Виниловый ад
Шрифт:
Со словами: «Восемь, девять, десять… Это опять вам», – Рамуте пнула под зад обидчицу и развернулась, чтобы уйти.
– Ай! А ну стой! Ты дебилка? Граждане, люди, вы видели?
Равнодушные испуганные глаза уставились в пол.
– Что молчите? Вы же видели! Все видели? Эта лохматая дебилка напала на меня!
– Тебе добавки? – поинтересовалась Рамуте.
Довольные лица людей едва сдерживали молчаливые улыбки.
– Гадина, сейчас я тебя! Сейчас, – девушка собралась ударить в ответ, замахнулась,
– Ну! Давай-давай. Смелее. Чего ждешь? Попробуй, – Рамуте шагнула навстречу и приготовилась к драке.
– Я… Я… Да пошла ты. Даже руки пачкать противно! Бомжиха вонючая!
– Трусливая стерва.
– Сама ты трусливая! А вы все… Что пялитесь, уроды? – хамка смотрела по сторонам в поисках поддержки, но никто не собирался заступаться. – Одни идиоты вокруг!
– У тебя все? А то я немного тороплюсь, – улыбнулась Рамуте.
– Да я… Я сейчас позвоню!
– Тише. На вот лучше, – Рамуте сняла и протянула хамке очки. – Похоже, синяк будет. Тебе они нужнее.
– Дура, если останется фингал, знаешь, что с тобой сделают? Что с вами всеми сделают! Один мой звонок. Да вас же всех найдут, идиоты! Порвут на тряпки вонючие! И…
Рамуте не дослушала.
Показала средний палец, бросила очки под ноги, подключила палец со второй руки, подмигнула и вышла на улицу.
«Итак, приготовьте ручки, запишите в конспекты… ага… Держите себя в руках, контролируйте эмоции, сдерживайте агрессию. Внешнее проявление смирения… ага… Отступите на шаг… ага-ага. Сейчас! На два и на три шага отступлю. Еще подставлю другую щеку и задницу тоже подставлю. Да пошли вы все! Вместе с вашими козлиными зачетами, счетами и столичными правилами».
Рамуте с облегчением выдохнула и начала преследование подозреваемого.
Мужчина, потенциальный маньяк, скрылся за углом. Несмотря на то что подозреваемый хромал, Рамуте пришлось подбежать. Он двигался уверенно, не оглядывался, не паниковал.
«Он не нервничает, значит, психопат, – заключила Рамуте. – Это называется диссоциальное расстройство личности, вроде бы так учили на курсах. Психопату свойственны ложь, воровство, нарушение дисциплины и насилие над животными».
Словно в подтверждение ее мыслей подозреваемый отогнал от себя бродячего пса.
– Пошел вон! Брысь! Нет у меня колбасы.
«Ага. Вот и жестокое обращение с животными», – Рамуте подняла осколок кирпича на случай, если понадобится обороняться.
«Изменить характер психопата невозможно. Такими рождаются. На МРТ можно заметить дефицит импульсов в лобных и височных долях коры головного мозга».
Мужчина свернул в арку дома.
Рамуте перебежала на другую сторону улицы, держа наготове кирпич. Если он заметил преследовательницу, то наверняка сейчас поджидает ее во дворе, в темном углу.
«Они хитрые манипуляторы, – продолжила
Рамуте схватила кирпич обеими руками.
Нужно бить наверняка, изо всех сил. Если он набросится, вариантов останется немного. Либо она, либо он. В случае неудачи молить о пощаде будет бессмысленно.
«Психопат равнодушен к чужим эмоциям. Он не знает, что такое совесть, мораль, сопереживание и сочувствие».
Рамуте медленно прошла через арку.
Несколько месяцев назад в подобной ситуации она колотилась бы от страха, бледнела и задыхалась. Скорее всего, она стала бы звонить всем знакомым, звать на помощь, но уж точно не решилась бы пойти следом. Но это все раньше. Теперь она шагала в неизвестность, бесшумно перешагивая лужи, готовая к сражению.
У выхода из арки она остановилась. Прислушалась.
– Ну! Давай! Ты и я! – крикнула она, замахнулась кирпичом и выбежала из тени.
Никто не напал.
Никакой реакции.
Лишь старушка на лавочке на мгновение перестала крутить связку ключей и с укором посмотрела на Рамуте.
Хромой ее проигнорировал. Или не заметил. Он прошел дальше через двор и вышел на соседнюю улицу.
– Ладно, – прошептала Рамуте, кивнула старушке, мол, все хорошо, и проверила заряд телефона.
Набрала номер полиции для быстрого вызова. Если ее подозрения подтвердятся, нужно будет срочно звонить и вызывать группу. Оглушить маньяка она сможет, но самостоятельно доставить зверя в отделение вряд ли хватит сил.
После длительного преследования Рамуте вышла к больнице.
Подозреваемый отдал покупки своему подельнику, тот что-то передал взамен, и хромой тут же спрятал это в карман. Они попрощались, подельник показал охраннику пропуск и собирался скрыться.
– А ну стой! Ты арестован! – Рамуте выскочила из кустов. – Вы оба арестованы!
– М? Это еще что за чудо?
– Не знаю. Бред какой-то.
– Кто вы, девушка?
– Заткнулись оба! А ну, ты, покажи, что у тебя там в кармане! Доставай! Живо!
Хромой вытащил и показал деньги.
– Что это? Вернее, эм… зачем ты их спрятал?
– Девушка, успокойтесь, пожалуйста. Мы ничего не прятали. Нам это не за чем.
– А что тогда?
– Я принес заказ, и со мной расплатились.
– Держи руки так, чтобы я их видела! – приказала она и сделала вид, что тянется за пистолетом.
– Что за беспредел? Почему вы так себя ведете? Я врач, смотрите, – он показал документы. – Можно увидеть ваше удостоверение?
– Погоди-ка. Кажется, я ее помню. Это же она в аптеке ругалась. Да, точно. Она скандалила с покупательницей. Психованная.