Винсе
Шрифт:
Янь в ответ только пожал плечами, взглянув на отца девицы, собравшейся чуть ли не на колени усадить Корэра, всё ёрзавшего на неудобном бревне, ставшей ему лавкой. В глазах купца читалось явное облегчение, что избранник его кровиночки хотя бы недурён и вроде бы здоров физически. Всё же они не наследные дворяне, а девку можно и с прицепом выдать. В крайнем случае устроит парня при себе счетоводом, благо тот судя по лицу, умом не обделён. Или, пусть мальчонка продолжит всё так же сопровождать обозы да караваны, ведь цену он себе заломил не малую, хотя и отрабатывал её с
Немного помолчав, наниматель обратился к Корэру:
— Вы похоже и правда весьма умелы в искусстве убивать. А…
Корэр тут же перебил его, морщась в отвращении:
— Искусство — это магия, а убийство — это ремесло — грязное и мерзкое.
— Да, — кивнул купец, не обратив на эти слова никакого внимания, тут же вернувшись к не заданному вопросу: — А вы бы смогли в одиночку сопровождать обозы? Нынешнее происшествие показало, что справиться с большим количеством противников не проблема. При необходимости мы доплатим. Вам и вашему отряду.
Корэр в задумчивости поднял глаза к небу с которого на него глядели задорно подмигивая звёзды. Да, конечно он мог бы справиться со всем в одиночку, но назойливый шёпот Вихря, застилавший разум, лишавший здравого смысла, наконец стих, оставив после себя холодное опустошение и желание просто спать. Судя по прошлому опыту, клинок должен был насытиться энергией на пару-тройку тринадцатков дней, за которые их обозы должны были уже добраться до Ксеньяра. Да и по прошествии кровожадного бешенства накатила невыносимая усталость, было только одно желание: завалиться спать, а не распылять частицы Вихря в радиусе сшода шагов от обоза, чтобы по их реакции отследить приближение неприятеля.
Вот только лгать он не мог… Потому начал издалека:
— Сегодня меня чуть насквозь не пробила стрела, ваши жена и дочь — свидетели тому, как я её извлекал. Я один, а вас много, за всеми могу не уследить. Да и здесь мне повезло застать их врасплох, не ожидай я нападения, расклад мог бы быть совсем иным.
Когда горожане разошлись по своим шатрам, наёмники всё продолжали сидеть у костров, ни один из них не покидал поста до тех пор пока разбитый ими на ночь лагерь полностью не утих. Янь обратился к Корэру, опасливо оглядываясь, заговорил:
— Ты молодец, что отказался один работать, у своих хлеб не отнимаешь. Только вот зря вы с купцами сблизились, нас могут не так понять.
Впервые в разговор вмешалась Няша, до тех пор всегда старавшаяся молчать пока мужчины беседы вели:
— Мы наёмники, они должны бы знать, что все эти кодексы только пшик, когда дело доходит до денег. А кто убеждён в обратном, пусть подходит, разъясню, — рыкнула она, бросив на поглядывавших в их сторону прочих охранников обозов, выхватив парочку боевых ножей.
— Бешеная ты баба, — с не без труда сохраняя спокойствие проговорил Янь. — Есть братство воров, есть наёмников и прочих ремёсел. А у этих братств есть свои уложения. Так вот, пойти против них всё равно
Договорить он уже не успел, группка наёмников подошла достаточно близко, чтобы расслышать его речи. Неосознанно Янь потянулся к ножу на поясе, с удивлением отмечая, что Корэр даже не шелохнулся.
— Кто тут у нас такие? — поинтересовался воин, возглавлявший подошедшую компанию, опустившись напротив Корэра, Няши, и как-то так незаметно переместившегося к ним Яня.
— Странники, — проговорил Корэр, поглядывая ещё на тринадцаток вооружённых до зубов вояк за спиной их гостя.
— Не, вы уж будьте добры, представьтесь. Мы пока не убивать вас пришли. Меня вот звать Ровоном, а этих двух, — указал на мужчин у себя за спиной, стоящих ближе других, — Тушник и Жател.
— Янь, — ответил наёмник, под испепеляющим взглядом гостей, не воспринявших серьёзно отвечающего им светловолосого мальчишку.
— А это не тот ли Янь, что из шавок Ноюрна? — усмехнулся Тушник, подсев к костру. — Неужто его верный пёс пал до сопровождения обозов. Не уж то дурманщик разорился? Клиенты все по перемёрли?
— Да вот, опостылели его методы, решил податься на вольные хлеба, — проговорил Янь, косясь на наблюдавшего за всем мага и как-то подозрительно притихшую Няшу.
— На плаху ты податься решил, — прокомментировал Ровон. — За твою голову теперь платить готовы не только законники, но и твой покровитель. Как нужно было так нагадить Ноюрну, чтобы он выставил за твою голову пять тысяч золотушек?
На лице Яня отразилось неподдельное удивление:
— А это он поднял, в прошлом лету было три. Видимо обиделся, что мы его ребят в Вырьхоре вырезали.
Теперь пришло время удивляться наёмникам:
— Мы слышали, что всех его кевелов в городе перебили, так это вы те герои. Сколько вас было?
— Двое. Я да колдун, — кивнул на Корэра.
Гости тут же расхохотались, переглядываясь между собой. С трудом уняв смех Ровон наконец заговорил:
— Ладно, с тобой, пьянь затирающаяся. Идём дальше. Ты у нас кто такая, красавица?
— Няша, — бросила она, оскалившись.
— Ничего так ты присмирела, — отметил Тушник, похахатывая.
— Да у нас тут прямо вечер встреч. Может и ты, малец, кто-то из именитых? — поинтересовался Ровон.
— Нет. Моё имя Корэр. Я чужеземец, потому знаю не все ваши устои. Если мои действия вас как-то обидели, то прошу прощения, давайте решим всё без пролития крови, всё же одно дело сражения с противниками, но совсем другое свары между своими, — проговорил Корэр, отчаянно восстанавливаю в памяти жесты, мимику и речь брата, ведь кто кто, а Экор наверняка нашёл бы общий язык с продажными воинами. Вот только Экор бы и не оказался в такой ситуации…