Вис и Рамин
Шрифт:
И благодетельницей-госпожой!
Прости - и у меня, клянусь заране,
Ни просьб не будет больше, ни желаний.
Я стану во дворце твоем слугой,
Я не уйду к владычице другой:
Найду ль прощенье там, где нет тебя?
Там смерть моим мечтам, где нет тебя!
Ты не простишь, - так кто меня простит?
Не умножай мою печаль и стыд.
Что из того, что согрешил я раз, -
Единственный ли грешник я сейчас?
Впадает в грех и старец
Порой мудрец нарушит все уставы.
Споткнется конь, хотя четвероног,
Хотя остер, притупится клинок.
Один лишь раз ошибся я, - за это
Меня не мучай до скончанья света!
Я стал твоим рабом по доброй воле, -
К чему же мне оковы зла и боли?
Все претерплю, но я не потерплю
Страданий той, которую люблю!
Тебя не видеть? Лучше быть слепым!
Тебя не слышать? Лучше быть глухим!
Из-за меня вовек не ведай муки,
И да не буду я с тобой в разлуке!
Красавица, прости меня, не то
Чем стану я? Что жизнь моя? Ничто!
И ты, как я, скорбей узнала пламень:
В горниле плавятся и сталь и камень,
Но, как горнилу жаркому - вода,
Так доброта ко мне тебе чужда.
Смотри, я погибаю от огня,
Что вспыхнул от железа и кремня.
Меня пожрет огонь многоязыкий, -
Мои предсмертные ты слышишь крики?
От этого огня бросает в дрожь,
Его ты даже морем не зальешь.
Дым от огня вселенной завладел,
Стал темен мир, как мрачный мой удел.
Ты слышишь плач полей, лесов и рощ?
Вот почему идут и снег и дождь!
Покрыто снегом тело у меня,
Но в нем пылает капище огня.
Такого чуда не было вовек:
В одну чету слились огонь и снег!
Снег сыплется, но вверх огонь взлетает,
Пылает мой огонь, а снег не тает.
Распалось на две половины тело:
Та - в пламени, а та - обледенела!
Кто верен ласкам и любовным негам,
Того никак не уничтожишь снегом.
Я думал, - от огня меня избавишь,
Не знал, что умереть в снегу заставишь.
Луна моя, чей возраст - две недели!
Два месяца я шел к тебе в метели!
Ведь я твой гость, - забудь язык угроз:
Гостей не выгоняют на мороз!
Ускорить хочешь ты мою кончину?
Пусть я умру, но только не застыну!"
ВИС ОТВЕЧАЕТ РАМИНУ
Сказала Вис - и словно острый меч
Была ее отравленная речь:
"Уйди, Рамин, уйди из Мерва прочь!
Забудь меня, и Мерв, и эту ночь!
Словам не верю сладким, но пустым.
Унес огонь? Так убери
Не ты ли, низкий, обманул меня, -
К чему же эта лесть и болтовня?
Не ты ли дал мне клятвенное слово?
Солгал ты раз, но не обманешь снова!
Ступай и Гуль свою ласкай, лелей, -
Она тебе, изменнику, милей.
Ты образован, речь твоя звучна, -
Наполовину так я не умна.
Ты знаешь толк в уловках и соблазнах,
Ты часто обольщал красавиц разных.
Я много видела твоих капканов,
Я много слышала твоих обманов.
Зато теперь ценю я по дешевке
Весь твой базар и все твои уловки!
Всегда Мубаду буду я верна,
Как любящая, добрая жена.
Лишь он один мне в мире верен свято,
Хотя пред ним я тяжко виновата:
Ни разу не вздыхал при мне с тоской,
Ни разу не подумал о другой!
Меня он любит с лаской благодарной,
Не так, как ты, неверный и коварный.
Теперь спокоен шах многострадальный.
Он восседает с чашею хрустальной.
Мне подобает восседать с Мубадом,
А не с тобою, вероломным, рядом!
Теперь в опочивальню я пойду,
Чтоб розу шаханшах нашел в саду:
Не обретя меня в своем покое,
Вновь обо мне подумает дурное.
Подумает, что изменяю вновь,
И взыщет подать за мою любовь.
Я не хочу, чтоб он страдал опять,
Я не хочу супруга огорчать.
Довольно мне печалей безутешных,
Довольно жалких слез и мыслей грешных.
Увы, я много претерпела горя,
Я испытала боль, с судьбою споря,
Но что мое мне дало прегрешенье?
Позор, бесславье, всех надежд крушенье!
Мой властелин был недоволен мной, -
Преступною, распутною женой.
Из-за того, что я тебя любила,
Я молодость напрасно загубила,
А мне лишь память о любви осталась,
Ее тоска и горькая усталость.
Уйди от этой ветви навсегда,
Ни листьев не получишь, ни плода!
Здесь - дверь отчаянья: уйди скорей,
Зря по железу молотком не бей!
Минула полночь. Гуще стали тучи,
И гуще - дым, и гуще - снег сыпучий.
Хоть самого себя ты пожалей,
Чтоб хуже не было, уйди скорей!
Уйди - и никогда не знай невзгод.
Пусть роза, Гуль, в твоем саду цветет.
Будь вечно с ней, пусть время вас не старит, -
Пусть пятьдесят детей тебе подарит!"
Вис говорила, гневаясь и плача,
Лицо и чувства истинные пряча.
Замолкнув, удалилась от окна,
Ни друга не впустив, ни скакуна.