Виртуоз (в сокращении)
Шрифт:
— В футе двенадцать дюймов. Хочешь сказать, я на целых двенадцать дюймов ниже тебя? Короче, на обратном пути мы с мальцом сядем впереди, усек?
— Прикончишь нас обоих — сядешь, — разрешил Усач.
— Еще одно слово, — вмешался Рыбак, — и я разворачиваюсь и везу вас всех домой.
Усач расхохотался.
— Умора, — сказал Засоня. — Сейчас лопну со смеху. — Он повернулся ко мне: — На меня вечно валятся все шишки. Чуть подвернется грязная работа — угадай, кому она достается? А кому приходится корячиться на заднем
— Да уж, тяжкий труд, — съехидничал Усач. — Кататься две недели на яхте. Как я тебе сочувствую.
— Думаешь, я отдохнуть успел? Восемь важных птиц резались в покер, а я торчал рядом вроде мебели.
Вот оно что, понял я. Это про круиз на большой яхте, о котором рассказывал мне Джулиан.
— Каждый сентябрь две недели в Тихом океане, — усмехнулся Усач. — Жратвы — завались. Выпивка, телки да что угодно.
— Кто это тебе наболтал про телок? — окрысился Засоня. — Ни одной там не было. Только денежные тузы, и при каждом — телохранитель. Думаешь, нам досталось каждому по каюте? Да?
— Ах, извини, тебе же пришлось с кем-то делить каюту.
— Дурья башка, мы все набились в одну. Семеро психованных, как сезонники, парней. Строили из себя крутых и спали все в одной конуре. Смешно, думаешь?
— Сезонники? Кто это?
— Работяги, которые без продыху укладывают сардины в консервные банки, болтаясь на старой посудине посреди океана. Такие за косой взгляд прирежут, ясно?
— Вы заткнетесь хоть на минуту, а? — Рыбак зло крутанул руль и чуть не съехал в кювет. Все тревожно притихли.
Я задумался о том, что рассказывал мне Гуннар. Неужели у него и вправду есть свой человек на той яхте? Кто-нибудь из этих «сезонников»? И он вправду решил, что может ограбить пассажиров яхты и выйти сухим из воды?
Джулиан был прав. Это самоубийство.
Через полчаса мы добрались до городка Шагрин-Фоллс, проехали его насквозь и достигли окраины с противоположной стороны. Дома и деревья поредели, по обе стороны дороги до самого горизонта раскинулись ровные поля. Мы свернули на усыпанную гравием дорогу. Впереди показался фермерский дом с амбаром. Когда мы подъехали ближе, я понял, что кто-то не пожалел времени и денег, чтобы восстановить старинную усадьбу.
Машина остановилась возле дома. Трое мужчин вышли, я последовал за ними. Засоня постучал в заднюю дверь дома. Только тут я заметил, что все мои спутники в черных перчатках. Я застыл, гадая, что происходит. Если бы нам предстояло вломиться в этот дом, вряд ли Засоня стал бы просто стучать в дверь.
Нам открыл незнакомый человек. Лет шестидесяти, может, старше. Почтенный с виду. С седыми висками.
— Что вам здесь надо? — спросил он.
Ничего добавить он не успел: Засоня коротко и резко ударил его в живот. Незнакомец пошатнулся, трое моих спутников втолкнули
— Что вам нужно? — прохрипел незнакомец. Он лежал на полу, держась за живот. — Я же говорил мистеру Фр…
Засоня пнул его под дых:
— Не смей называть его по фамилии, понял?
Незнакомец судорожно хватал ртом воздух. Я ждал, когда меня охватит знакомое чувство — полнейшее спокойствие, которое я ощущал всегда, проникая в чужой дом. Но оно не приходило.
— Где деньги? — спросил Засоня. — Ну?
Хозяин дома не мог выговорить ни слова. Засоня присел и схватил его за волосы:
— Где?
— Дай ему отдышаться, — велел Рыбак.
— Заткнись, — рявкнул Засоня, не поднимая головы. — Иди ищи сейф.
Пока Рыбак и Усач обыскивали дом, Засоня сказал хозяину:
— Мистер Законодатель, познакомьтесь с мальцом: он здесь на тот случай, если вы сами не скажете нам код к сейфу. Или если мы не успеем спросить до того, как прикончим вас.
Хозяин дома наконец отдышался, помотал головой и сплюнул кровь на кухонный пол. Рыбак заглянул в кухню и объявил, что сейф найден. В подвале.
— В подвал, — велел Засоня.
Он рывком поставил хозяина на ноги, подтащил к лестнице и дал пинка. Раздался вопль, хозяин кубарем скатился по лестнице и, судя по звукам, пересчитал собственным телом все ступеньки до единой.
— А нельзя было обойтись без этого? — спросил Рыбак.
— Тебе сказано: заткнись, — отрезал Засоня. — Идем лучше вниз, посмотрим, жив он или нет.
Это был кошмар. Только представь. Если тебе случалось жить в Огайо, ты наверняка помнишь преступление, о котором я говорю. Все, что случилось в подвале, я видел с начала до конца.
Когда мы спустились, хозяин дома был в отключке. Его прислонили к стене и принялись лупить по щекам, чтобы привести в чувство. У противоположной стены стоял сейф.
— Давай наперегонки? — предложил мне Засоня. — Ты начинай вскрывать замок, и мы посмотрим, удастся ли выбить из него код раньше, чем ты закончишь.
— Он сам скажет нам комбинацию, — вмешался Рыбак.
— А какой в этом интерес?
— Ты спятил, — ответил Рыбак. — Знаешь, ты точно псих.
— Тихо! — прервал Усач. — Похоже, он очухался.
И он снова отвесил хозяину дома пощечину. Тот открыл глаза.
— Как открыть сейф? — спросил его Усач. — Выкладывай.
— Да пошел ты… — прохрипел хозяин.
— Гляди-ка, ерепенится, — удивился Засоня. — Яйца у него точно на месте.
Размахнувшись, он пнул жертву в то самое место.
Когда хозяин дома перестал стонать и харкать кровью, он наконец назвал код. Рыбаку пришлось наклониться, чтобы расслышать его.
— Двадцать четыре. Сорок девять. Девяносто три.
— Ты же у нас спец, — обратился Рыбак ко мне. — Открывай.