Визитер
Шрифт:
— Ну, у нас были постояльцы и побеспокойней, — ухмыльнулся Эйно. — Например, ее бывший… как это теперь называется, бой-френд.
— Ну, он-то, по крайней мере, знал, что, как и почему. И прав не качал, — возразила Настя. — И не вредничал — по крайней мере, здесь.
— Да что вы знаете о вредничаньи ?! — проходивший мимо их столика парень самой что ни на есть бандитской наружности остановился около Эйно. Судя по всему, он хотел заказать вторую порцию ростбифа. Даже при его немаленьких размерах это было как-то чересчур.
— Ешь ты, как волк, вот в чем твоя вредность. —
— Я за него, — осклабился парень, и в его ухмылке и в самом деле прорезалось нечто волчье. — Не придет сегодня Димон. Заболел…
— Чего? — Эд слегка подался вперед. — Чтобы кто– то из вас — да заболел?
— Ага, — подтвердил волколак. — От хорошей жизни… его отравить хотели! И меня…
— Что-о?!
— А вот то! — Волколак, которого звали не иначе как Серым, вытащил из-под куртки какой-то округлый черный предмет, который оказался ничем иным, как подобием африканской маски.
— Ну и пакость! — сморщился Эйно, глядя на эту штуку. — И откуда оно у тебя?
История, рассказанная парнем с волчьей внешностью и волчьими же манерами, оказалась трагикомичной.
Все началось с того, что Димон, то есть, его брат– близнец, позвонил их однокласснице, с которой не виделся, наверное, года два. В компании, которая образовалась примерно классе в десятом, он (хотя оба брата уже тогда выглядели начинающими гангстерами) считался кем-то вроде слабенького экстрасенса. В основном эти способности были предметом шуток, хотя прозвище «братцы Кашпировские» едва не приклеилось к Серому и Димону.
Но было это давно — и почти что неправда. И уж никто из бывших одноклассников не знал, кто учился с ними на самом деле. Узнали бы — пожалуй, перепугались бы не на шутку.
Так или иначе, Серый позвонил, совершенно случайно вспомнив про день рождения Инны. И после обычных «привет, ну как там твое ничего? » выяснилось, что дела у подруги юности идут плохо, и очень. Притом — по всем направлениям.
На работе — сплошные неприятности, фирма не платит денег уже третий месяц. «Может, приехать и потолковать с ними… по душам?» — задумчиво проговорил в трубку Серый — ему иногда приходилось выполнять и такие поручения, притом — по линии О.С.Б. Для этого было даже необязательно перевоплощаться в «запредельный» облик. «Нет, что ты, что ты, Сережа…» — в ужасе воскликнула Инна, после чего продолжила перечисление неприятностей. Муж — запил. У ребенка — сплошные тройки в табеле. Да еще и со здоровьем нелады. А денег на лечение нет…
«Знаешь, я вот что думаю. Тут с полгода назад мне подарили африканскую маску. Вот как-то так оно пошло с тех пор. Если бы ты заглянул. Можешь — вместе с братом. Он как?»
«Он — нормально. Если день рождения отмечаешь — заскочим…»
«Ладно. Там моя тетушка чего-нибудь приготовит…»
Если бы Серый с Димоном хорошенько подумали, то наверняка приняли бы некоторые меры, чтобы стол был не таким уж скромным. Но — не случилось. Второй брат был предупрежден слишком поздно, как раз перед выходным поломалась одна из их машин — а никакой автосервис помочь автомобилю
И то, что на день рождения они прибыли налегке, и стало фатальной ошибкой. В пригородном деревянном доме, где жила Ирина, праздничной еды не водилось. Но поняли это слишком поздно.
С неприятностью разобрались на удивление быстро. Серый повертел в руках маску, заодно определив: во– первых, длинная черная маска с прорезями для глаз изготовлена вовсе не в Африке, а, в лучшем случае, где-нибудь в Китае. Во-вторых, на нее наведена какая-то порча — мелкая, гадкая и отвратительная.
— Дай-ка мне эту штуку, — попросил он. — Разберемся.
Инна с некоторым сомнением отдала маску.
Способности к магии у братьев и впрямь были слабыми. Они могли ходить через Предел, могли принимать свой облик — но вот в таких искусствах, как снятие порчи или отведение глаз, не преуспевали. Оно и понятно: магия — это не некая единая наука, это, скорее, курс наук. Как школьники к определенному классу делятся на будущих «гуманитариев» и «физиков», подразделяются и маги. И редко кто-то может преуспевать по всем предметам сразу.
Тем временем, Серый и Димон дожидались, пока их позовут за стол. Инниного мужа не было, что, пожалуй, и к лучшему — по крайней мере, для него.
Честно говоря, они рассчитывали на небогатый, но вполне сносный обед. Хотя бы с каким-то подобием мяса.
Увы, тут-то оно все и случилось. Та самая тетушка, оказавшаяся дамой весьма среднего возраста и не слишком приятной внешности, торжественно внесла в гостиную огромную кастрюлю риса — клейкого и отвратительного даже на вид.
Блюдом номер два стал салат со снедью и прочими майскими травками, приготовленными все той же тетушкой.
Был подан и чай — жидкий до белесоватости.
Если бы Серый и Димон были хорошими психологами, они бы заметили и еще кое-что — Ира при появлении замечательной родственницы сделалась слишком мрачной и угрюмой. Но и это они заметили не сразу. Гораздо больше их занимала мерзкая перспектива есть этот рис.
— А может, мяса прикупить? — наконец, не выдержал Димон. — Мы без проблем, у вас там на станции торговая точка.
— В нашем доме есть мясо не принято! — не терпящим возражений тоном сообщила старуха. — Это нельзя — божьих тварей в пищу потреблять!
— А божьи растения, стало быть, можно, — угрюмо пробурчал Серый, давясь рисом со снытью. «Добрая тетушка» сделала вид, что не расслышала.
И несколько раз она порывалась завести с молодыми людьми «душеспасительную беседу». То начинала говорить о Боге и Писании, то вкрадчиво расспрашивала, где они работают.
Под конец Серый не выдержал, и на очередной вопрос весело ответил:
В бригаде, бабушка, стало быть, в натуре!
«Бабушка» слегка оторопела.
— Ну, э… на стройке в бригаде, да? — спросила вконец смутившись, Инна.