Вилла 'Роза'
Шрифт:
Он наклонился к ней, ожидая ответа. Ветермил тоже невольно сделал шаг вперед. Видимо, им обоим было крайне важно это знать. Горничная молча смотрела на Ано.
– Это не я, это вы, мадемуазель, должны дать ответ,- тихо проговорил Ано.
Это напоминание заставило ее вспыхнуть, она сказала:
– Что вы, мосье, я просто думала.
– Были на ней вчера серьги, когда она пошла вниз?- настойчиво повторил Ано.
– Кажется, да,- с сомнением ответила она.- Д-да, да,- уже тверже и отчетливей.- Я хорошо помню. Перед тем как принять ванну, мадемуазель Селия их сняла, они лежали
– Тогда добавим к вашему описанию серьги и пока больше не будем вас тревожить по поводу мадемуазель Селии.- Ано встал, сложил бумагу и сунул ее в карман.- Поговорим о бедной мадам Довре. Она держала много денег в доме?
– Нет, мосье, очень мало. Ее хорошо знали в Эксе и везде безоговорочно принимали ее чеки. Служить у мадам было большое удовольствие, у нее были хорошие счета,- и Элен Вокье гордо вскинула голову, как будто это у нее самой были хорошие счета в банке.
– Не сомневаюсь,- согласился Ано.- Есть немало таких семей, у которых банковский счет исчерпан, и это доставляет много неприятностей слугам.
– Они всячески изворачиваются, дабы скрыть состояние хозяйских дел от соседских слуг,- сказала Элен и скорчила гримасу.- И вообще, иметь целый штат прислуги и пустой банковский счет - это все равно что носить драную нижнюю юбку под шелковым платьем. У мадам Довре таких проблем не бывало.
– Значит, ей не нужно было носить с собой наличные деньги. Я так и понял. Но иногда она что-то выигрывала на вилле "Флёр"?
Элен покачала головой.
– Она любила виллу "Флёр", но никогда не играла по-крупному, а часто и вообще не играла. Если выигрывала несколько луи, то приходила в такой восторг и так боялась снова их проиграть, как будто была самой бедной женщиной на свете, она сразу же прекращала игру. Нет, мосье; двадцать-тридцать луи - это все, что бывало в доме.
– Значит, мадам Довре убили ради ее драгоценностей?
– Разумеется, мосье.
– Где она их хранила?
– В сейфе, который находится в спальне, мосье. Каждый вечер она снимала то, что на ней было надето, и запирала в сейф вместе с остальными драгоценностями. Она никогда не пренебрегала этой предосторожностью, даже если очень уставала.
– А что она делала с ключами?
– Этого я не знаю. Пока я ее раздевала, она запирала кольца и колье, а ключи клала на туалетный столик или каминную полку, но утром их там не было. Она их куда-то прятала.
Ано перешел к следующему пункту:
– Полагаю, мадемуазель Селия знала о сейфе и том, что в нем хранятся драгоценности?
– О да! Мадемуазель часто бывала в комнате мадам Довре, когда та одевалась или раздевалась. Она могла много раз видеть, как мадам снимает драгоценности и запирает их. Но ведь и я тоже знала, мосье.
Ано дружески ей улыбнулся.
– Еще раз благодарю вас, мадемуазель,- сказал он.- Больше я вас пытать не буду. Но вы еще понадобитесь следователю мосье Флерио.
Элен Вокье с тревогой взглянула на него.
– Но до тех пор я могу уйти с виллы, мосье?- взмолилась она дрожащим голосом.
– Конечно, вы можете сейчас же отправляться к своим друзьям.
– О, спасибо, мосье!- воскликнула она и вдруг
– Да-да,- Ано постарался ее успокоить.- Медсестра соберет вашу сумку. Разумеется, вам нельзя покидать Экс, и сейчас я пошлю с вами кого-нибудь к вашим друзьям.
Горничная ужасно испугалась.
– О, только не патрульного сержанта, умоляю вас. Избавьте меня от этого позора.
– Нет, это будет человек в штатском, он проследит, чтобы по дороге вас не захватили репортеры.
На столе лежал кусок веревки. Он взял ее и спросил медсестру:
– Это та веревка, которой была связана Элен Вокье?
– Да, мосье.
Ано отдал ее комиссару со словами:
– Ее следует сохранить.
Веревка была такая же, как та, которой задушили мадам Довре. Ано открыл дверь, но на пороге обернулся и сказал медсестре:
– Мы пошлем за экипажем для мадемуазель Вокье. Вы доедете с ней до самой ее двери, и после этого, думаю, ваша помощь будет не нужна. Сложите ее вещи и снесите вниз. Мадемуазель Вокье уже может спуститься без посторонней помощи.- Детектив дружески кивнул и вышел за дверь.
Во время этого допроса Рикардо все гадал, что думает Ано по поводу Элен Вокье. Он выражал ей сочувствие, но, возможно, это было только притворство? Его вопросы никак не выдавали его отношения. Но конец все прояснил: он прямым текстом сообщил медсестре, что ее миссия - миссия тюремщицы закончилась. Она должна будет принести вещи Вокье, но Вокье может идти сама. С Элен Вокье явно сняты все подозрения.
Глава 7
Неожиданное открытие
Однако угодить Гарри Ветермилу было не так легко.
– Мосье, хорошо бы твердо знать, куда она поедет,- сказал он,- и иметь полную уверенность в том, что она там останется, пока не потребуется снова.
Ано с жалостью посмотрел на молодого человека.
– Мосье, я понимаю, что вы предубеждены против Элен Вокье. Что делать, все мы люди. То, что она говорила, не могло настроить вас на дружеский лад. Но...- не закончив фразу, он пожал плечами.- Мы, конечно, будем знать, где остановится Элен Вокье. Но поймите... Если она хоть как-то связана с этим делом, мы узнаем больше, предоставив ей свободу. Если оставить ее на свободе и осторожненько за ней наблюдать, она в какой-то момент осмелеет и сделает какой-то шаг - или другие сделают.
Мистер Рикардо от души одобрил доводы Ано:
– Совершенно верно. Она может, к примеру, написать письмо.
– Или получить, что было бы еще лучше,- добавил Ано,- если, конечно, она имеет хоть какое-то отношение ко всему этому.- Он пожал плечами и обернулся к комиссару: - У вас есть исполнительный офицер, которому вы доверяете?
– Конечно. Дюжина.
– Мне нужен один.
– А вот он,- сказал комиссар.
Они спускались по лестнице; внизу все еще стоял и ждал Дюрет - тот самый офицер, который отыскал магазин, где была куплена веревка. Ано фамильярно взял Дюрета за рукав и отвел подальше от своих компаньонов. Те видели, как он давал Дюрету указания, потом Дюрет ушел, а Ано снова присоединился к ним.