Визитёрша
Шрифт:
— Не уверен, что ты пережила бы направленный перенос, Норэна. Вероятнее — утонула.
— Я бы рискнула, — упрямо заявила мама.
Я окинула её удивлённым взглядом. Представить нашу встречу с Тимером при участии моей мамы… было затруднительно.
— Кто это был? Унгорт? Его сын? Кто из них? — мама нервно переплела в косу свои светлые волосы.
— Ты знала Унгорта? — теперь я окончательно растерялась.
— Нет, но твой отец рассказывал, кому дал клятву. Как я понимаю, только им двоим выгодно забрать тебя. Так кто это был?
— Унгорт давно мёртв. Это был его
— Подонок, — практически выплюнула мама и подскочив с кровати, начала мерять шагами комнату.
— Норэна, — с упрёком произнёс директор. Лорд Вирэль, в отличие от нас с мамой принадлежал к кругу высокородных. У них было непринято выражаться таким образом в присутствии женщин, тем более девушек.
Мама нахмурилась, но не ответила. Подойдя к окну, она остановилась, смотря на потемневшее небо.
— Ты говорила, мой отец был обычным путником, — с упрёком произнесла я.
— Он и был. Пусть не совсем обычным, но путником.
— Как ты могла?
— Лирэ, позволь я объясню? — вступился лорд Вирэль. Не смотря на вопросительный тон, я знала, что выслушать мне придётся, ведь он не спрашивал на самом деле, а ставил перед фактом.
Скрестив руки на груди, я приготовилась слушать.
— Твой отец оказался здесь случайно. Он не должен был попасть в этот мир, он даже не знал, что это место является другим миром.
— Не понимаю, — покачала головой я.
— Ему снились сны: река, портовый город, твоя мать. Снились несколько месяцев. Рейхард искал способ выяснить природу этих видений. Он экспериментировал с зельями, сохраняющими трезвыми разум во время сновидений. Однажды, ему удалось управлять собственными ногами, и пройтись по городу, — директор размял мышцы рук. Вид у него был усталый. — Но он захотел больше и увеличил дозу, — продолжил он, после небольшой паузы. — Как его перебросило в этот мир, мы так и не поняли, но в ходе опытов и экспериментов, одно стало очевидно — чем больше человек знает про другой мир, чем больше с ним связан, тем легче его переместить… — директор кинул взгляд на стоящую у окна маму, которая теперь выглядела расстроенной и вздохнул. — Мы надеялись, заблокировать возможные попытки переноса, оградив тебя от любых знаний о том мире и о тех людях.
Он говорил о привязках. Тимер объяснял, что из-за их отсутствия меня было крайне сложно перенести в его мир.
— Вы знали о клятве, но мешали её исполнению? Клятву крови нельзя просто проигнорировать. Вы понимаете, что она убьёт меня?
— Я блокировал её, — сказал лорд Вирэль.
— Блокировали? — удивилась я. — Почему вы так уверены в этом?
— Я всё время брал пробу твоей энергии, ты помнишь это, — продолжил он. — Я изучал её, особенно тот спектр, что нашему миру несвойственен. Кто не знает, что искать, его и не найдёт, но мы с твоим отцом потратили немало времени ища физическую форму магии крови. Мы нашли этот спектр в энергии Рэйхарда, но, к сожалению, сравнить его интенсивность было не с чем. Ни я ни твой отец не могли знать, что у него родился ребёнок и что его здоровье точат две клятвы одновременно. Когда он умер, а я нашел тебя, то
— Не уверена, что ваша блокировка вообще работала, — я покачала головой. — Мне сказали, что я переносилась в мир отца. Меня видели спящей в комнате Тимера Карделя и не раз.
— Этого не может быть, — выдохнула мама и снова села рядом со мной. — Ты видела сны, как отец?
— Нет, — ответила я, тихо. — Даже не замечала, что что-то происходит.
— Блок много раз слетал, — ответил директор, поджав губы. — По всей видимости, в такие моменты клятва крови переносила тебя, как раньше переносила Рэйхарда.
— Зачем вы вообще ставили блок, если он так ненадёжен? — непонимающе спросила я.
— Клятву практически невозможно исполнить, — с горечью произнесла мама, и сжала мою руку. — У нас больше шансов закрыть тебя от этой магии, чем у тебя пройти лабиринт.
— Вы не можете этого знать, — покачала головой я. — Кровная магия непредсказуема. Тимер говорит, что в их мире с ней не могут совладать уже сотни лет, как ни пытаются.
— Тимер может говорить что угодно. Особенно, если ему это выгодно, — отметила мама. Она внимательно смотрела на меня, даже изучающе.
Мне стало ужасно неприятно. Тимер не заслуживал подобного отношения, тем более что он относился к своим теориям и словам крайне аккуратно и считал нужным их предварительно проверять. Даже когда не могло быть сомнений в том, чья я дочь, Тимер искал подтверждений в зале Голосов.
— Ты не знаешь его мама и явно делаешь неправильные выводы, — понизив голос, так как эта тема не предназначалась ушам директора, ответила я. — Тимер не стал бы говорить мне что угодно. Только то, во что сам безоговорочно верит.
Лорд Вирэль прочистил горло, а я отвернулась от мамы и посмотрела на него.
— Я доработал формулу и завтра поставим блок снова, — сказал директор.
— Нет, — уверено ответила я, и похлопала маму по похолодевшим пальцам, — Я не буду блокировать кровную магию.
— Что? — выдохнула мама.
— Даже если это возможно — я не хочу, — ответила я, отведя взгляд в сторону. Перед глазами стоял Тимер: злой, бледный, с колючей щетиной и таким же колючим взглядом. И думая о нём, я точно знала — как бы мы ни простились, это ничего не меняет. Я любила его, пусть даже он в это не верил.
— Лирэ… — заговорил директор, но я перебила его с несвойственной мне настойчивостью.
— Будет лучше, если всё останется так, как есть, — с нажимом, произнесла я. Дальше объяснять не стала. Ведь их не волновало, что защитив меня, они разорвут нашу связь, и дни Тимера будут сочтены. А этого я допустить не могла.
— Лирэ, я не знаю, что тебе говорил тот человек… — начала мама.
— Я устала. Давно не спала, — пожаловалась я, обняв её. — Давай потом поговорим?
Мама нахмурилась, явно недовольная моим заявлением, но материнское желание опекать свою дочь победило — она решила для начала дать мне отдохнуть.