Вилла 'Роза'
Шрифт:
Ано вскинул глаза.
– Значит, ее зовут Адель,- прошептал он.
– Да,- подтвердил Рикардо.- Выходит, Элен Вокье сказала правду.
– Да, тут она говорила правду. Я так и думал.
– Но она сказала, что у Адели черные волосы,- не выдержал Рикардо.
– Ну, а насчет цвета волос она приврала,- сухо сказал Ано и снова уткнулся в письмо.
"Я знаю, что ее зовут Адель, потому что часто слышала, что так ее зовет служанка, причем не добавляет при этом слово "мадам". Ведь это странно, чтобы пожилая служанка обращалась к хозяйке "Адель" - просто Адель. Потому я и решила, что мосье и мадам из разных кругов общества. Только я не верю, что они поженятся. У меня на это нюх. Конечно,
Кроме старухи, у нее есть еще слуга Ипполит при доме, и еще он возит ее в карете, когда ей бывает нужно. Почтительный мужчина, всегда притрагивается к шляпе, когда мадам Россинол выходит из дома. Он ночует в этом же доме, хотя конюшня находится в конце улицы. Мне почему-то кажется, что он сын этой старой служанки, Дженни. Он молодой, волосы гладко зачесывает на лоб, он очень самодовольный, любимчик служанок со всей улицы. Их карета нанята в Женеве. Ну вот, рассказала вам про всех слуг в доме мадам Россинол."
До сих пор Рикардо читал про себя, но тут подал голос:
– Вот мы их и поймали за хвост! Рыжую женщину зовут Адель, и мужчина с черными усиками тоже тут. Это он сидел в машине!
Ано придержал палец на прочитанной строчке, и оба стали читать дальше.
"Во вторник днем мадам уехала, и я не видела, чтобы они возвращались до вечера. Конечно, они могли проехать в конюшню по другой дороге, но она могла поехать в Женеву, и карета ее там ждала. Я легла спать в одиннадцать, но мистер Гобен не мог заснуть, и я ночью встала, чтобы дать ему лекарство. Мосье, наша спальня находится на передней стороне дома, и пока я искала на столе спички, услышала скрип колес на улице. Я подошла к окну и выглянула, приподняв край занавески. Мистер Гобен раздраженно ворчал, почему я не зажигаю свечу и не даю ему лекарство. Я уже говорила вам, что больные мужчины очень капризны и вечно жалуются, даже если ты отвлечешься всего лишь на то, чтобы выглянуть в окно. Ничем им не угодишь. Но как хорошо, что я подняла занавеску и выглянула на улицу! Потому что если бы я послушалась мужа, то потеряла бы четыре тысячи франков. А если ты бедная женщина и твой муж прикован к постели, ты не станешь упускать четыре тысячи франков!
Я увидала, что возле дома мадам Россинол остановилась карета. Почти сразу же служанка открыла дверь, хотя окна в доме были темные. Это первое, что меня удивило. Потому что обычно, когда мадам возвращается поздно, а дом темный, она открывает дверь своим ключом. А сейчас в темном доме, глубокой ночью служанка их высматривала. Это было странно.
Как только открылась дверь дома, тут же открылась и дверь кареты, и на дорогу выскочила молодая дама. Шлейф ее платья зацепился за дверку, она обернулась, высвободит его и дальше придерживала юбку над землей. Ночь была светлая, рядом с домом мадам Россинол стоит фонарь, так что я разглядела ее лицо, когда она оборачивалась. Красивая молодая блондинка. Белая жакетка была распахнута на груди, и под ней виднелось светло-зеленое вечернее платье. А когда она приподняла юбку, я увидела, как блеснули пряжки на атласных туфельках. Я уверена, что это та самая дама, про которую вы написали в объявлении. Пока мадам Россинол вылезала из кареты, она стояла неподвижно. Я удивилась, как такая изысканная дама могла оказаться в компании мадам Россинол. Потом, все еще поддерживая юбку, она легко и быстро пробежала по тротуару и скрылась в темном доме. Мосье, я подумала, что ей очень не хотелось, чтобы ее видели. И поэтому когда прочла ваше объявление, то сразу решила, что это та дама, которую вы ищете.
