Вивея
Шрифт:
Позже, когда мы с Арчи уже были у дверей, я неожиданно остановилась:
— Арчи, не дашь мне минутку?
Хант посмотрел на меня и, не знаю что увидел, но без вопросов кивнул:
— Конечно. Я подожду здесь. Не торопись. — В доказательство своих слов парень прислонился спиной к двери и достал фотоаппарат, снова что-то смотря на экране.
Я развернулась и быстро прошла по проходу к пастору:
— Простите…
— Да?
— Скажите… — Я не знала, как правильно задать вопрос, с чего начать? И что мне сказать, если в голову упорно лезла фраза из глупых фильмов: «святой
И снова взгляд глаз цвета хвои проницательно посмотрел в мое лицо:
— Бог прощает только тех своих детей, кто искренне хочет быть прощен. Если они приходят с покаянием и просят о прощении.
Я нахмурилась, а пастырь неожиданно улыбнулся, совсем, как юноша. Он протянул руку с четками и дотронулся пальцами до моего лба. Я решила было, что он хочет освятить меня крестом или что-то подобное, но мужчина просто разгладил морщины напряжения на моем лбу:
— Все в этом мире совершают ошибки. И если бы Бог не прощал нас, Ад был бы переполнен, а в Раю не осталось бы ангелов. — Слова, совсем не похожие на строчку из Евангелие, заставили меня улыбнуться. — Главное, чтобы ты сама простила себя.
Глава 11. «Д» — значит «друг»
25 июня 2018
— Доброе утро, Рози. — Я с громких вздохом рухнула корпусом на кухонный стул. Ага, прям так. Спасибо, что не всем тельцем забралась и салфеточкой не прикрылась.
Лишь добравшись до своего дома, я осознала, насколько сильно устала. Уже сутки я была на ногах. А из-за накала эмоций вокруг меня создалось ощущение, что я не спала месяц. Не то что не спала, а работала рабом на галере.
— Я бы не была в этом так уверена. — С улыбкой произнесла Розита, ставя передо мной чашку кофе.
Я хотела спросить, с чего бы она так считала и к чему эта таинственная улыбка, но ответ пришел сам собой. Точнее, принесся на кухню, как небольшое цунами.
— Вивея Аделия Прей, где тебя носило?
— Полное имя? У меня огромные неприятности! — Вслух выразила я опасения, кинув обеспокоенный взгляд на Рози. Та лишь пожала плечами и продолжила собирать что-то к завтраку.
— Не сомневайся в этом, юная леди! Я звонила тебе! И что у тебя за вид, что с одеждой? И волосы?!
— Я оставила телефон у Бена в кофейне, сегодня заберу. — Тактично проигнорировала я остальные замечания.
— Сегодня? Нет, сегодня ты наказана! Будешь…
— Под домашним арестом? Сидеть дома? В четырех стенах? О, все как я люблю.
Напомнить маме о моем затворничестве — это был удар ниже пояса. Но поймите, она метала глазами молнии (И имела на это право!), а я хотела жить (Впервые за долгое время!) и умереть от руки матери за завтраком было бы слишком глупым завершением всей этой истории.
Мама глубоко вдохнула и протяжно выдохнула, при этом сделав странное движение руками, как будто стряхивала с себя что-то, или сушила лак.
— Послушай. — Начала она спокойнее. — Ты хоть можешь представить, как сильно
Я потерла глаза, в отчаянной попытке заставить их разлипнуться. Спать хотелось невероятно, но чувство вины все же проснулось во мне быстрее, чем организм.
— Прости, мама. Я и правда не подумала. И я не знала, что все так выйдет. Я была у Бена, затем на пляже, и там встретила Сашу и остальных ребят, они позвали нас с собой и…
— Саша? Александр, сын Льюиса и Маргарет?
Я кивнула, следя за тем, как у мамы в голове начинают работать механизмы и шестеренки, сопоставляя факты:
— Ты была с ним? Как он?
— Хм. Отлично, чего не могу сказать о его личной жизни. Он встречается со Сью Берри. Представляешь?
— О. — Только и сказал мама, садясь на стул и при этом не сводя с меня изумленного взгляда. А затем снова: — О.
— Вот и я о том же. — Прокряхтела я через зевок.
Посмотрела на кофе, сделать глоток хотелось невыносимо, но спать — еще больше. Впрочем, у кого-кого, а у меня к кофеину точно выработался иммунитет. На всякий случай я попросила у Розиты сливки и щедро добавила их в чашку.
Дальше я стойко вынесла некоторые вопросы о молодежи острова и полный восторга взгляд мамы. Думаю, смотреть на меня широко раскрытыми глазами и слушать, как я говорю о людях, с которыми провела время впервые за год — это меньшее, что я могла подарить ей за ее переживания.
Допив кофе, я положила чашку в посудомойку:
— Я очень хочу спать, мам, не возражаешь?
— Что? Да-да, конечно, иди! Вид у тебя очень усталый. Только душ прими! Заболеть можешь! А я… Я позвоню папе. — С этими словами мама, как под гипнозом, вышла из кухни и быстро-быстро пошла в глубину дома. Очевидно, скоро глава нашего семейства будет знать о том, что блудная дочь не только нашлась, но еще и вернулась в социум.
Я же поднялась в свою комнату. Почему-то сегодня она показалась мне слишком темной, и я задумалась о том, чтобы что-то в ней поменять. Может, хотя бы шторы? Но об этом я точно подумаю завтра…
Наскоро приняв теплый душ, который показался мне просто волшебством, я переоделась в чистую пижаму. Тело буквально ломило от усталости, когда я, наконец, забралась под одеяло. Казалось, что мои кости состоят из свинца, и даже руку поднять сил не осталось. Я закрыла глаза и в тот же миг, когда моя голова дотронулась до подушки, провалилась в долгий и глубокий сон. Без сновидений.
*****
— Вивея, к тебе пришли! — Возбужденный голос мамы прорвался сквозь железобетонные стены моего умиротворения.
Может, это все-таки сон? Кто ко мне может прийти… И сколько я проспала? Минуту? Пять? Десять? Это бесчеловечно!
И почему мама вообще дома? Она обычно занята… чем-то. Видать, я слишком ее шокировала.
Я попыталась выразить свое недовольство в гневной тираде, но сил хватило только на то, чтобы промычать что-то нечленораздельное.
— Вея! Вставай, кому говорю! — На этот раз к голосу мамы добавился аргумент в виде вспышки света, ударившей меня по векам.