углу известный педиатр, – указывала, перечисляла она, по мере того как они продвигались по дому.

С ней здоровались, целовали ручку, задавали вопросы по непонятным для Коли темам, оценивали его любопытными взглядами.

Она долго обнималась с тремя девчушками в азиатских цветастых платьицах, рассказывающих о том, что папа повезет их к настоящим индейцам. Смуглый отец девочек, сидящий вдали за столом, приветствовал Лину и Мавроди рукой.

Мыльникова отвлекла Колин взгляд в сторону:

– Вон Паша – владелец газеты. Фаина – менеджер похоронного дома. Рядом – Моня, бензинных дел волшебник. Каждый, кто делает деньги, рано или поздно заказывает рекламу. Наша задача взять их. Там, обрати внимание, но не смотри долго… Видишь бородатого мужика, волосы хвостиком? «Дьяволом финансовой халявы» прозвали, владелец кинотеатра, Батюшкин. Запомни его. Нам придется с ним на днях познакомиться.

Коля увидел квадратного человека в фиолетовом пиджаке, розовой рубашке с ярким галстуком. «Дьявол» улыбался низкорослому человеку в очках.

– Рядом с ним богатейший врач, владелец мраморных офисов и лабораторий, – пояснила она, повернулась и заговорила с пожилым, коротко стриженным седым мужчиной: – Борис! Вам есть смысл не гнать тираж сюда, а реализовать в Средней Азии. Там интерес сумасшедший. Быстрые деньги! У меня связи.

– Как ты тираж из Одессы заберешь? – спросил тот, приветствуя Колю и наливая ему в рюмку коньяк.

Лина показала взглядом на отца Влада, севшего за стол, и вернулась к разговору с владельцем тиража.

– Для авиалиний – не проблема. Один звонок, – уверила она стриженого.

– Попробуй, – согласился тот.

Коля выпил коньяк и отошел. Гости сгрудились за столом.

– Мэри Кристмас! – зазвенели бокалы.

Снова шум, гомон. Народ сортировался по интересам.

– Сухогрузы берут пять человек пассажиров. – Коля говорил прямо в ухо отцу хозяина дома. – Нигде поездки не рекламируются, а условия для круиза – люкс: бассейн, просмотровый зал, можно автомобиль на палубу поставить и выезжать в города разных стран.

– Хорошая идея! Мы с женой искали что-нибудь не обременительное для отдыха. Спасибо. Устал я сегодня, пошел спать, – сказал старик, поднялся и освободил Колю от тяжелой обязанности.

Заговорил сосед по столу:

– Рекламой занимаетесь?

– Да, – ответил Коля и обратил на него заинтересованный взор.

– Мне, знаете, реклама не нужна. – Он подлил Коле водки. – Вы бы видели, сколько детей у меня галдит в приемной! Уши затыкаем.

С Колей чокались, перебрасывались репликами. Он отвечал, пил и с голодухи пробовал блюдо за блюдом. Почувствовав, что живот давит и мешает сидеть, Коля встал и пошел на музыку.

На невысокой сценке молотила по инструментам группа, ублажая скопившуюся молодежь. Коля постоял немного, блуждая нетвердым взглядом по лицам, шеям, бюстам, ногам раскрасневшихся женщин, и побрел по дому, заглядывая в разные уголки, ища «свою половину». У выхода, на плетеном диванчике, целовалась парочка. На террасе, освещенной лунным светом, у самого стекла сидела дама в странном одеянии. Плечи и грудь закрывала накидка из белых перьев. Глядя на луну, она читала вслух стихи на непонятном языке.