Vivuszero

Таттар Илья

Через час, я уже начал слышать бас Стоуна, обещавшего мне сделать, что-то нехорошее, когда я спущусь. Вот прошли последние метры, веревка обожгла открытый участок ладони, и я ступил подкашивающимися ногами на крышу контейнера. Вроде бы и не так уж высоко, но вымотался я изрядно.

Стоун не поленившийся и залезть по такому случаю на контейнер, хлопнув меня по плечу и сказал:

– Ну ты русский даешь! Что-нибудь нашел! У меня даже шея затекла смотреть на твой героический подвиг. Не делай его бессмысленным!

Переведя дух, я выпалил:

– Да после, где Хошемин?

– Какой Хошемин! –Стоун

непонимающе на меня посмотрел, - Ты сейчас про кого?

По спине прошла холодная волна и ударила в основания черепа, но я повторил для надежности, понимая, что мои вопросы мне не помогут:

– Ну Хошемин! Такой ускоглазый, который с нами был. Он убил одно из ребят Филина. Не дури!

Стоун почесал затылок и посмотрел на меня пристальным, жалеющим, взглядом, каким ставят диагноз умалишённым:

– Какой Хошемин, Русский? Нас было семеро здесь на точке. Так и привезли, четверых сожрали внизу, Борг и Морган отдыхают. Все! Что там с тобой наверху случилось, уж не поехали ли крыша. Ты давай пока не поздно колись? А то мы с Африкой тебя свяжем и положим рядом с Морганом.

Я отвернулся и сел на краю контейнера. Мысли путались в голове, стараясь найти правильное объяснение. Еще пару часов назад Хошемин был здесь и я с ним говорил. Он точно находился рядом со мной этой ночью.

 - Он стрелял, спас нас, заметив Филина и компанию. – шептал я самому себе. На секунду появилась даже мысль, что Стоун не далек от истины, и с моей головой что-то не так. Но Хошемин, был, точно был. И пуль управления существовал, и мне удалось побывать внутри башни. Нащупав дорогой сердцу блокнот, я открыл его на нужной странице и увидел каракули быстрых зарисовок карты, с треугольниками. Сзади нависал Стоун, я чувствовал, что он тоже смотрит в блокнот.

– Да, если мне не изменяет память, то у тебя таких схем не было. А так как у нас пропала связь с Вавилоном, то это наводит на мысли, что ты что-то откапал, будучи там наверху. Не поделишься? – послышалось сзади.

Я повернулся. Стоун стоял сзади, скорчив лицо в своей фирменной кривой улыбке. Так выходило, что из всех более менее понятных и близких людей на Вивусе остался он один. Голова плавилась и я начал рассказывать, о том, что случилось за последнее время, о башне и призраке Хошемина.

Стоун молча воспринял мои объяснения о том, что я попал внутрь башни и видел карту, части территории Вивуса. Но вот истории с Хошемином, выказал решительное сопротивление, сказав, что он все чудесно помнит, с первого, до последнего момента и с головой, скорей всего проблемы у меня, так как в башне побывать пришлось именно мне. Мы слезли и начали искать следы пребывания еще одного человека. Все запасы, оружие, патроны не пропали, но их и так выдали не на всех. Естественно, восьмой винтовки Хошемина не было, как не было и его спальника. Не осталось от него и никаких личных вещей.

Африка также был не на моей стороне. Великан выдал немногословный рассказ о том, что происходило с момента нашего прибытия. Хошемина, по его словам, с нами не было. Только семь человек, включая оборванцев и новенького.

Голова раскалывалась от навалившегося. Так бывает, ты знаешь, что прав и видел это, но вот доказать кому-то обратное нельзя и все смотрят на тебя, как на идиота. Хотелось поверить,

что Хошемин мне привиделся. Было страшно даже подумать, кем являлся этот неприметный человек. Наконец я вспомнил про патроны.

Мы с Хошемином выстрелили по разу. Три раза стрелял Африка, пока демонстрировал перестрелку с Филином. Неужели он и здесь не прокололся. Я отсоединил обойму от своей винтовки и с замиранием сердца отвел затвор. Стоун скептически смотрел на мои действия.

 Девять патронов, все правильно стрелял я один раз и попал. Теперь я взял остальные винтовки. Оружие оборванцев, так и осталось не снаряженным. В их арсенале имелось кое что и получше. У Африки в винтовке не было трех патронов. Ствол его винтовки был без нагара, оружие он не чистил, в чем сам и признался. Стоун не стрелял вообще. Заинтересовавшийся Стоун разворошил ленты с патронами. Не хватало четырех патронов. Я торжествующе посмотрел на него.

– Кто стрелял третий раз. И кто убил того оборванца, что стоял у контейнера?

Стоун стал серьезней. Память ответа на этот вопрос не дала. На выручку пришел Африка, смущенно сказавший:

– Я сломал ему шею, пока он в тебя палил. Точно помню. И три раза Африка стрелял в сторону.

Стоун развел руками, вот мол: « Не получилось у тебя Артем, поиграть в детектива?» Но какие-то сомнения закрались и в его каменную голову.

– Хорошо!- сказал я, пытаясь успокоиться, - Африка убил этого злодея. И расстрелял патроны в сторону. Тогда с какого на контейнере наших убийц появилась свежие след от пули. Я стрелял в киллера рядом с обрывом.
– на одной из сторон из контейнера виднелся касательный след рикошета.

– Африка не брал! У Африки свое есть? – наивно сказал великан, вытаскивая обоймы из объемистых карманов. – Все здесь, уже считали!

Стоун помялся, сморщился и нехотя признал:

– Хорошо Русский, пусть будет по твоему. Есть вмятина на паршивом, старом контейнере. Ты нашел чем нас удивить. Ты не признаешь, что твоя пуля не могла туда попасть. Какое это имеет, к рассказам о неком узкоглазом. Ты его помнишь, а мы с Африкой нет. Хочешь сказать, что нам промыли мозги. Но мне кажется это ты был в башне и принёс карту! Если кому-то и забрались в голову, то первый кандидат – это ты! И последнее, если не помнишь, то ты разрядил целый рожек по контейнерам. – в голос е Стоуна чувствовалась уверенность.

– Значит так! – вскипятился я, - Этот ускоглазый пристрелил из винтовки одного оборванца. А у нас стреляли, только две винтовки. Это легко проверить по нагару. Даже у филиновских оборванцев стволы блестят. А теперь подумайте, как два таких громилы, как вы вылезли из контейнера разом, и умудрились уделать двух типов с пистолетами. Да так что те даже не дернулись.

Я отвернулся, взял пару пистолетов из ящика, вручил их Стоуну и продолжил:

– Из этих пушек не стреляли! Я конечно вас уважаю, но сейчас вы гоните. Из контейнера вдвоем выйти нельзя, тем более таким рамам как вы. – я сам чувствовал как мои доказательства рассыпаются в пыль. Всё выходило гладко. Я убиваю из винтовки оборванца, самого главаря хватает Стоуна, а пока оставшийся киллер лупит по ящику, Африка ломает ему шею. Меня оставили на время, дав собраться с мыслями. Теория заговора рассыпалась.