Вирус убийства
Шрифт:
Сделав шаг назад, Кэти перевела дух и с сильно бьющимся сердцем огляделась. Дальше по коридору из двери вышел человек в голубом пластиковом балахоне и хирургических перчатках, держа в руках несколько полиэтиленовых пакетов, где находились какие-то окровавленные предметы. Она быстро прошла вперед по коридору, заглянула в кабинет и увидела Брока. Он сидел без движения на металлическом стуле лицом к двери, облаченный в одни только боксерские шорты, изначально белые, но теперь измазанные кровью — как, впрочем, и все его тело и руки ниже локтей. Лицо у него было таким же серым, как его борода,
— А, сержант Колла! Очень рад видеть вас снова! — Профессор Пью расплылся в улыбке. Брок поднял глаза и перехватил взгляд Кэти. Едва заметно покачав головой, он вновь опустил глаза.
— Я все гадал, присоединитесь ли вы к нашей компании, — продолжал профессор Пью, нагибаясь, чтобы извлечь иглы у Брока из поясницы. — Мне казалось, что старший инспектор Таннер не преминет воспользоваться вашими обширными познаниями, касающимися этого места.
Словно в ответ на эту реплику над ухом у Кэти раздался низкий холодный и жесткий голос:
— Вы, сержант? Вон отсюда!
Кэти повернулась в его сторону, и он кивком указал ей на выход. Кэти пошла по коридору, чувствуя, что он, отстав на полшага, идет за ней следом. Повторив свой путь под западным крылом здания в обратном направлении, Кэти оказалась перед дверью, выводившей из подвала во двор. Стоявший у двери констебль в форме, заметив Таннера, вытянулся по стойке смирно. Прежде чем Кэти успела выйти, Таннер положил руку ей на рукав и остановил ее. Она повернулась к нему лицом.
— Возвращайтесь в дивизион и приведите в порядок все находящиеся в вашем ведении дела. Даю вам на это десять минут, не больше. — Он говорил тихо; его губы находились на расстоянии какого-нибудь фута от ее лица. За его плечом Кэти видела констебля, который с любопытством на них поглядывал, прилагая максимум усилий, чтобы услышать, о чем они говорят. — Ни с кем не разговаривайте. Потом поезжайте домой и ждите, когда с вами свяжутся. С этого момента вы отстраняетесь от службы в полиции графства.
Часть третья
19
Как ни странно, это место в разгар рабочего дня воспринималось совершенно по-другому. Даже звуки были другие: слышались крики ребятишек, возвращавшихся домой из начальной школы, находившейся за углом; гудело и завывало автомобильное стадо на магистральном шоссе, проходившем перед домом; зато в доме стояла мертвая тишина. Кэти сидела за маленьким столиком посреди кухни и видела многие вещи, которые прежде не замечала из-за отсутствия времени. Так, сейчас она задавалась вопросом: имеет ли смысл что-то предпринять, чтобы очистить застарелую черную грязь на ножках древней газовой плиты; потом ее взгляд упал на потрескавшийся линолеум, который отходил от пола и задирался там, где его не прижимала к месту
Особенно заброшенный и несчастный вид имел буфет, стоявший у противоположной стены. На всех его дверцах имелись неряшливые наклейки с именами, указывавшие на то, кому какой ящик принадлежит. Это было сделано очень давно, несколько поколений назад, кем-то с упорядоченным складом ума или до крайности раздосадованным тем, что у него таскают по мелочи. Имена остались прежними, хотя с тех пор все жильцы переменились. Кэти была «Эрик», девушка, проживавшая в цокольном этаже и работавшая в строительной компании, — «Монти», а имя «Сильвестр» имело непосредственное отношение к маленькому человечку с отталкивающей внешностью, обитавшему на чердаке. Двух других жильцов она не знала.
— Мы не встречались почти год, а сегодня по неведомой причине сталкиваемся уже во второй раз…
Кэти чуть не подпрыгнула от неожиданности.
— О да. Еще раз здравствуйте. Значит, это вы — «Мэри»? — Она указала на дверцу с этим именем, к которой жилец протянул руку.
«Мэри» оказалась светловолосым мужчиной в шесть футов два дюйма ростом с лицом боксера. Она видела его, когда сегодня утром разговаривала в холле по платному телефону.
— Меня зовут Патрик. А вы, насколько я понимаю, «Эрик»?
— Меня также называют Кэти.
— Как поживаете, Кэти? — Он с официальным видом пожал ей руку. — Вы детектив, не так ли? Мы никогда не встречались, поскольку у нас с вами ненормированный рабочий день. Я представитель фирмы Уайтбреда.
— Перед вашим появлением я как раз думала о том, как плохо знаю это место, хотя живу здесь, кажется, целую вечность. Возможно, я здесь одна из самых старых квартиранток.
Он улыбнулся. Она подумала, что у него очень приятная, мягкая улыбка. Хотя нос у него был асимметричный, а левое ухо расплющено, это его не портило. Более того, некоторые женщины нашли бы это даже пикантным.
— Это вопрос спорный. Зато с уверенностью можно сказать, что вы личность таинственная и загадочная. Жильцы вечно вас обсуждают.
— Это почему же? — спросила Кэти.
— Из-за того, чем вы занимаетесь, полагаю. А также по той причине, что вас почти никто не видел и с вами не общался. Поговаривают, однако, что за вами иногда заезжают мощного сложения мужчины в неброского цвета автомобилях.
— Вы намекаете, что я не участвую в общественной жизни дружного коллектива жильцов дома номер двадцать три? Признаться, до сегодняшнего дня я даже не подозревала о существовании подобного сообщества.
— Как это ни удивительно, оно существует. И даже иногда помогает своим членам в затруднительных ситуациях. Мне, к примеру, помогало.
— Возможно, мне еще выпадет шанс убедиться в этом на собственном опыте. Но вообще это довольно мрачное место. Может, мне стоит что-нибудь предпринять, чтобы это изменить?
— Это было бы чудесно. Все мы терпеть не можем убираться. Выпьете чашечку? — Он помахал банкой растворимого кофе, приготовлением которого занимался.
— Спасибо, я уже пила.