Вирус волшебства
Шрифт:
Но я совсем забыл о демонах! Они висли на мне, цепляясь за одежду, и препротивно гудели в уши. Однако я все же выкрикнул заклинание и не успел произнести последний слог, как книга прямо выпрыгнула из моих рук. Демоны поспадали с меня, а глянув на великана, я увидел, что он уменьшается!
Но ликование длилось недолго. Потому что все остальные по непонятной причине уменьшались тоже!
Чуть позже я понял свою ошибку. В спешке я, должно быть, нечаянно поменял местами слоги заклинания. Поэтому вместо того, чтобы уменьшить Укстала, я увеличил себя!
Достигнув
Я заметил, что мой дубовый посох растет вместе со мной. Откуда-то снизу доносились вопли Торка, четыре чистых голоса, выводящих замысловатую мелодию, да еще хриплые возгласы и пронзительный свист демонов. Никто из них не обращал ни малейшего внимания на зависшую над ними гигантскую ступню.
– Ша-шо-ши-шу! Я всех вас разом сокрушу!
Я ударил Укстала посохом по ноге. Тот встревожился и вполголоса спросил:
– Ты что, хочешь мне все испортить?
– Прочь отсюда, негодяй! – загрохотал я, сам удивляясь громкости своего голоса.
– «Прочь отсюда, негодяй»? Ну что это за строчка? Даже рифмы нет! Я только хотел попугать людей. Согласно контракту.
– Согласно контракту с демонами? – воскликнул я и двинулся на Укстала. У меня под ногами хрустело и трещало. Я посмотрел вниз, чтобы оценить разрушения.
– Слушай, – сказал Укстал, сузив свои глазки до щелочек, – ты что, не состоишь в профсоюзе?
Так он, значит, подумал, что я тоже из этих лживых тварей, обитателей Голоадии! Я решил: чем двигаться и вытаптывать долину, лучше стоять на месте, спокойно лупцуя негодяя палкой. Я издал боевой клич и замахнулся. Укстал отскочил в сторону. Он был чертовски шустрый для великана. Угодил я, что называется, посохом в небо, потерял равновесие и стал падать прямо на Эбенезума и трех волшебниц.
Стараясь как-нибудь так изогнуться, чтобы изменить траекторию падения, я с громким треском рухнул в нескольких ярдах от певцов. Но при этом раздавил домик волшебниц, потом покатился по поляне, потом сровнял с землей еще парочку акров леса, и только после всего мне удалось встать на ноги. Я был в ярости и прорычал Уксталу:
– Лучше убирайся отсюда!
Укстал смотрел вниз. Над головами волшебниц парил светящийся шар, а Торк создал над собой обширную область полной темноты. Свет и тьма двигались по направлению друг к другу.
– Пожалуй, ты прав. – Укстал помахал мне ручищей и в три прыжка очутился за пределами долины.
Свет и тьма встретились.
Сразу сильно похолодало и весь мир как бы обесцветился. Звуки тоже пропали. Не осталось ничего, кроме бледных очертаний четверых певцов и скачущего среди демонов Торка.
Но что это с Эбенезумом? Он стоял на коленях. Даже без звука было понятно, что он чихает.
Вокруг стало еще темнее. Эбенезум попытался подняться, дрожа от напряжения. Я хотел прийти на помощь учителю, но не мог
Мир погрузился во тьму. Но мгновение спустя свет снова зажегся. Три волшебницы лежали на земле без чувств. Эбенезуму кое-как удалось встать на ноги. Торк и его демоны победоносно загудели.
– Мне удался Форкснагель! – орал Торк. – Теперь я получу все, что пожелаю! Я уже победил этих трех волшебниц. Вы, волшебник, прекратили колдовать до того, как я закончил заклинание, только поэтому я вас пощадил. Временно. Именем Форкснагеля я требую, чтобы вы отдали мне всю свою волшебную силу!
Молнии сверкнули на кончиках пальцев Торка. Эбенезум поднял было руки для колдовства, но его отбросило назад.
Торк захохотал и показал небу кулак:
– Власть! Все волшебство на свете – в моих руках!
И тут он начал чихать.
Мы с Нори целовались. Юная волшебница и ученик мага – в обновленном мире.
Волшебницам удивительно быстро удалось вернуть жизнь долины в нормальную колею.
Сестер Солимы вызволили из заточения, демонов изгнали и начали отстраивать разрушенное. Мы с учителем должны были еще неделю назад продолжить наше путешествие в Вушту, город тысячи запретных наслаждений и возможного исцеления Эбенезума. Но мы задержались. К моей огромной радости.
Я поцеловал Нори. Какие сладкие у нее были губы!
Очень неловко вышло с лечением Эбенезума. Когда Торк произнес заклинание Форкснагель и попытался отнять у волшебника его силу, он получил в нагрузку и его болезнь. Теперь Солима опасалась вызывать эльфов-целителей, потому что они могли с таким же успехом исцелить и принца Торка. Конечно, оставались еще травы, но Солима предупредила, что злоупотреблять ими нельзя. Их побочное действие уже проявилось: после схватки с Торком Эбенезум проспал целый день. Солима сказала, что двух-трех раз хватит, чтобы организм привык к лекарству, и тогда болезнь может вернуться, и даже в более тяжелой форме, чем раньше. Все-таки надо было идти в Вушту.
Прохладная рука Нори откинула прядь с моих прикрытых глаз.
– О чем ты думаешь, Вунтвор?
– О Судьбе. О том, как мы встретились, как страдали и в конце концов победили. И о том, что у нас еще все впереди. И о том, как изменилась моя жизнь, когда я узнал тебя.
Нори обратила свои чудесные зеленые глаза к небу.
– Ты иногда говоришь такие забавные вещи, Вунтвор! Мы только-только познакомились. Не строй планы на всю жизнь. Кто знает, что с нами будет? – И она поцеловала меня в щеку.
– Действительно, кто знает! – согласился я. – Но пока моему учителю здесь нравится. – Я оглянулся на заново отстроенный дом, полускрытый кронами деревьев, чудом уцелевших в этой части долины.
Раздался громкий треск.
– Ха, ха, ха! Я знала, что лисохвост сработает! – это был голос бабушки. – Я тебе покажу, как ошиваться в доме и любезничать с моей дочерью!
Эбенезум со всех ног припустил наутек. Солима едва удержала старушку, которая собиралась пуститься вдогонку. Из-под ногтей у нее вырывалось пламя.