Вис и Рамин
Шрифт:
Откуда он, каков ее недуг.
Никто не знал, что есть одна причина,
Что Вис грустит затем, что нет Рамина,
Что, с ним не в силах вынести разрыва,
Она, страдая, плачет молчаливо.
Лишь отойдет от ложа шаханшах, -
Унынье слышится в ее речах.
Столь были жалобны слова печали,
Что слушавшие слезы источали:
"Зачем не внемлете моим словам?
Влюбленные, они помогут вам!
Пусть мой пример от горя вас избавит:
Любовь
Лишь издали вы на меня смотрите,
А если близко сядете, - сгорите!
Недаром пламя в сердце у меня:
Я - трут, а сердца друга - из кремня!
Простительны моя тоска и крики:
Увы, узнала я обман великий.
Я другу раны сердца показала,
Любовь к нему всю душу истерзала,
Но прежний друг моих возжаждал слез,
Сто новых ран он в сердце мне нанес,
Наполнил душу мне тоской и смутой,
Теперь любимый мой - мой недруг лютый!
Не я ль ему дарила без опаски
Все в мире существующие ласки?
Напрасно эти ласки я дарила
И тайну сердца перед ним раскрыла!
Я сеяла любовь, - беда взошла.
За похвалы мне от него хула.
Но если мне любимый как чужой,
Зачем скорблю измученной душой?
Боролась я с судьбой, но только чудом
Вы камень с хрупким свяжете сосудом.
Была я сердцем в той борьбе слаба,
И вот - во мраке сердце и судьба.
Надеюсь, что недуг меня убьет:
На сердце, как скала, тяжелый гнет.
Из всех несчастий выберу, измучась,
Одну лишь смерть: она - несчастных участь.
О, если милый мой теперь с другой, -
Одна лишь смерть мне принесет покой!"
Мушкина позвала к себе царица,
Спеша ему, советчику, открыться.
Сказала: "Кто, поведай, из мужчин
Так низок и коварен, как Рамин?
Ждала ли, что изменит мне злодей?
На ногте волос вырос бы скорей!
Но кто же знал, что есть вода в огне,
Что яд в сладчайшем заключен вине!
Меня ты помнишь честной и стыдливой,
Царицей скромной и благочестивой,
А ныне чем гордиться я могу?
Противна я и другу и врагу!
Нет, не царица больше я в державе,
О благочестье я мечтать не вправе.
Не в силах уважения достичь я,
Искать не вправе царского величья!
Мой дух и тело, мысли и дела
Навеки я Рамину отдала!
Одни лишь знала радости и муки -
Восторг свиданья и тоску разлуки.
Да если б тысячью сердец владела, -
Рамину посвятила б их всецело!
Он часто огорчал меня, глупец,
А ныне уничтожил наконец.
Он часто ветви с дерева срывал,
А ныне ствол срубил он наповал.
Так много причинил он
Теперь мой дух изменником убит.
Ушел он, предо мною согреша, -
И обессилена моя душа.
Меня мечом вражды он обезглавил,
Копьем разлуки сердце окровавил.
О, как мне, обезглавленной, дышать,
Измученной, раздавленной, - молчать?
Наглец, он пишет мне пером досужим,
Что полюбил другую, стал ей мужем.
Лелеяла я розу в цветнике,
Но плачу от колючек вдалеке.
Кормилицу прогнал охотник злой:
Ее, как дичь, Рамин пронзил стрелой,
Как будто не был с ней знаком доныне,
Забыл ее заботы о Рамине.
Теперь, когда грозит мне смерти меч,
На смертный одр меня принудив лечь,
Мушкин, прошу я, напиши с добром
Письмо Рамину мускусным пером.
Горю в огне и в холоде я стыну, -
Так обо мне ты напиши Рамину:
В словесности достиг ты мастерства,
Умеешь складно сочетать слова.
Уговори Рамина возвратиться, -
Тебе рабыней стану я, царица!
Мушкин, ты мудр, а слово мудреца
Увлечь способно юные сердца".
Чтоб мудростью напитанные строки,
Как мускус, восхитили мир широкий,
Мушкин Рамину отослал посланье, -
Несчастной Вис томленье и пыланье.
ПИСЬМА ВИС К РАМИНУ
Одно за другим отправляет Вис Рамину десять писем, сочиненных Мушкином.
Вис умоляет возлюбленного о свидании. Эти письма отвозит Рамину гонец Азин. В ожидании ответа Вис тоскует и причитает.
РАМИН РАСКАИВАЕТСЯ В ТОМ, ЧТО ЖЕНИЛСЯ НА ГУЛЬ
Шли дни. С женою сочетался витязь.
Но заскучал, прекрасной Гуль пресытясь.
Увял цветник лобзаний молодых,
И ветер обладания затих.
Сломался крепкий лук недавней страсти,
Копье любви рассыпалось на части.
Поблекла и влюбленность, - так вода
В источнике мутнеет иногда.
Те дни сначала были для Рамина
Как бы струей из чистого кувшина.
Гуль - как вино. Он пил вино в веселье, -
Так много выпил, что пришло похмелье.
Всегда стремится пьяница к вину,
И дни и ночи тянется к вину,
Но вот пиры и кубки надоели, -
И жажда хмеля умирает в теле!
Ему вино претит, а заодно -
Все в мире, что похоже на вино!
Рамин свой кубок осушил. Все чаще
Пред ним рождался облик Вис манящий.
Однажды он помчался в степь со свитой.
Расцвел весною мир, зарей облитый.
Тюльпаны пламенели в забытьи,
Среди ветвей звенели соловьи.