Винсе
Шрифт:
«Я, чьё имя от явления в миры живых Корэр;
Взываю к Четвёртому:
«
Корэр принялся уплотнять частицы вокруг своего тела.
Энегия тут же откликнулась на его зов, устремившись к нему, снося на своём пути все преграды, схлопывая пространство вокруг, погребая под землёй особняк и дома неподалёку.
Странник: Глава 20: «Безответственный» Император
Очнулся Корэр запертый в ловушке, созданной его же собственной просьбой.
Единственное, что радовало и одновременно с этим несказанно злило его теперь, так это то, что Вихрь вновь оказался у него в руках, а он вновь схватился за рукоять клинка, как за единственное спасение. Как же он ненавидел в этот момент собственную слабость. Вихрь — клинок заставлявший его нарушать основные законы мироздания. Как бы ария хотел избавиться от этой погани, заставившей проглотить этэ того, кого он был готов назвать своим другом, доверившегося ему. И при том, он слишком боялся лишиться клинка, отчётливо понимая, что погибнет без него.
Разрезав плоть реальности Корэр скользнул в другой мир, чтобы через ещё один разрез вернуться в снятую ему на постоялом дворе комнату. Пошатываясь он кое-как добрёл до постели. Тело всё же оказалось измято глыбами, свалившимися на него, и от того шарниры лязгали и скрипели при каждом движении. Хорошо бы было проследить за процессом восстановления, но он на сегодня слишком устал, потому не стал не то что раздеваться, а даже пытаться тащить сапоги. Ария так и заснул в обнимку с Вихрем, выпустить который при всём желании не получилось. Похоже братец даже из Иных миров умудрился преподать урок и научить не перечить старшим.
Во всяком случае он хотя-бы попытался спасти Сморока. Так же, как когда-то попытался спасти мать… Позорище!
Когда Няша бесцеремонно окунула Корэра в бадью с ледяной водой, он только лениво за бултыхался. Всё тело ломило, двигаться почти не получалось а рука всё продолжала сжимать проклятый меч, словно тот прирос.
Кое-как вырвавшись и то, потому что воительница сильно не упорствовала, ария первым делом пообещал клинку, что эту его часть никому ни за что не отдаст, только после этого Вихрь позволил вложить себя в ножны.
Всё ещё не до конца придя в себя, Корэр всё же принялся распоряжаться, ведь теперь наниматель был мёртв, уж он-то знал:
— Собери всех остальных в комнате Сморока. Но перед этим принеси мои вещи, Синора должна была занести.
— Эта шлюха? — с какой-то странной ревностью спросила Няша, всё же протяну заплечный мешок и куртку.
— Это не то, что должно сейчас тебя волновать. Быстрее, чего переминаешься? — в его голосе ясно слышались распоряжение командира, а не каприз аристократа.
Все собравшиеся смотрели на него,
Окончательно собраться с мыслями перед началом речи Корэр так и не успел. Янь, знавший на что способен Корэр, по разнесённому дому слуг Ноюрна, оглядев его, поинтересовался:
— Та бойня, и целый городской район стёртый с карты, это вы устроили?
Корэр кивнул, начав с самого важного:
— Сморок мёртв, я не успел, слишком долго возился.
Молчаливый тут же хмыкнул:
— Слишком долго изничтожал всё, что попадается на пути? Увлёкся своей кровожадностью, ну с кем такого не бывает? — смотрел он как-то надменно, словно аристократ на грязь под ногами.
Это невыносимо взбесило Корэра, тут же рявкнувшего:
— Я хотя бы попытался что-то сделать, а не шатался по городу, лапая баб и накачиваясь выпивкой. Да от тебя несёт пойлом, так что не смей меня судить! Дело ещё не кончено
Он смотрел на Воина снизу вверх, готовый в любой момент совершить ответный выпад на его реакцию, которая уж точно не будет сдержанной. Так и вышло, Молчаливый, замахнувшись, рявкнул:
— Мои вещи не приносила поутру дешёвая шлюха.
Тут же он попытался ударить, но Корэр, уклонившись выхватил из-за пояса метательный нож, которым разжился в особняке предателей. Молчаливый промахнулся, обрушив удар на стол. Пользуясь мимолётным замешательством, Корэр вонзил кинжал в руку противника, пригвоздив её к деревянной доске.
Оглядев Няшу, готовую визжать от восторга, Яня и Жердяя, настороженно подобравшихся для ответного удара, если он только рыпнется в их сторону, Молчаливого, тут же вдруг присмиревшего, вернувшего прежнее спокойствие, Корэр брезгливо поморщился. Пожалуй он был слишком похож на брата, и от этого становился самому себе противен. А как иначе? Ведь это был единственный способ угомонить весь развязавшийся сброд. И всё же, теперь он пусть и не одобрял методы брата, но прибегал к ним, ведь теперь он вновь избрал самый простой для себя путь, а то, что произойдёт с другими его, как и Экора, не волновало.
— Заткнулись все, падлы, и слушаем меня! — рявкнул Корэр, оскалившись. — Сначала дела, потом собачиться. Сморок мёртв, но я продолжу его путь. Пойдёте ли со мной вы или нет, мне плевать. Нет Сморока, а значит я не могу гарантировать, что будут исполненный все обещания, что он давал. Вы ведь понимаете, что я чужеземец и вся власть, которую имею, держится на моём клинке. Я разделяю всю оставшуюся сумму, что держал при себе Сморок поровну, а дальше вы вольны идти куда хотите, но можете рискнуть и стать героями, если не боитесь, что нас просто вздёрнут как-только переступим ворота замка.