Вигил
Шрифт:
Раны Марии беспокоили её и Умбру. Благодаря помощи эфириуса поврежденная кожа быстро слезла и на её месте уже стала формироваться новая, но от резких движений она лопалась и кровила, делая девушку бесполезной для отряда. Она не могла эфирить, пользоваться оружием и едва справлялась с гигиеной. На боль от заживающих ожогов накладывалась страшная усталость, не исчезающая даже после привалов и ночного сна, который Мария проводила метаясь в кошмарах, где поочередно погибали все её спутники, а её саму или приносили в жертву своим божествам ацтеки, или сжирало живьем чудище с пирамиды. Когда она уже была
– Давай я тебя осмотрю, - подсела к нему девушка и показала изуродованные ладони.
– Подвижность почти восстановилась, сейчас я смогу провести диагностику и не навредить.
Дунстан поднял голову и Мария поняла, что впервые смотрит ему в глаза, обжигающе голубые и холодные. Если бы не они, выражение на лице мужчины можно было назвать умиротворенным, ледяной взгляд же превращал его в застывшую маску безразличия. Не хотелось бы знать, каким образом Кальвус стал таким, не из страха столкнуться с ним настоящим, а из страха уйти следом. Видимо, разведчик знал о производимом впечатлении, поэтому поспешил опустить голову и скрылся за взъерошенной шевелюрой.
– Хорошо, - глухо согласился он на предложение девушки.
Она сосредоточилась, извлекла немного энергии и для проверки пропустила её через пальцы, а потом и через собственные руки. Себе повредить эфиром она практически не могла, зато проверила, не убьет ли своим сканированием Кальвуса. Еще раз все проверив, взялась за легионера. Сотрясение он все же получил, но каким-то образом её воздействие сразу после него очень хорошо компенсировало повреждения и теперь Дунстан был поразительно здоров.
– С тобой все в порядке, даже несмотря на тот удар. Сможешь пешком хоть до Нового Рима дойти, - неуклюже пошутила она и поспешила отсесть, чтобы не столкнуться с ним взглядом.
– Спасибо, - сказал ей в спину разведчик и начал разделывать небольшую лесную свинью, покрытую шерстью.
На следующий день они дошли до предгорий и стали взбираться вверх. Зелени стало больше, кактусов почти не осталось, одна знакомая взгляду лиственная растительность. К ночи дошли до живописного места у прозрачной горной реки, по обеим берегам которой рос стройный лес. Закат отражался в воде и зрелище получилось красивое, если бы не обстоятельства.
– Я пойду за хворостом, - сообщила Мария, по пути планируя немного ополоснуться в речке.
Пару дней назад она начала пользоваться бытовыми формулами, однако они не могли заменить полноценного купания. Умбра бросил на неё быстрый взгляд, остановил его на смене одежды в руках и кивнул, давая понять, что в курсе её планов на помывку. Девушка специально отошла от лагеря, чтобы никого не смущать. Уходящее за горизонт солнце давало еще достаточно света и Мария поспешила постирать одежду, пока еще видны самые сильные пятна. Рубашка и штаны напоминали тряпье, грязные, пыльные, с разводами от пота. Воняло
Одеваться не спешила, вытершись попрыгала на месте, чтобы разогнать кровь. Во время очередного прыжка повернулась и наткнулась взглядом на Эбуция, который пристально её разглядывал, стоя немного в отдалении. Выражение лица эфириуса не предвещало ничего хорошего. Что же, рано или поздно это должно было случиться. Мария осторожно переступила с ноги на ногу, резко присела, перекатилась и выхватив нож из лежащих на берегу вещей, замерла в стойке. Галл не пошевелился, только криво ухмыльнулся.
– Ловкая штучка, - протянул он, сделав шаг вперед.
– Как представлю, какие вещи можно с тобой вытворять... Я, конечно, не любитель такого, - он скривился, увидев её уродливые шрамы, - но в нашей обстановке выбирать не приходится.
– Выбор есть всегда, - холодно сказала Мария не спуская взгляда с мужчины.
Вместо ответа Эбуций метнулся вперед и обманным движением постарался выбить нож из её рук. Не тут-то было, она полоснула его по предплечью и отскочила в сторону. Опустив взгляд на кровавую полосу, Галл поднял на неё окаменевшее лицо.
– Не пойму, чего ты сопротивляешься?
– наклонил он вбок голову.
– Я не вчера родился и знаю, как сделать женщине приятное. Сбросим пар, хорошо проведем время вместе.
– Нет, - Марию совсем не устраивал секс в таких условиях и с таким партнером.
– Уверена? Чего ломаешься?
– не унимался тот.
– Нет.
– А с чего это?
– он прищурился.
– Чем я хуже его?!
– Хуже кого?
– Меция, конечно!
– вспылил эфириус.
– Ему-то ты исправно давала!
– У нас ничего не было, - холодно сообщила она, про себя решив, что, возможно, зря.
– Хватит врать, - зло сказал он.
– У нас ничего не было, - повторила Мария.
– Чем он лучше меня, а?!
– разъярился Эбуций, ноздри угрожающе раздувались.
– Если хочешь знать, то это Меций виноват, что ты сейчас тут, а не в своей теплой постельке! За это задание ему обещали шестой ранг! Сам трибун обещал!
– Галл практически кричал.
– Слышала бы ты, как он уговаривал Ватия и Септимуса взять тебя, а не идти в соседнее поселение за нормальным вигилом. Про аттракцию твою рассказал и силовую. Конечно, меньшее, что он мог после такого сделать, это подставить свою задницу вместо тебя, чтобы стать героем!
За время этой речи Мария переместила пальцы на ноже, ослабив захват, и на последнем слове прочувствованной речи Эбуция, запустила в него клинок отточенным за годы тренировок движением. Нож послушно рассек воздух, летя вперед и почти вонзился в ногу мужчины, когда тот быстро ушел от броска. Галл оскалился и рванул к девушке, но был остановлен окриком.
– Стоять!
– к ним приближался Умбра, буравя взглядом эфириуса.
– Квинтиус, прикройся.
Второго приглашения ей не было нужно, она споро натянула на себя одежду и схватила постиранную с камня.