Визитёрша
Шрифт:
— Я так понимаю, что у твоего отца было очень хорошее образование… как он мог не заметить?
— Думаю, он бы заметил, если бы встретил эти строки хоть раз.
— Тогда как? Зэт учил меня не эпосу? — предположила я.
— Скорее всего он учил тебя той версии, которую мой отец не видел, — вздохнул Тимер. — Самые древние копии с эпоса хранятся в Бритории, а в империю попали только версии адаптированные под современный язык. Насколько я помню, самой старой не больше двух сотен лет.
— Значит,
— Нужно убедиться, но… нет. Не найдём.
Я никогда не видела замка короля в своём мире, потому сравнивать мне было не с чем, но я представляла это место иначе. Невысокое, но очень широкое трёхэтажное здание, сложенное из огромных неотёсанных камней, выглядело не только небогато, но и мрачно. Единственное что говорило о власти и состоянии хозяина — это габариты. Замок был по истине огромным, а еще серым и каким-то зловещим.
— С внешней стороны дворца живут только стражники и прислуга. Попасть в императорскую часть можно только со внутреннего двора, — сказав мне это, Тимер выглянул в окно кареты, приветствуя стражников.
Мы проехали сквозь проезд, пронизывающий здание насквозь и оказались на огромной площади, которая одновременно являлась внутренним двором императорского замка. Здесь был парк, площадь с трибуной, и еще, недалеко от того места где остановилась наша карета, стояли клетки с разнообразнейшими животными и птицами. Я хотела взглянуть на них, и собиралась окликнуть Тимера, который первым вышел из кареты.
— Не сейчас, — произнёс он, угадав, о чем я собиралась заговорить. Протянув ко мне руки, Тимер помог спуститься на землю. — Сначала библиотека, а потом зверинец, парк, фонтаны — что захочешь. Можем даже Холида прогулять.
— И за что ты так добр ко мне сегодня? — улыбнулась я.
— Не прибедняйся, — хмыкнул он, и взяв за локоть повёл за собой.
— Хм, — я проводила его жест удивлённым взглядом, но Тимер этого не заметил. — Мне так не удобно, — попыталась обратила его внимание.
— Как? — удивился Тимер.
— Давай или за руки пойдём или я сама. Мне не нравится, когда меня тащат за локоть.
Тимер удивлённо моргнул.
— Я не тащу, я веду, как того требуют манеры. Как приличная незамужняя девушка ты не должна ходить в подобном месте с мужчиной за руку.
— То есть там на севере, ты водил меня перед всеми за руку как неприличную девушку? — возмутилась я.
— Там ты была моей любовницей из Карелии, я следовал нашей легенде, — Тимер тихо засмеялся.
Не скажу, что этот ответ меня порадовал.
— А сейчас, когда мы гуляем по городу?
— При неформальном общении это не так важно, но при дворе регламент иной. Так что — терпим, — последнее слово он шепнул мне на ухо и улыбнулся.
— Я
— Привыкнешь, — смотря только вперёд и кивая стражника, ответил Тимер. Я им кивать не стала, вдруг приличным девушкам не положено? Правда от того, чтобы с любопытством посмотреть в их сторону, не удержалась. Нужно отметить, они с еще большим интересом смотрели в мою.
Мы прошли через площадь и подошли к одному из входов в здание. Здесь на такой же мрачной серой стене красовалась огромная двустворчатая дверь из ярко рыжего дерева. Миновав охрану, которая пробубнив: «Советник», склонила голову, мы зашли во внутрь.
Пройдя небольшой тамбур, мы сразу очутились в огромном читательской зале. Я не ожидала что библиотека обнаружится так быстро, поэтому удивлённо оглядывалась по сторонам, пока Тимер объяснял склонившим голову девушкам что именно, он хочет найти.
— Советник, — к нам подошел мужчина в синем, почти черном, камзоле. Он тоже склонил голову в приветствии.
— Главный над библиотекой, — Тимер ответил тем же жестом.
Они начали обсуждать возраст самой старой из имеющихся в архиве копий эпоса, но я их не слушала. Увидев на стене огромную, десять на десять шагов, карту, я смотрела только на неё.
— Работа твоего отца. Сходи, посмотри, — тихо произнёс Тимер и отпустил. Он с незнакомым мне мужчиной направились к стеллажам, а я, словно под гипнозом, шла к карте.
Она была невероятной. На рыжей, как и моя, ткани, Рэйхард вышил карту использовав всего четыре цвета, но то, что у него получилось, выглядело живым. Казалось я могу погрузить пальцы в реку, по которой мы с Тимером поднимались к Залу Голосов Предков, а смотря на горные пики я едва не ёжилась от холода, ведь они выглядели ледяными.
Водя пальцами по стежкам, я как завороженная представляла, как он, мужчина чей светящийся образ я видела в Зале Голосов, вкладывал в них свои знания. Не просто рисовал контур карты, а вкладывал свои ощущения от мест, в которых побывал.
«Вот здесь сухо, и тяжело дышать» — понимала я, проводя пальцами по месту, в котором никогда не бывала. А вот место, где живут каторжники — в его глазах оно красивое и враждебное одновременно. Не спокойное. Я придвинула лестницу и, поднявшись на несколько ступеней, коснулась столицы — ему здесь нравилось. Я чувствовала его привязанность, но не любовь. Больше нравилось что-то другое. Спустившись по лестнице вниз, я повела пальцем по ткани, идя на северо-запад. Там, возле озера, затянутого вечным льдом, и хвойного леса я и остановилась. Вот это то место, которое любил мой отец. Здесь он был счастлив. Каким-то невероятным образом, я совершенно точно знала об этом.