Виолончелистка

Крюгер Михаэль

Корреспонденция стопкой лежала в библиотеке на маленьком столике, который сюда притащила Юдит. Письмо Марии я увидел сразу и тут же отложил в сторону. Остальные письма и открытки перекочевали в мусорную корзину. А что с ними еще делать?

Взяв письмо Марии, я несколько раз внимательно перечитал свою фамилию.

Вскрывать его нужды не было — я и так наизусть знал содержание. Очень долго я сидел, прогоняя в воображении образы. Нет-нет, на самом деле незачем было прочитывать это письмо.

30

В Национальном музее Будапешта есть один любопытный рисунок, который мы с Марией без устали разглядывали. Рисунок этот покоился в витрине в темном углу зала на первом этаже, приходилось сгибаться чуть ли не в три погибели, чтобы разобрать, что же нарисовано. Пронизанный трагизмом набросок — женская фигура в напоминающем тогу ниспадающем одеянии. Женщина бесстрашно глядит на усевшуюся на ее правую руку хищную птицу, жадно расклевывающую плоть. И коршуну явно наплевать на угрожающе поднятый указательный палец левой руки женщины. Справа позади женщины видна лодка. На ней она попала сюда? На ней она убежит отсюда? У ног женщины черепаха, не без интереса наблюдающая за происходящим.

— Это я, — сказала Мария, когда мы впервые увидели рисунок, — лучше мое положение и не изобразишь.

Я будто завороженный вперил взор в маленький кусочек синеватого картона, вглядываясь в искаженное гневом лицо женщины, в линии ее тела.

— В таком случае я — черепаха, — ответил я, весьма довольный такой классификацией символических образов.

Мария — охваченная гневом женщина, я — полное невозмутимости и хорошо защищенное животное, которому ни коршуны, ни беркуты нипочем.

— Ты идиот, — объявила

Мария, — ты ястреб, или канюк, или сокол, который убивает меня. Я одна приехала на этот продуваемый всеми ветрами остров, чтобы здесь обрести покой, и только собралась раздеться, чтобы искупаться. Обрати внимание, правая грудь обнажена. Даже черепаху, выбравшуюся со мной на сушу, я повернула в другом направлении, чтобы ее древние очи не видели моей героической наготы. И когда я скинула свое шуршащее одеяние, когда улеглась в тени лодки отдохнуть, вдруг до меня донеслось хлопанье крыльев. Вот потому я и изображена в такой странной позе. Ты ведь сразу впился клювом и когтями в мою руку, это же видно, и тут же начал кромсать мясо, как вампир, пробудившийся на час позже положенного. И теперь та, которую ты лишил отдыха, вынуждена с ужасом взирать на твою отвернутую от меня голову, и все мое естественное изящество вмиг обратилось в ледяной мрамор. В этой позе я вполне сойду за надгробный памятник.

А под ним в могиле будешь лежать ты.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.