Винсент
Шрифт:
— Да, да, для них это так.
— И именно поэтому ты собираешься их надеть, дорогая. А теперь поторопись и одевайся. Я не могу дождаться, когда увижу гребаного плейбоя… — Голос Сэди затих, когда она практически вприпрыжку пошла одеваться сама
Трудно ли сойти с рук убийство? Я уверена, что Винсент бы это скрыл. Может быть, он даже поможет мне…
Лейк оделась в кружевной ярко-розовый корсет, который был полупрозрачным, пока не доходил до чашечек сисек. Слава Богу. Надев трусики и черные чулки, отделанные кружевом, она посмотрелась в зеркало. Она не думала, что в тот момент выглядела очень невинно. Там не было ни
Она начинала путаться. Я думала, Сэди хотела, чтобы я выглядела невинной. В этом была вся ее фишка, верно?
Сэди любовно похлопала себя по заднице, когда собиралась выйти из раздевалки.
— Боже, от твоего вида я бы пересмотрела свою ориентацию.
Это утешает.
— Пожалуйста, не заставляй меня делать это. — Лейк была не прочь умолять.
— Хм, дай мне подумать. — Сэди постучала себя по подбородку. — Нет.
Весь воздух выскочил из нее, как из воздушного шарика.
— Я никогда не прощу тебя за это.
Сэди рассмеялась над ней.
— О, дорогая, ты так и сделаешь.
Это полнолуние? Все ведут себя странно. Лейк прикусила губу, когда Сэди вытолкнула ее за занавеску.
Ничего не поменялось. Ты всего лишь приоткрываешь еще один дюйм, вот и все.
Она направилась к своему первому столику, за которым, к сожалению, сидел жуткий Дэвид, ожидая ее прихода.
Глаза Дэвида сканировали ее тело, пока он протягивал свою карточку.
— Я хочу «Top Shelf» сегодня вечером, и не заставляй меня долго ждать.
Лейк заставила себя улыбнуться, когда взяла карточку и быстро получила заказы от других мужчин. Подбежав к бару, она передала бармену запрос вместе с карточкой Дэвида. Что-то в этом мужчине заставляло ее нервничать. Ей не понравилось, как смотрели глаза Дэвида.
Поставив напитки на стол, она наполнила его стакан лучшим шотландским виски.
Он дал ей стодолларовую купюру.
— Это только начало.
Она взяла деньги из его рук и исполнила свой маленький танец, засовывая их в корсет. Это будет долгая ночь. Подойдя к другим столикам, она приняла все их заказы, прежде чем Лейк вернулась в бар, ее схватили за руку, когда она проходила мимо туалетов. Ее втащили внутрь прежде, чем за ней закрылась дверь. Она обнаружила, что прижата к стене, уставившись на мужчину, чьи глаза не переставали скользить по ее телу.
Она толкнула его в грудь.
— Господи Иисусе, Винсент! Ты пытаешься втянуть меня в неприятности?
Он поймал ее дерущиеся руки и завел их ей за спину, захватив ее запястья своей сильной хваткой.
— Ты уже в беде, детка.
Жар разлился по ее телу, когда ему удалось заставить ее идеально выгнуть спину, чтобы показать свои холмики. Она сжала бедра вместе, когда мурашки пробежали по всему телу.
— Я… я н… ничего не сделала.
— Ты уже сделала, когда решила надеть это. — Его свободная рука пробежала вверх по ее телу, чтобы остановиться на шее, положив большой палец на ее пульс.
Она зажмурила глаза, чтобы соответствовать давлению, которое оказывала на свои бедра.
— Сэди заставила меня надеть это — Открыв глаза после того, как она сделала вдох, она закончила свое объяснение. — Она убьет меня, если я не вернусь туда.
— Должен ли я позволить
Она облизнула пересохшие губы.
— Пожалуйста?
Он никогда не отказывал ей, когда она вежливо просила.
Винсент позволил своей руке спуститься с ее шеи на грудь, прежде чем отпустить ее.
— Напомни мне поблагодарить Сэди перед тем, как я убью ее.
Лейк нервно рассмеялась, собираясь выйти из ванной.
— Я бы с удовольствием помогла тебе в этом.
Сделав глубокий вдох, Лейк вышла за дверь и увидела Нерона и Амо, охраняющих ванную комнату с ухмылкой на лицах.
— Когда — нибудь надеру вам, двум психопатам, задницу, — сказала она им, проходя мимо.
Успешно добравшись в тот раз до бара, она скрылась из виду и попыталась успокоить свое тело.
Черт возьми, я так чертовски сильно его ненавижу.
Напряжение между ними росло с каждым днем, который они проводили вместе. Она не ученый, но она почти уверена, что это достигло п точки кипения. Винсент никогда не пытался скрыть свои чувства, в то время как Лейк боролась зубами и ногтями, чтобы скрыть свои, и все это до тех пор, пока он не сделал эту чертову штуку с пульсом. После этого она каждый раз теряла самообладание.
Она не хотела нравиться Винсенту. Черт, она должна ненавидеть его до чертиков. Она была уверена, что он был мудаком и убийцей. Но, черт возьми, если прошедший месяц не изменил ее мнение о нем. Она ни разу не поймала его на том, что он смотрит на другую девушку, даже когда полуголые постоянно были в поле его зрения. Она также не думала, что у него могло быть время, чтобы трахнуть кого-нибудь из них, поскольку он постоянно следил за ней. Конечно, он все еще мог быть мудаком, но не для нее. По крайней мере, больше нет. Что касается убийства… ну, она тоже не думала, что у него была целая куча времени, чтобы сделать это.
О, боже мой.
Что со мной не так?
* * *
Винсент чуть не сломал себе нос, так сильно сжав его. Он не мог поверить, что позволил ей вот так выйти из ванной, особенно без гребаного утешения. Единственная причина, по которой он не поцеловал ее, заключалась в том, что для этого не было ни времени, ни места. Он знал, что как только он поцелует ее снова, не будет никакой остановки, так как он был чертовски уверен, что подождет до дома.
Он целый месяц не трахался, пялясь на ее идеальную задницу и тело в стольких разных чертовски сексуальных нарядах. Затем, в тот день из всех дней, она вышла с задницей, едва прикрытой одним кружевом. Ее обычный сексуальный, но милый вид исчез. Единственное, что было у него на уме, это как, черт возьми, он планировал трахнуть ее, не причинив ей боли.
Три дня без секса — это слишком долго, но месяц? Его член был в постоянном напряжении, и он точно не знал, как продержится в ней тридцать секунд.
Я, блядь, сделаю больно себе, чем причиню боль ей.
Винсент вышел из ванной, сказав своей темной половине вернуться в укрытие, как он делал каждый день в течение последнего месяца.
— Ты знаешь, что, черт возьми, она нам только что сказала? — Амо сказал ему, когда дверь ванной открылась.
— Что, черт возьми, она сказала тебе сейчас? — спросил его Винсент, который постоянно ненавидел многие вещи, которые Лейк ему говорил.