Я немного подождала и увидела, что карста поехала в конюшню. Но в доме
Марта Гобен."
Ано был крайне озадачен. Но для Рикардо все окончательно прояснилось. Вот она, независимая свидетельница, у которой нет ни ревности, ни враждебности Элен Вокье! Чертовски надежное показание! Его подтверждают следы перед стеклянной дверью салона. Остается немедленно арестовать Селию Харланд!
– Факты согласуются с вашей версией, мосье Ано! Молодой человек с черными усиками не возвращался в тот дом в Женеве. Где-то на дороге близ Женевы он встретил карету. А потом поехал на машине обратно в Экс...- Но тут его поразила другая мысль.- Нет! Все не так! Они не могли ехать до дома так долго, что приехали без пяти три!
Без пяти три! Это рушит версию Ано насчет поездки в машине. Убийцы уехали с виллы между одиннадцатью и Двенадцатью часами, допустим, в полдвенадцатого. В машине шестьдесят лошадиных сил, дороги ночью совершенно пустынны. А они к трем часам только-только добрались до дому. Более того, машина вернулась в Экс в четыре! Значит, они не ехали на машине.
– В Женеве время на час позже французского,- коротко сказал Ано. Казалось, подтверждение, данное в письме, его разочаровало.- Три часа у мадам Гобен - это наши два часа.
Ано сложил письмо и встал.
– Уходим и письмо забираем с собой.- Ано огляделся, взял со стола перчатку.- Я ее тут забыл,- сказал он и сунул перчатку в карман.- Кстати, где телеграмма от Марты Гобен?
– Вы положили ее в футляр.
– Да?
Ано вынул футляр для писем и нашел в нем телеграмму. Его лицо прояснилось.
– Отлично! Раз есть зга телеграмма, должно быть и послание от Адели Россинол в Экс, в котором сообщается, что сюда едет Марта Гобен, неугомонная соседка, которая, несомненно, читала объявление мистера Рикардо. О, будет сказано не так грубо, но смысл в этом. Мы должны схватить его.- Его лицо вдруг стало жестким.- Я должен схватить его, пусть ответит за смерть Марты Гобен. Бедная женщина никому не причинила зла, а проклятый убийца зарезал ее, как овцу, у меня под носом. Нет, этого я не прощу.
Рикардо ехидно подумал: чего не может простить Ано, смерти Марты или того, что его перехитрили и победили?- но благоразумно промолчал.
– Идемте,- сказал Алю.- Если не возражаете, спустимся на лифте, это сэкономит время.
Они спустились в холл. Тело Марты уже увезли в городской морг. Жизнь отеля вернулась в прежнее русло.
– Мосье Беснар уже ушел?- спросил Ано у портье и, получив подтверждение, быстро выскочил за дверь.
– Но есть путь покороче,- сказал Рикардо, догоняя его,- надо пройти через сад, а потом вниз по лестнице.
– Это уже не имеет значения,- произнес Ано.
Они быстро прошли по подъездной дорожке и дальше вниз по той дороге, что огибала дом и вела на улицу.
На задворках отеля их ждала машина Рикардо.
– Сначала заедем к Беснару, а то он свихнется, выясняя, кто такая Марта Гобен и зачем приехала в Экс. К тому же я хочу кое.- что передать по телефону.
Ано вылез из машины возле комиссариата и четверть часа провел там. Выйдя, он поглядел на часы.
– Думаю, успеем.- Он залез в машину.- Убийство Марты Гобен сразу по выходе с вокзала развязывает руки нашим друзьям. Об этом напишут вечерние газеты, и эти голубчики в Женеве очень обрадуются, когда прочтут. Они же не знают, что ночью она отправила письмо. Поехали!